Человек из чужого времени - Борис Сидненко

– Сейчас считается дурным тоном работать в солидной фирме, не владея компьютером хотя бы на уровне пользователя. Пишущая машинка уже считается бабушкиной штучкой. Анахронизмом.

– А сколько надо времени, чтобы научиться работать на компьютере?

– В режиме редактора – один день. А если с базой данных или специальной программой – дня три-четыре.

– Андрей, мне нужна помощь.

– Нет проблем, через пару дней мы с Маришкой возвращаемся с дачи. Я подтащу сюда свой компьютер и кое-что объясню, дам литературу, потренируемся, словом, не бери в голову.

Потом был салют. Такого масштабного зрелища Михаил еще не видел, в нем было что-то языческое и сатанинское. Набережная Невы, заполненная народом до отказа, ревела от восторга после каждого залпа. Михаил и сам не заметил, как вскоре стал вместе со всеми кричать «Ура!». Но это еще что, с Лизой творилось что-то фантастическое, близкое к состоянию экстаза. Когда Михаил это заметил, салют перестал его интересовать, и он начал украдкой наблюдать за своей дамой. Он понимал, что это нехорошо, низко, но ничего не мог с собой поделать. Михаил был просто очарован Лизой и ее состоянием. И тут салют прекратился. Народ стал целоваться, ничуть не стесняясь друг друга. То же самое делали Марина с Андреем. Михаил держал Лизу за руку и мысленно представлял себе, как она обнимает его, прижимается к нему своим стройным и гибким телом. Страстно целует в губы. Он на физическом уровне почувствовал, как это здорово. Такого ощущения Михаил еще никогда не испытывал. А потом все, что он нафантазировал, произошло на самом деле. Вот так все и произошло.

Лиза вместе с Мариной и Андреем уехала в Вырицу, а гость из далекого прошлого снова остался один. С ним творилось что-то непонятное. Михаил не мог ничего делать. Пребывая в какой-то восхитительной прострации, он ничего не видел перед собой, полностью отдаваясь мечтам и грезам. Сказочное ощущение сладкого поцелуя и наэлектризованности двух примкнувших друг к другу тел рушило все мысли и желания. Сладкие фантазии переполняли голову.

Но вдруг – словно повеяло прохладой – перед глазами промелькнул образ Юли, и наваждение исчезло. Как там она? Ему сейчас сказочно хорошо, а каково Юле? У ее мужа явно не все дома. Какая тут может быть любовь? Бедная Юля. Как и чем ей помочь?

Он очень хорошо понимал, что похож сейчас на Буриданова осла, перед которым лежат две охапки свежей, сочной и ужасно аппетитной травы, а он лишь таращит на них глаза и не может отдать предпочтение ни одной, ни другой. Самое удивительное заключалось в том, что Лиза не являлась дополнением к Юле. Лиза была сама по себе единое целое. Совершенно иное, яркое и ослепительное, как салют. А Юля? Юля – это нечто тонкое, ранимое, возвышенное и настолько женственное, что, вероятно, именно в этом она была эталоном. С Лизой ему хотелось реальной, страстной, физической и настоящей любви, а с Юлей ему мечталось иметь романтические, тонкие, нежные, платонические отношения – держать ее за руку и томно вздыхать.

Так пролетели еще два дня. Рано утром четвертого мая явился Андрей, и с этого момента у Михаила началась совершенно новая жизнь, вытеснившая его любимых женщин на второй план. Два дня подряд, с короткими перерывами на перекур, молодые люди постигали компьютерные тайны. Андрей был фанатом в мире вычислительной техники. Это была его профессия, и в ней он был мастером. Когда учитель объяснял своему ученику различные процедуры и действия, нежно нажимая кончиками пальцев на клавиатуру, Михаил ощущал, как мысли одержимого человека проникают в самое сердце компьютера. Он видел на подсознательном уровне, как эти мысли бегут следом за каждым электронным тактом компьютера, как они отслеживают все хитросплетения алгоритмов и программ, подключая к процессу то один элемент системы, то другой. Даже когда Андрей устраивал перекур, выходя на кухню, чтобы в комнате было чем дышать, этот процесс не прекращался.

Вечером пятого мая приехала Марина, насильно оторвала обоих компьютерщиков от «идиотского занятия», накормила и увезла Андрея с собой. На прощание, предварительно отправив Андрея на улицу, она сказала:

– Юля и Лиза – это лучшее, что у меня есть. Если Юля может наступить своим чувствам на горло и сделать так, как того просят другие или здравый смысл, то Лиза такого никогда не допустит. Ей нужно либо все, либо ничего. Быстрей определяйтесь, милейший, и не мучайте девушек. Я это говорю только потому, что отчетливо вижу три ваших недостатка – у вас не только все на лице написано, но еще к тому же вы ненормальный и порядочный человек. Хотите знать мое мнение?

– Да.

– Оставьте Лизу в покое.

– Почему?

– Потому что с такими данными вам гарантировано место либо на кладбище, либо в психушке, если, конечно, вы уже там не побывали. Мне неважно, когда вы туда попадете – прямо сейчас или через год. Если вас не прибьют современные уроды, тогда она сведет вас с ума, как и других. Короче, оставьте Лизу.

– Извините, Марина, но я не могу вам этого обещать, – к удивлению для самого себя произнес Михаил.

Они уехали, а Михаил остался один на один с компьютером. Андрей к тому же оставил ему книгу под названием «Самоучитель для чайников». Он действительно чувствовал себя чайником, в котором все кипело, из носа валил пар, а свободного пространства внутри становилось все больше и больше. Тем не менее к двенадцати часам шестого мая ему удалось выучить все, чтобы потом смело говорить: «Да, я владею компьютером на уровне пользователя». Ему это очень хотелось сказать только одному человеку, который должен был вот-вот появиться. Он с нетерпением ждал Лизу, чтобы вместе с ней поехать за черной «Волгой» ГАЗ 2410.

Время шло, а Лизы все не было. Наконец она позвонила по телефону.

– Предлагаю вам прогуляться пешком до улицы Короленко. Там я буду вас ждать ровно в пять часов вечера. Сегодня я без машины, так что полностью рассчитываю на вас, Михаил.

Как и было обещано, машина была надраена до блеска и стояла без номеров.

– В МРЭО я уже все сделал, – сказал завгар, – завтра поедем к нотариусу, оформим договор купли продажи и снова в МРЭО – за номерами и документами на вас. Так что приходите к десяти часам утра вон к тому дому. Там, у нотариуса, и встретимся. Паспорт и деньги не забудьте.

Михаил и Лиза тепло попрощались с завгаром и пошли гулять по Литейному проспекту. На углу Литейного и улицы Некрасова зашли в кафе, купили бутылку сухого вина и сели за столик.

– Как ваши дела?

– С Фонтанки я уехала в тот же день и больше там не появлялась. Папа выписался из больницы, мама по-прежнему работает в Гидрометеоцентре, а дочуля – Аленка с моим дедом и бабушкой отдыхают на даче в Отрадном. В следующие выходные снова поеду их навещать. Вот я и раскрыла вам все свои тайны.

Все домыслы и предположения Михаила, все вопросы и непонятные вещи оказались простой человеческой обыденной жизнью. От нее веяло теплом и уютом. Ее так не хватало нормальному, обычному человеку, каким он не переставал считать себя ни на минуту. Что-то хотелось сказать, но ничего в голову не приходило. Неожиданно для самого себя Михаил произнес: