Элис. Навсегда - Гарриэт Лейн

Мы пожимаем друг другу руки. У нее сухая и прохладная ладонь. Джулия в белом жакете из легкой жатой ткани и туфлях, которые тесемками крепятся к лодыжкам. Тончайший шарфик обмотан вокруг ручки сумки, белая полоса в волосах подчеркивает свежесть кожи лица. Она прекрасно дополняет ее внешность и придает привлекательности.

Пока мы вместе идем в сторону нашего отдела, я чувствую, как за спиной сотрудники отрывают взгляды от своих компьютеров, но разглядывают только одну из нас. В ней действительно есть нечто особенное, я и сама успела это заметить.

– Не хотите ли чего-нибудь выпить? – спрашиваю я, найдя для Джулии свободное кресло. – Я могла бы принести вам чашку чаю или кофе из нашего автомата. Или простой воды?

Она отвечает, что ей ничего не нужно.

– Мне не стоит отвлекать вас от работы, – говорит Джулия, одаривая меня широкой белозубой улыбкой, и берется за свой сотовый телефон. – Уверена, у вас и без меня дел хватает, Фрэнсис. Не волнуйтесь, я подожду.

– Как пожелаете.

Она начинает проверять свой электронный почтовый ящик, а я возвращаюсь к чтению рецензии Берениса, однако непрерывно ощущаю у себя за спиной ее присутствие, исходящий от нее аромат. Мне слышно, как Джулия то вздыхает, то посмеивается, читая входящие сообщения. Даже как она сглатывает.

Вскоре из кабинета Робина выплывает Мэри.

– Джулия! – восклицает она, словно визит стал для нее сюрпризом. – Прости, что заставила себя ждать. Срочное совещание в разгар кризиса, – добавляет она. – Впрочем, ты знаешь, что у нас тут творится.

Они обнимаются, потом Джулия достает из своей сумки две книги, объясняя, что это только начало и у нее на подходе еще несколько. Мэри опускает очки на кончик носа и внимательно пролистывает одну из книг, бросая деловые замечания вроде: «Отличная суперобложка! Где ты их печатала? Кто автор предисловия?»

– Я абсолютно уверена, что мы сумеем воспользоваться этим материалом! – восклицает она, задерживает внимание на одной из страниц, решительно захлопывает книгу и смотрит на часы.

– Хорошо. Я заказала для нас столик «У Сальваторе». Захватим все с собой и за обедом подробно обсудим.

Проходя мимо моего стола, Джулия Прайс перехватывает мой взгляд и приветливо машет рукой на прощание.

– Еще увидимся, Фрэнсис, – произносит она, а я подозреваю, что это лишь обычный прием обращения с людьми, свойственный таким, как она: «Запоминай имена даже незначительных персон. При случае пользуйся ими. Никогда не знаешь, кто может оказаться тебе полезен в будущем». – Пока, – добавляет она и удаляется вместе с Мэри.

– Пока, – киваю я, смотрю вслед и замечаю, что «путешествия и туризм» тоже глядят ей в спину всем отделом.

Глаза, улыбка, несокрушимая уверенность в себе. Мне представляется, что Джулия Прайс никогда ни в чем не знает сомнений. И, вероятно, имеет на это право.

Позднее, дожидаясь лифта, я снова всматриваюсь в свое отражение в дверях, и на сей раз увиденное уже не так радует меня.

Через десять дней мне звонит Сельма Кармайкл. Мы встречаемся в небольшом тихом пабе на соседней с ее офисом улице, и она делает мне предложение. Когда Сельма называет сумму моей будущей зарплаты, я сдерживаюсь, чтобы никак не прореагировать на эту цифру. Она добавляет, что может немного увеличить ее, но это уже будет предел.

Я отвечаю, что хотела бы все обдумать. Сельма говорит: мол, конечно, у вас есть несколько дней на принятие решения.

– Как все прошло у Банни Несбит? – интересуюсь я, когда мы направляемся к выходу.

По ее мнению, там было весело, хотя и несколько утомительно. Присутствовал Амброз Притчет. Дальнейшая судьба «Обозревателя» видится ему исключительно в мрачных тонах. Он же поведал анекдот об Оливере Калпеппере, который подрался после традиционной летней вечеринки «Обозревателя» с Джезом Шелфом и получил от него взбучку.

Когда Полли и Тедди уехали в Лондон, в Оллуик заезжал поужинать Лоренс. Сельма призналась, что ей не хотелось отпускать его потом одного в огромный и пустой «Невер». Шарлотта тоже беспокоилась за Лоренса. Но, судя по некоторым признакам, работа над новой книгой продвигается хорошо.

– Как вы считаете, с ним все в порядке? – спрашивает Сельма, понизив голос, словно в расчете на откровенность.

Я отвечаю, что ни в чем не уверена, но, кажется, Лоренс сумел справиться с горем.

– Какая трагедия! Элис была замечательной женщиной, – вздыхает Сельма, а я вдруг ощущаю раздражение.

– Да, – киваю я. – Но я с ней никогда не встречалась. То есть встречалась, но всего лишь однажды.

Она искоса бросает на меня такой взгляд, будто мои слова шокировали ее. Я опускаю голову. Сельма быстро проводит ладонью по моему рукаву, мы прощаемся и расходимся в разные стороны.

Я отвожу Мэри в сторону, сообщаю о предложении Сельмы Кармайкл и говорю, что склонна принять его.

– По-моему, это будет ошибкой, – замечает она, всматриваясь в меня поверх стекол очков. – Я хорошо знаю Сельму. Думаю, ты заслуживаешь большего.

– Правда?

– Да. – Мэри разворачивается в кресле и листает свой ежедневник. – Я свободна сегодня в обед. У тебя есть другие планы?

Вот как получается, что я оказываюсь сидящей за столиком у окна «У Сальваторе», заказываю спагетти с морскими моллюсками и получаю повышение по службе. Мне предложено стать заместителем редактора отдела литературы. То есть заместителем Мэри. Эту должность сейчас занимает Оливер. Я напоминаю ей об этом.

Мэри ломает пополам гриссини[10].

– Не будь такой наивной, дорогая, – усмехаясь, произносит она. – Оливер стоит первым в очереди на увольнение. Ему пока об этом ничего не известно, и я была бы тебе признательна, если бы ты ни с кем не делилась подобной информацией, хотя ни для кого не секрет, что нас вынуждают сокращать штаты. У меня с Робином прошли переговоры по реструктуризации, и мы достигли с ним соглашения. Мне нужен заместитель, который способен писать, редактировать, заказывать и вычитывать материалы на любые темы, а еще заниматься всеми этими обожаемыми Робином блогами, приводящими меня в ужас. Стоит ли добавлять, что годится только человек, умеющий пристойно себя вести на людях? И мне кажется, ты подходишь на эту роль идеально.

– А что насчет денег?

Мэри отвечает, что может дать мне столько же, сколько предложила Сельма. Даже чуть больше.

Сальваторе лично подает нам еду. Пока он крутится вокруг стола с мельницей для перца, я смотрю в окно на улицу: курьеры на мотоциклах, черные такси-кебы, девушка с белыми тесемками, свисающими из мочек ушей, ждет зеленого сигнала у пешеходного перехода.

– Ты ведь знаешь, что терпение не принадлежит к числу моих добродетелей, – произносит Мэри, наматывая спагетти на вилку. – Мне нужен твой ответ сейчас же.