Женские праздники - Сергей Таск

– Игорь.

– Игорь. У вас, ребята, своя компания, у меня своя, правильно?

Он кивнул.

– Я же на вашу территорию не лезу, правда?

– Еще налить?

– Налей.

Пропажу ключей от машины Федоров обнаружил не сразу. Он валялся на кровати с детективом, как вдруг его словно током ударило. Он полез в шорты – ключей не было!

– Так, – сказал он, стоя посреди комнаты. На всякий случай он глянул в окно, откуда стоянка виднелась как на ладони. «Жигуленка» на месте не было. – Та-ак, – повторил он, – это уже интересно.

А эти двое так и маячили на пороге. Коньяку в бутылке заметно поубавилось, соответственно и тон разговора оживился.

– Значит, прислала колхозница на радио письмо…

– Ну, – со смехом подгоняла его Женя.

– «Вы недавно рассказывали, что в ЮАР негры недоедают. Так нельзя ли, что они недоедают, присылать сюда? Наша скотина все подъест».

– Как, как? – развеселилась она. – «Что они недоедают…» Все равно забуду!

– Налить? – спросил Игорь.

– Ой, я и так уже… Ну, по последней.

– За вас тогда!

– А что!

Они чокнулись, выпили.

– Все, Игорек, а то мне голову оторвут. Короче, так: с чужого огорода морковку не воровать, договорились?

– Вы еще придете?

– Если будешь хорошо себя вести, – она помахала руками, как крылышками.

Он вышел за ней на лестницу и стоял там, пока не хлопнула парадная дверь.

Перед светофором Женя чуть не врезалась в переднюю машину – опять стали западать тормоза. Она чертыхнулась и заглянула вниз, пытаясь понять, в чем там дело, но в это время сзади посигналили – дали зеленый свет.

Федоров вернулся в номер. Сколько можно кружить вокруг гостиницы! Он сразу взялся за телефон.

– Владас? Это я. Извини за глупый вопрос, ты случайно не знаешь, где моя жена?.. Вышла подышать свежим воздухом и дышит вот уже… – он посмотрел на часы, – третий час. При этом ей зачем-то понадобилась машина, хотя без меня за руль она еще ни разу не садилась… Это я понимаю, но все-таки… В общем, если что, я в гостинице.

Начинало смеркаться. Алексей зажег торшер и попробовал читать. Потом осторожно достал из корзинки для мусора осколок стакана и долго его разглядывал: он никак не мог взять в толк, почему все куски стекла валялись в ванной? Вернувшись в комнату, он снова позвонил Владасу:

– Ничего?.. Слушай, у тебя есть телефон этого Юриса? Пишу… Шестнадцать? – переспросил он последние цифры. – Да… обязательно.

У Юриса не отвечали. Вдруг с улицы раздались невнятные крики. Федоров отдернул штору – какая-то пьяная компания громко выясняла отношения. Он выбросил из пепельницы окурок и остановился в тяжелом раздумье – больше делать было решительно нечего. Но тут, слава богу, зазвонил телефон.

– Ну что? – спросил он без предисловий.

Лицо его стало вытягиваться.

Через час он выходил из морга. Шофер, рябенький сержант в перелицованной тужурке, курил под фонарем. Увидев Федорова с сигаретой, молча дал ему прикурить.

– Жизнь!.. – вздохнул сержант.

Федоров ничего не ответил.

– Давно поженились-то?

– Полгода.

– Эх! – сержант смачно выругался. – Как же это она, без тормозов? Не знала разве?

– Прособирался.

– Чего? – не понял тот.

– С тормозами.

– Ты, че же, так и ездил? – не поверил шофер. – Без тормозов?

Федоров только желваками играл.

– Ничего так, доездились.

– Слушай, ты!.. – Алексей в сердцах смял окурок и зашагал прочь.

Он долго и бесцельно кружил по городу, пока неожиданная мысль не погнала его назад в гостиницу. В номере он тотчас принялся искать… чего? Он и сам толком не знал. Объяснения . Должно же всему этому быть какое-то объяснение. Ее поведению, ее слезам. Машине. Фразе этой странной. Как она сказала? «Почему надо влезать в нашу жизнь?» О чем это она?

Определенно, что-то было не так. И он нашел это что-то. В ее сумочке, висевшей возле телефона на спинке стула. Карточка. Обыкновенная картонная карточка. А на ней адрес.

– Улица Дружбы народов 12, квартира 40, – повторял он вслух незнакомое название, как будто то был тайный пароль. Он перевернул карточку, на обороте был адрес книжного магазина. – Ерунда какая-то. Это же тот книжный, в котором мы…

– Вам кого? – Игорь подозрительно смотрел на коренастого седого мужчину в кожаной куртке – вылитый киношник.

– Тебя, наверно. Пройти можно?

– А вы, собственно, кто?

Федоров протянул удостоверение прессы.

– Ясно, – кивнул Игорь, ровным счетом ничего не понимая.

Федорова он, однако, впустил и даже предложил коньяку, от которого тот не отказался.

– Ну? – спросил Игорь, когда они выпили. – Что дальше?

– Ты в книжном на Горького последний раз давно был?

– А что?

– Такое название, «Ракурс»… не знаю, как по-французски… тебе ни о чем не говорит?

– Ракурс по-французски будет l'oeuil… Постойте, – он встал с кресла и подошел к книжному стеллажу. – Странно…

– Что?

– Да вот он, целый комплект, мать привезла из Югославии, а одного – видите? – нет, – он показал на зияющий просвет.

– Где же он?

– Откуда мне знать! Предки из загранки вернутся, вот вы их и спросите.

– А эту женщину, – Алексей вынул из бумажника фотографию жены, – ее ты тоже не знаешь?

Игорь покраснел. Он внимательно разглядывал фото, и столь же внимательно Федоров разглядывал его.

– И давно ты ее знаешь?

– Первый раз сегодня видел.

– Тебя как зовут? – Алексей перешел на доверительный тон.

– Игорь.

– Слушай, Игорь. О том, что ты мне расскажешь, не узнает ни одна душа.

– А чего рассказывать? Стоит в дверях, а зачем пришла, я так и не понял. Красивая!.. – вздохнул он мечтательно и, спохватившись, поднял глаза на Алексея. – Извините, может, вы с ней…

– Ну что ты, – успокоил его Федоров. – У нас с ней ничего такого. Так что же она говорила?