Дневник заштатной звезды - Пол Хенди

Как же печально увидеть своими глазами, в каких ужасных условиях обитает Мими Лоусон.

Во всей Британии не найдется человека, кто не знал бы ее имени, и большинство наверняка воображает, будто Мими Лоусон живет в каком-нибудь шикарном загородном особняке.

На самом деле Мими Лоусон ютится в муниципальной многоэтажке в Хэкни.[38]

Точнее, в той части Хэкни, которая не считается и, вероятно, никогда не будет считаться «модной». Адрес нашла Чарли – среди бумажек «Утреннего кофе». Она же убедила меня поехать туда.

Увиденное потрясло меня до глубины души. На всем микрорайоне лежала печать безысходности и нищеты. Оглядевшись по сторонам, я увидел кучи мусора, обгоревшие остовы автомобилей и малолетних мамаш, толкавших перед собой скрипучие коляски с вечно орущими младенцами – должно быть, этими пронзительными воплями они выражали свое несогласие с той обстановкой, в какой их вынудили появиться на свет.

Я пристроил «Ринго» на общественной парковке, включил радио и стал ждать. Не знаю, то ли это я изменился, то ли «Радио Эйс» действительно стало передавать одну сплошную муру? Я, можно сказать, вырос на «Радио Эйс» – да что там я – вся страна на нем выросла, только в последнее время они явно катятся по наклонной, совершенно не заботясь о вкусах слушателей. Такое впечатление, будто всем их диджеям лет по двенадцать, не больше, – им абсолютно нечего сказать, и – хотя жутко не хочется повторять своего отца – музыка, которую они ставят, просто отвратительна: БУМ-БУМ-тили-тили-БУМ-БУМ-тили-тили-БУМ-БУМ-тили-тили…

Два часа я просидел, слушая, как они без конца крутят одну и ту же песню – по крайней мере, мне так показалось. В конце концов я не выдержал, выключил радио и еще около часа сидел в полной тишине. Я уже начал клевать носом, когда заметил Мими, бредущую к дому. Поначалу я даже не узнал ее. В бейсболке и темных очках, в каждой руке – по тяжеленному пакету из дешевого универсама. Мими поставила пакеты на землю, собираясь открыть дверь. Я разглядел надпись на спине ее куртки. «Челюсти. Мюзикл. 1983». Я знал, что когда-то она сыграла в этой постановке. Спектакль провалился с таким треском, что оставил без штанов известнейшего театрального продюсера. Один популярный критик так написал о шоу «Ужасно жаль, что акула не сожрала Мими Лоусон раньше… скажем, когда той было лет восемь».

Заходя в подъезд, Мими обернулась, и я заметил, что живот у нее заметно округлился. Никак не могу привыкнуть к мысли, что эта округлость – мой ребенок. Дверь захлопнулась. Мне следовало выбраться из машины и последовать за ней. Следовало сказать ей, что я готов продолжить наши отношения, что с радостью приму на себя отцовские обязанности и что наш сынишка (или дочурка) вырастет в любящей, полноценной семье.

Да, так я и должен был поступить. Но, разумеется, я этого не сделал. Я завел «Ринго» и отправился домой.

Может, вернусь туда завтра.