Камикадзе - Илья Стогов

– Простите, Полковник. Это не все.

– Что еще?

– С вами хотят поговорить.... понимаете...

– Кто?

Тип наклонился и на ухо сказал Полковнику, кто.

– Откуда-откуда?

– Точно вам говорю. Прежде чем начинать, вы бы с ними поговорили.

На огражденную решетками и тройным кордоном площадь начинали прибывать пожарные машины. Милиционеры не пускали их ближе первого кордона. Пожарные, перекрикивая шум моторов, надрываясь, орали.

Вместе с милицейским начальником Полковник побродил между большими рычащими машинами. У «Волги» были государственные номера. Сам Полковник давно пересел на служебный «SAAB».

(«волга»... смешно... почему «волга»?)

Перед машиной стоял охранник в зеркальных очках и пиджаке. Он открыл дверцу:

– Садитесь внутрь. Быстро!

От этого тона Полковник вскинул голову... будто кто-то высморкался в его мундир... будто он увидел, как лезут в постель к его жене. Потом он снова опустил голову и все-таки сел в машину.

Тип в милицейской форме остался ждать снаружи. Сквозь незакрытую дверцу «Волги» до него долетали обрывки разговора:

– Так точно!.. Да, товарищ майор!.. Все понял!..

– Вы все поняли?

– Так точно!

– Особенное внимание обратите на тех, кого я вам описал...

А потом тот, кого называли «майором», добавил фразу, которую должен был услышать, наверное, только Полковник, но которую милиционер услышал тоже:

– Ни один из них с колоннады уйти не должен. Вообще ни один.

– Что это?

– Это рация. Моя рация.

– Густав... Зачем тебе рация, Густав?! С кем ты разговариваешь?!

– Сядь! Убери руку от детонатора! Я все объясню! Конкретно тебе ничто не угрожает, слышишь?

– Густав, что ты затеял?

– Можешь больше не называть меня Густавом. Можешь называть меня по званию. Просто Капитан.

И он назвал организацию, в которой работает.

А Даниил-то думал – кого Густав ему напоминает?

(антитеррористической деятельностью у нас в стране занимаются несколько независимых друг от друга структур. у кого-то из них в движении есть свой человек.)

Подняться на колоннаду. Прострелить живот охраннику. Взять в заложники премьера могучей азиатской империи. И узнать, что рядом с тобой стоит офицер спецслужбы!

Гребень затравленно озирался. Переводил взгляд с Густава на Артема, а с него на Даниила.

– Успокойся и выслушай. Я ВСЕ ОБЪЯСНЮ!

– Что ты объяснишь?

– Все! Сядь!

– Что здесь можно объяснить?!

– Опусти ствол. Или я тебя пристрелю.

Внизу суетились люди и выли сирены машин с государственными номерами, а они стояли вокруг распластанного на металлическом полу японца и смотрели друг на друга. Пальцы впивались в курки, но никто не торопился выстрелить первым. Никто никуда не спешил.

Потом Гребень убрал дуло автомата от лица японца и сделал шаг в сторону.

– Хорошо. Можешь сказать, что ты хотел. Я слушаю.

У Густава появилась немного смущенная улыбка. Будто он пукнул при дамах, но ведь он не специально! с кем не бывает? Да, он работал на Контору, а что здесь такого? Поверьте, парни, так было лучше для вас. Вы хотели сыграть и выиграть? Вы сыграли и выиграли!

– Думаешь почему мы смогли его взять? Ты думаешь, иностранного премьера можно вот так взять в заложники? Открой глаза! Нас прикрывали! Нас всю дорогу прикрывали! Нас и дальше будут прикрывать. Можете считать, что отныне вы на государственной службе. Вам, парни, ничто не угрожает.

– Как ты мог?!

– Я хоть раз тебя обманывал?

– Ты врал нам с самого начала!

– Я просто не говорил ВСЕЙ правды. А теперь сказал. Я не подставлял вас раньше. Не подставлю и теперь. Все идет по плану.

– А как же решение Бюро?

– Какого Бюро?

– А как же решение? Наша информационная акция?

– Не было никакого решения! Не было Бюро, не было решения...

– Ты с самого начала знал, что никакой акции не будет? Что подумают люди из Бюро?

– Бюро – это я. Всех этих деятелей повязали почти год назад. Уже очень давно все «Прямое действие» – это я. Просто вы об этом не знали.

– Сука.

– Я?

– Нет, я! Из-за тебя мы здесь! Нас сейчас мочить начнут!

– Не начнут. Я специально пошел сюда вместе с вами. Операция прошла удачно. Ты попадаешь под программу защиты лиц, сотрудничающих с Конторой. Ты получишь деньги и документы на другое имя. Сможешь уехать из страны.

Он повернулся к Артему с Даниилом:

– Вы тоже получите все, что причитается. Ты, Данила, можешь забрать деньги, о которых договаривался со своим Майором. Деньги приготовлены. Ждут тебя внизу. А тебе, Артем, я хочу предложить работать со мной в паре. Я к тебе присмотрелся и понял – ты сможешь...

Густав говорил медленно, как гвозди вбивая им в голову каждое слово. Они стояли и молчали.

– А как же?..

– Что?

– Я не понимаю. Если ты работаешь на НИХ... если ты с самого начала работал на них... зачем ты нас сюда приволок?

– Честно?

– Честно.

– Понимаешь, Артемка, наша с тобой Контора получает деньги из международных фондов. Большие деньги. Эти деньги перечисляют, чтобы мы развивали программы по борьбе с терроризмом. Последнее время финансирование свернули... Акция была необходима... Со временем я объясню подробнее. Ведь теперь мы работаем вместе, да?

– Все-таки ты сука...

– Ты думаешь, я один сука? Между прочим, Писатель тоже наш человек. С самого начала был наш.

– Писатель, это правда?

Парни, как механизмы, повернули головы. У Артема был охрипший голос.

– Ну ладно – он... Но ведь мы с тобой...

Еще у него были огромные глаза. Даниил попробовал ответить. Ничего путевого из этого не вышло.

– Все! Кладем оружие и спускаемся! По одному! То, что я сказал, остается в силе. Если не соглашаетесь – вы трупы. Если соглашаетесь – можете считать, что сегодня самый удачный день в вашей жизни.

Моросящий дождь все стучал и стучал по жестяному козырьку. Гребень снял руки с приклада автомата... опустил руки. Даниилу показалось, что сейчас он заплачет.

– Нет. Это неправда.

– Что «неправда»?

– Все неправда. Я никогда не работал на спецслужбу. Он врет.