Солнце, сердце и любовь - Дмитрий Вощинин

– …Все так непонятно загадочно…

Роман Григорьевич на минуту задумался.

– Этими языческими символами египтяне пытались осмыслить окружающий мир и природные явления. Они пытались найти наилучший способ собственного существования, пытаясь даже описать и загробную жизнь. Реальную жизнь они представляли в виде дня – от восхода до захода солнца, а загробную олицетворяли с ночью. Процесс смерти у них назывался очень просто – «выходом из дня».

– Не может быть! Как просто!

– Хорошо, что в первый же день вы на все это обратили внимание… и разглядели…

– И вы так подробно… мне рассказали.

– Далеко не все… Эта страна пронизана глубокой философией, до конца не разгаданной и… возможно, более разумной, чем современная.

– Вы так считаете?

– Иногда приходят такие мысли, – задумчиво произнес Роман Григорьевич, когда они подъехали к гостинице.

Он проводил Юлию Борисовну в отель, рассказал как лучше пользоваться его услугами, проверил качество и обстановку номера, помог заказать ужин. Юлия Борисовна, не чувствуя большой уверенности, не стеснялась и спрашивала его обо всем. Потом она решила его проводить к выходу.

Они спустились в вестибюль отеля. Роман Григорьевич, тоже не желающий быстро расставаться, попросил обслугу принести чаю. Они сели за столиком у окна гостиницы и сделали по глотку превосходного местного напитка.

– Вы так интересно рассказывали о «Книге мертвых»… Кажется странным, для какой цели египтяне мумифицировали мертвых?

– Это не может быть простой сказкой… за этим стоит глубокая осмысленная фантазия, либо непонятая истина…

– Сейчас замораживают трупы, чтобы сохранить живую ткань с целью возможного оживления, лечения с применением будущих технологий, – надеясь на то, что он еще посидит с ней в незнакомом месте, продолжила Юлия Борисовна.

Посмотрев доброжелательно на спутницу и также желая продлить общение, он доверил ей свои мысли:

– Сохраняя человеческие тела в виде мумий, египтяне, возможно, понимали, что каждая жизнь неповторима… и хотели как можно дольше сберечь ее…

– Для кого?

– Мумии – самая лучшая информация о прошлом. Надо научиться ее читать… И самое главное быть услышанными.

– Но кем?… И для чего?

– Не знаю… Богом… Космосом… Людьми… Сегодня генетики могут восстановить живую ткань по клетке индивидуума, которая неповторима.

– Так они сохраняли клетку до наших дней?

– Мумия дает возможность жить астральному КА… А значит – и влиять на мир своей мистикой и силой воли.

– Значит, человек не пропадает совсем…

– Именно… Древние знали, что остается генетический код, но называли его по-иному… Этим они символизировали бессмертие… Вы не обратили внимание на своеобразный символ – крест с кругом вверху?

– Да, красивый крестик.

– Это символ вечной жизни, единства мужского и женского начала или овал Исиды и крест Осириса… Крест символ жизни, а круг – сама вечность…

– Похож на наш, но намного изящней.

– Сам по себе христианский крест вышел именно из этого символа…

Он внимательно посмотрел на молодую женщину.

– По легенде, злой Сет подстерег и убил Осириса – бога возрождения. Сет расчленил его тело, разбросал и спрятал в потаенных местах. Жена Осириса Исида нашла и соединила все части тела своего мужа, сделав мумию, чтобы сохранить его душу для людей.

– Странно.

– Согласно египетским преданиям, пока жива мумия, частица души КА живет вместе с ней и влияет на мир.

– Как интересно! – удивленно воскликнула девушка.

– Существует еще одна легенда или скорее давняя быль, – продолжал Роман Григорьевич, – Мумия придворной певицы фараона Эхнатона, знаменитой Анксунамун, перевозилась в начале прошлого века из Европы в США на знаменитом «Титанике».

– И она погибла?

– Естественно, мумия погибла. Но самое интересное в том, что при жизни Анксунамун была знаменита своими предсказаниями. Так вот, она предсказала свой неожиданный конец в темной морской пучине.

– Вот это да!

Юлия Борисовна чуть вздохнула.

– Странно, что египтяне пытались ввести законы жизни в загробный мир.

– Почему странно? Это их взгляды на мир… Они верили в это.

– А во что верим мы?…И стала ли лучше жизнь от нашего неверия ни во что? – задумалась Юлия.

Роман Григорьевич посмотрел на нее с восхищением.

«Она смотрит вперед, словно сфинкс» – промелькнуло у него в голове.

Юлия опять заговорила, глядя в даль:

– Трудно сказать, поняли ли они загробный мир…

– Во всяком случае, они создали это пространство… и были близки к его пониманию.

– Да!.. И как просто!

Роман Григорьевич в запале продолжал:

– Освобождение духа… страх… жертвенность – вот основы их буквы смерти. Они твердо верили в это, когда создавали «Книгу мертвых».

– Наверно, вы правы…

– Ясно одно: египтяне были более гармоничны, воспринимая правильно дух и материю.

Они замолчали и смотрели друг на друга.

– Много впечатлений за один день, – закончил Роман Григорьевич, – Сегодня у вас был день перемены обстановки, перелет… Вы устали…

– Да, конечно… Боюсь что сегодня трудно будет уснуть… Но все так удивительно интересно… вы меня заинтриговали.

– Для удивлений у вас еще все впереди, но после перелета вам надо отдохнуть, – прощаясь, Роман Григорьевич ласково посмотрел на собеседницу.

Она ответила ему приятной улыбкой.