Девушка по имени Августа - Вадим Норд

– А вас что – уже вызывали? – осторожно спросила Светлана Евгеньевна.

– Не вызывали. – «А может, и лежит повестка в почтовом ящике», – подумал Александр. – Но я, наверное, сам пойду. Или письмо напишу, не знаю пока, не решил еще, как лучше… Могу ли я рассчитывать на вашу поддержку?

– Не можете, – покачала головой Светлана Евгеньевна. – Я сама на свою поддержку не могу рассчитывать. У меня голова идет кругом в прямом смысле этого слова. У меня черепно-мозговая травма в анамнезе. Посттравматическая энцефалопатия…

– И вы при том работаете анестезиологом?

– Что вы цепляетесь к каждому моему слову?! – возмущенно воскликнула Светлана Евгеньевна. – Не хотите – не верьте! У меня память плохая! И вообще меня больные ждут!

Резко вскочив на ноги, она быстрым шагом пошла к выходу, но, не дойдя до него, остановилась, обернулась к шедшему позади Александру, который тоже остановился, и выкрикнула:

– Квартиру я купила на семейные сбережения! Бабушка с дедушкой копили, папа с мамой копили, и я немножко добавила и купила квартиру. И нечего тут пугать меня и исходить на дерьмо от зависти! Я никого не боюсь!

Взмахнув рукой – не то погрозила, не то хотела отогнать от себя, – Светлана Евгеньевна развернулась столь энергично, что едва не упала, и выбежала из подвала.

– Спасибо, Светлана Евгеньевна, – поблагодарил Александр, но она, кажется, его не услышала.

Александр настолько обрадовался удаче, что не заметил, как доехал обратно. На этот раз он предпочел маршрутку, очень удачно сел спереди, рядом с водителем, и ехал с максимально возможным комфортом.

Сразу же по выходе из маршрутки он услышал сигнал телефона. «Новое письмо», – подумал Александр, имея в виду письмо от Некто, и не ошибся.

«Не получилось встретиться, – писал Некто. – Сегодня там же в 20:30».

Александр сразу же написал ответ.

«Пока не узнаю, о чем идет речь, встречаться не стану».

Некто тоже ответил сразу.

«Есть один документ с вашей подписью, который может осложнить вам жизнь. Вам придется раскошелиться, чтобы его получить. Имейте при себе сорок пять тысяч рублями или тысячу евро».

«А если в долларах, то сколько взять?» – чуть было не съязвил в ответном письме Александр, но язвить не стал, не до того было. Срочно хотелось подумать.

Документ с подписью, который может осложнить жизнь? А какой документ с подписью Александра мог оказаться в клинике «Прогресс»? Именно – документ, а не история болезни и не журнал, в котором регистрируются операции. История болезни – тоже документ, но ее так не называют. И потом, она не только с подписью, а с записями Александра. Документ с подписью – это только расходный кассовый ордер. Как он может осложнить жизнь? Некто намекает на оплату «черным налом». Так это не к Александру, это к бухгалтерии клиники. Она должна удерживать налоги, и сумму Дегтярский выплатил соответствующую – за вычетом тринадцати процентов от указанной в договоре. Если же работодатель удержал налог с доходов, но не перечислил его куда положено, то это его проблемы, Александр тут ни при чем. Тогда за что он должен платить, то есть – за что с него хотят получить тысячу евро или сорок пять тысяч рублей? «Имейте при себе» – ха-ха-ха! А если нет при себе таких денег?

Некто – не бухгалтер, ни главный, ни рядовой. Любой бухгалтер понимает, что Александра бессмысленно шантажировать расходником.

Некто имеет доступ в кабинет Дегтярского, пользуется его компьютером, разбирает бумаги. Лилия Евсеевна и главная медсестра отпадают – захотели бы, и так все сказали, с глазу на глаз, да и им в подобных азах бухгалтерии тоже положено разбираться. Тамара, о которой недавно узнал Александр? Нет, правая рука покойного Дегтярского, «серый кардинал», управляющий клиникой, не может заниматься подобным идиотизмом в духе Джеймса Бонда. Уборщица? Навряд ли. Умела бы пользоваться компьютером, сидела бы в какой-нибудь страховой компании на оформлении полисов, а не бегала бы по клинике со шваброй. Секретарши как таковой у Дегтярского не было, у него и кабинет без приемной, сразу из коридора заходишь. Кофе и бутерброды им тогда приносила девушка-рецепционистка. На ресепшен сидят две девушки… Вот одна из них, скорее всего, по чьему-то поручению и разбирает или разбирала бумаги в кабинете Дегтярского. Важное Лилия Евсеевна или Тамара небось сразу к себе утащили, а на не очень важное «бросили» рецепционистку. Ушлая, надо сказать, девица, с такими талантами далеко пойдет, если раньше не нарвется. И время назначила после окончания работы клиники – половину девятого вечера. В прошлый раз, наверное, надеялась отлучиться на часок в середине дня, да не удалось. Почему место выбрала подальше от клиники – ясно. Чтобы никто из знакомых не увидел. С другой стороны, не так уж и далеко, три остановки на метро с одной пересадкой и немного пешком пройти. Полчаса на дорогу в один конец с лихвой хватит, если совсем не торопиться.

«Нужен ли мне этот расходник? – подумал Александр. – Совсем не нужен. Захочу – десять таких напишу».

«Отдайте расходник в бухгалтерию, возвращайтесь на ресепшен и займитесь делом, – написал он в следующем письме. – Если не станете мне больше надоедать, будем считать, что ничего не было».

Резкий тон письма не был свойствен Александру, но он был весьма уместен. Другой бы просто послал шантажистку в известном амурном направлении. Со всем почтением.

Ответа Александр уже не ждал, но, едва оказавшись в кармане, телефон снова запищал.

«Откуда вы знаете?»

«Камеры отключать надо! – ответил Александр. – Имейте в виду, что запись я сохранил».

Пусть теперь гадает, где находятся камеры, которые она не отключила. Почему бы не пошутить, если хочется.

Телефон все никак не хотел униматься. Не пролежав в кармане и трех секунд, он зазвонил снова. На этот раз никакой таинственности, звонил Андрей из Москвы.

– Как дела? – требовательно поинтересовался он.

Александр рассказал.

– И что ты будешь делать дальше?

– Думаю, что теперь я могу рассказать…

– Именно так! – одобрил друг, не дослушав. – По большому счету, ты представляешь опасность для своего пациента только до тех пор, пока не расскажешь все следователю…

– Вопрос в том, как я смогу дать понять своему пациенту, что я все рассказал следователю? – подумал вслух Александр. – Завести блог и написать пост? Только кому и куда ссылку отправить? Это называется…

– Это называется «влип», – снова перебил Андрей. – Но на самом деле далеко не так все страшно, как кажется.

– Если смотреть со стороны – то да, – вырвалось у Александра.

– Я, между прочим, искренне за тебя переживаю.

– Извини, нервы.

– Бывает, – великодушно ответил друг. – Ты знаешь, я сам пару-тройку раз оказывался в подобной ситуации и могу поделиться своим небольшим опытом.