Двухместное купе - Владимир Кунин

Без единого рывка, без малейшего перелязга буферных сцепок вокзальный перрон с провожающими, носильщиками и бдительными милиционерами, по-свойски болтающими с юными проститутками, тихо поплыл назад к Москве.

В.В. посмотрел на часы — было ровно одиннадцать пятьдесят пять.

В эту секунду в дверях куле возник молодой сосед В.В.

В одной руке он держал металлический подстаканник со стаканом горячего чая, в другой — чистый стакан без чая и подстаканника.

— Как понимаете, ни льда, ни тоника достать не удалось, — сказал он. — Зато когда проводник узнал, что моим соседом по купе будете вы, он посоветовал мне быть предельно осторожным! Кажется, он принял вас за главаря какой-то преступной группировки, едущего в Петербург на слет воров в законе. При этом он ссылался на свой богатый железнодорожный опыт.

— Тоже неплохо, — сказал В.В. — Оставим его в этом прелестном заблуждении. Телевизионные бандитские сериалы делают свое большое и нужное для народа дело! Кстати, а почему вы не принесли себе чистый стакан? Вы не собираетесь составить мне компанию?

— Не пью, — виновато улыбнулся парень. — Я, с вашего разрешения, — чайку. Не возражаете?

В.В. налил себе полстакана джина, убежденно и чуточку презрительно произнес:

— Сейчас вы скажете, что еще и не курите.

— Не курю, — ответил парень и по-женски откинул волосы со лба.

И СНОВА МЫ УСЛЫШИМ ВНУТРЕННИЙ ГОЛОС В.В.

«Точно! Голубенький... Как жалко!.. Такой превосходный тип молодого самца и... педик! Ну надо же!» — подумал В.В.

Парень внимательно посмотрел на В.В. и весело рассмеялся:

— Да нет же! Я совершенно нормальной ориентации. Не пугайтесь.

От неожиданности В.В. одним глотком маханул все содержимое стакана, откашлялся, перевел дух и только после этого обалдело уставился на своего соседа по купе:

— Батюшки светы!.. Что делается?! Чтение мыслей на расстоянии?! Это у вас наследственное или благоприобретенное?

— Понятия не имею.

— Вы из цирка? — спросил В.В., оглядывая мощную фигуру парня.

— Нет.

— Эстрада? — спросил В.В. и налил себе еще полстакана.

— Ни к тому, ни к другому я не имею ни малейшего отношения.

— О черт... — В растерянности В.В. поднял стакан. Но парень поморщился и своей огромной лапой удержал руку В.В. со стаканом.

— Да погодите вы. Что же вы так джин глушите? Хоть чем-то закусить... Ну разве можно так? Сейчас, сейчас...

Он вытащил из-под столика красивый кожаный портфель и достал из него большое и румяное яблоко.

— Закусывайте. Мытое.

В.В. выпил, захрустел яблоком. Сказал с полным ртом:

— Тогда вы — врач-психиатр, владеющий всякими гипнотическими штуками! Или как там у вас они называются?.. Такой омоложенный и улучшенный вариант Кашпировского. Да?

— Нет.

В.В. разозлился:

— Кто же вы тогда, елки-палки, чтоб не сказать хуже?!

Парень задумчиво посмотрел в черное окно, как-то странно пожал плечами, будто и сам не ведал — кто он, негромко проговорил своим странным голосом:

— Как вам сказать? Я... Я в меру своих сил и возможностей охраняю людей.

— То есть вы руководите некой, как теперь говорят, «охранной структурой»? — попытался уточнить В.В.

— Как вы сказали? — переспросил парень.

— Я предположил, что вы возглавляете какое-то охранное бюро.

Парень слегка задумался, потом поднял на В.В. свои голубые девичьи глаза.

— Да, что-то в этом роде.

— Слушайте! — спохватился В.В. — Я вам совсем заморочил голову. Мы даже не представились друг другу. Я...

Но парень весело перебил В.В.:

— Вы — Владимир Владимирович. Я только сейчас понял, с кем я разговариваю. Я недавно прочитал одну вашу книжку про говорящего кота, и на обложке была ваша фотография! Верно?

— Верно, — ответил В.В. и плеснул еще немного джина в свой стакан. — А как зовут вас?

— Ангел.

— Как?!

— Ангел. В Болгарии очень распространенное имя.

— Так вы болгарин?

— Нет.

— Ага... — тупо проговорил В.В. и выпил. — А как вас мама называла? Я имею в виду ласкательную форму этого имени.

— У меня нет матери.

— Но ведь была когда-то?

— Наверное. — Парень пододвинул недоеденное яблоко поближе к В.В. — Вы закусывайте, Владим Владимыч.

— Хорошо, хорошо... — В.В. снова взялся за яблоко, но продолжил свое хмельное наступление: — Слушайте! Вы меня, конечно, простите, но старики моего возраста, особенно когда переваливает за семьдесят, обычно чудовищно бестактны! Особенно когда они — под банкой! Им всегда кажется, будто им в жизни что-то недодали, и поэтому позволяют себе... Короче, я НЕ являюсь интеллигентным исключением. Как называют вас барышни в минуты близости? Ну не говорят же они вам: «Ангел мой!..» Наверное, существует какая-то уменьшительная форма?..

— Да нет, — тихо проговорил Ангел. — Так и говорят.

— Как?!

— Ну, как вы сказали... Иногда говорят: «Мой Ангел...» Но вообще-то, Владим Владимыч, я — ничейный Ангел. Я уже давным-давно никому не принадлежу. С детства. Так сказать, Ангел — сам по себе. Единица совершенно самостоятельная.

— По-моему, вы меня загнали в какой-то бездарный словесный тупик! — раздраженно произнес В.В. и налил себе в стакан немного джина.

— Наоборот, Владим Владимыч! Я вас из этого тупика пытаюсь вытащить, — рассмеялся Ангел.

В дверь купе постучали.

— Да-да! Пожалуйста... — сказал Ангел и сам открыл дверь.

Стараясь не смотреть на В.В., в проеме дверей стоял проводник:

— Еще чайку не желаете? — осторожно сказал он Ангелу, а глазами показал на В.В., безмолвно вопрошая — все ли в порядке?..

— Спасибо, пока не нужно. У нас все прекрасно, — успокаивающе улыбнулся ему Ангел.

Закрыл за проводником дверь и спросил у В.В.:

— Чем это вы его так запугали?

— Ах Ангел!.. Этот наглый и трусливый засранец — классический слепок с крохотного хамоватого советского чиновничка, упивающегося своей трехсекундной лилипутской властью. Я там на перроне не сдержался и рявкнул на него, вот он и вообразил себе бог знает что... А так я уже давно ничем никого напугать не могу.

— Не кокетничайте, — улыбнулся Ангел. — Судя по тому, с какой легкостью в вас проваливается этот напиток, — вы еще в превосходной форме!

— Ах, если бы!.. — В.В. налил себе в стакан еще немного джина. — Недавно в Мюнхене, на кинофестивале, куда я забрел всего лишь из стариковского любопытства, со мной произошел забавный случай. Я выпивал в буфете с одним знакомым критиком, как вдруг ко мне подошел громадный толстый человек, в котором я с трудом и ужасом узнал некогда худенького провинциального паренька, некогда перебравшегося в Москву с целью покорить столицу своими посредственными эстрадными хохмочками. И ведь покорил, сукин кот!