Вкус "лимона" - Леонид Головня

…Возмужавший и раздавшийся в плечах, Коля сидел за столом среди стопок бумаг и сувенирных якорей на подставках. Над ним красовалась вывеска «Товары – морем». На английском языке диктовал в телефонную трубку номера контейнеров и разную другую цифирь. У стола застыла в ожидающей позе шатенка в деловом костюме.

Закончив разговор, Коля положил трубку и уставился на женщину. Та протянула визитку. На ней синими буквами значилось: «Мед. эксперт Едлин», и от руки, чернилами, приписан петербургский номер.

– Утром американец заезжал. Ему нас в «Экспорт-импорте» рекомендовали. Предлагал медицинское оборудование как гуманитарную помощь с дальнейшей реализацией. Если интересует, просил связаться. Я звонила в «Экспорт-импорт». Говорят, будьте бдительны. Много «воздуха» гонят.

– Хорошо, – занятый своими мыслями, буркнул Коля и кивком отпустил шатенку.

В тот час Коле было не до американца. Его волновало совсем другое. Такие деньги, которые на глазах честного народа «вынимал» один деятель, никому в дурном сне не снились. «Нужен компаньон!» Один действовать в таком же духе Коля побаивался, уж очень крутой народ вокруг больших денег собирался. Коля вспомнил о дружке детства и второй день дозванивался в глухую провинцию.

В детдоме они были неразлучны, как Чук и Гек. Оба хотели «заняться бизнесом» – лазить по чужим огородам и воровать на базарах стало скучно. Тут и подвернулось «дело» у бабы Симы. Та гнала самогон. Производство создала уникальное. Сын в столицах пробился в партию и служил в НИИ химических технологий. Посетив однажды родительницу, он обнял ее и сказал: «Мам, я привез тебе подарок». Затем сторожно вынул из дорожной сумки длинную стеклянную трубку, усеянную мелкими сосочками. По-научному прибор назывался «дефлегматор». Этот дефлегматор выгонял спирт из бродившей жижи, не оставляя в комнате запаха – основной улики для милиции.

Когда наступал «час волка» (в семь вечера закрывались винные магазины), у детдома, под деревом, появлялся покупатель. Из окна беззвучно вылезал Коля или его друг, брал деньги и убегал осуществлять несложную сделку.

Баба Сима для пареньков стала настоящим «народным университетом», дала то, что не могло дать народное образование: они познали сладость риска ради реального дела.

Телефон звякнул. Коля поспешно схватил трубку. Голос оператора сообщил:

– Переговорный пункт города Обоянь. Жилина вызывали?

– Вызывал.

– Говорите.

Услышав в трубке «Алло!», Коля радостно закричал:

– Сашок, здорово!

– Здорово, Колян, – произнес хриплый баритон. – Я думал, ты возгордился там, в капитанах.

– В каких капитанах, Сашок! – Коля механически раздвинул бумаги на столе. – Как был матрос, так и есть. Только совсем другим занимаюсь. Правда, завял мой торговый бизнес – заграничные шмотки теперь самолетами в Россию везут. Однако сейчас серьезное дело подвернулось. Да какое! Я, собственно, поэтому звоню. Ты – как, что? Чем занимаешься?

– На слесаря выучился, на сантехника сдал. Работу в Курске предложили. Жду.

– Прилетай немедленно. Ты там, как курица на гнилом яйце. Дело на миллион! На кооператив в Курске заработаешь. Один чувак лимоны баксов за какие-то месяцы сорвал. Народу обобрал – тьма! Все вроде бы законно. В почете живет. Расскажу при встрече.

– Можно, – промычал в трубке баритон.

– Давай шевелись! Может, мы с тобой в Курске банк откроем. Сейчас банки модно. Особняк с колоннами захватим. Будешь самым главным сантехником! – Коля захохотал. – Приезжай – тряхнем стариной. В первый день такое местечко покажу, закачаешься! Ты массаж с эротикой, наверно, и во сне не видел… Постой! Я, чтоб за тобой из телефонного пункта сбегали, наврал с три короба. Пообещал заплатить. Оставь там денежку за мой счет.

– Нет вопроса, Колян, никакого счета.

…В офисе компании МММ было все – чин по чину. У дверей молоденький милиционер в форменной рубашке и галстуке – ему жарко. Сотрудники фирмы в белых сорочках и тоже при галстуках принимали и выдавали деньги. Не работа – музыка. Тихо звучал из радиоточки тяжелый рок, и хриплый голос певца исполнял какую-то страшную песню, в которой бесконечно повторялось слово «ночью».

Работяги, пенсионеры, пожилые дамы с камеями на блузках, студенты в джинсах притихли в очереди. Кое-кто вытирал платочком лицо. Коля с приятелем – у окошка. Сашок, высокий чернявый парень с квадратным лицом, держал раскрытую спортивную сумку. Коля запихивал пачки денег в целлофановые пакеты и кидал ему. Сашок смотрел на приятеля с восхищением, улыбался, обнажая золотую фиксу во рту.

– Всего за три месяца… – тихо сказал Коля, но замолк, заметив, как посмотрел на него милиционер у двери.

Короткий злой взгляд, как выстрел, сверкнул на гладком лице молодого служаки и погас. Милиционер отвернулся, продолжил безразлично оглядывать помещение, оставив Колю с вопросом: «Чего в этом взгляде больше: зависти или ненависти?»

…Они шли по набережной канала.

– Так это… моя доля на взнос в кооператив потянула, – радостно сказал Сашок.

– Конечно. Я же обещал.

– Разок бы еще рискнуть такой суммой, а?

– Нет, нет! – запротестовал Коля. – Срочно – в Курск. Открываем МММ под общий ажиотаж, как решили.

– Сначала в Обоянь, к моей дорогуше. У Лизки дом с сараем и погребом на участке. Оторвемся на несколько дней.

– Она у тебя чем занимается?

– В мясной торговле. Мы всегда при продуктах.

– Неплохо.

– Хочу у соседки тачку по дешевке откупить. В Курске мы без тачки замудохаемся.

– Что за тачка?

– Старое такси. Ржавое, конечно, но мотор после ремонта тянет неплохо. Муж, водитель, выходя на пенсию, получил, да умер. Теперь вдова не знает, что с тачкой делать.

Строя разные планы, они шагнули на мостик. Сашок вдруг метнулся к перилам и нагнулся.

– Смотри! Деньги – к деньгам!

У парапета лежал кожаный бумажник, из которого торчала пачка долларов.

– Стой, не трогай! – крикнул Коля.

Сашок выпрямился, обернулся.

– Ты чего? – спросил недоуменно.

– Не трогай, Саш. – Коля лихорадочно огляделся вокруг. – Такие штучки известны. Нас вычислили, Сань. Э‑эх! – мотнул Коля головой от отчаяния: прохожих вокруг не было. – Кукла это. Сейчас появится один, потом второй пожалует. Да вон, приближаются.

С обеих сторон канала от домов отделились двое парней и быстро зашагали к мостику.

– Теперь начнут комедию ломать. Один будет утверждать, что хватился пропажи и вернулся…

– Одного-то я вырублю сразу, – прервал его Сашок, – а с другим вдвоем легко справимся. – Он крутил головой, переводя взгляд с одного парня на другого.