Цунами - Анатолий Курчаткин

Дрон с Нелли, когда Рад вошел в «Coffee Max», были уже там. Заведение этого неизвестного Макса представляло собой довольно небольшое помещение с двумя стеклянными стенами, разделенное до середины барной стойкой. В углу, образованном стеклянными стенами, на офисном компьютерном столике светился просторным экраном, верных девятнадцать дюймов, монитор «Panasonic», и за ним, стуча по клавиатуре, спиной к входной двери, сидела Нелли, — Рад узнал ее и со спины.

Дрона Рад увидел, только когда тот замахал ему, вскинув над головой, крест-накрест руками. Дрон сидел в самом дальнем конце зала, за последним столом, съехав на стуле вниз, так что его откинутая назад голова лежала на спинке, и, обводя взглядом зал, Рад его просто-напросто не заметил.

Сюда, сюда, призывно замахал Дрон руками, убедившись, что Рад увидел его. Он сел на стуле в рост и, пока Рад, виляя между столами, пробирался к нему, держал руки вскинутыми вверх в приветственном жесте.

Этот выразительный размашистый жест удивительно подходил к нему. Он был соразмерен его носу. И тотчас, только подумал о его носе, Раду стало неудобно смотреть Дрону в лицо. Было ощущение, этот его выдающийся нос выражает самую его суть. Выворачивает ее наизнанку с такой откровенностью, какой человек по собственной воле никогда бы не допустил.

— А я уже думал, придется ждать тебя до морковкиного заговенья, — проговорил Дрон, когда Рад подошел к столу. Опустил руки и указал на стул напротив себя. — Как говорили в нашей юности, кидай кости.

Рад отодвинул стул, сел и посмотрел на часы. Часы показывали полторы минуты десятого.

— Мы же в девять договаривались, — сказал он удивленно. — Разве не так?

— Так, так, — подтвердил Дрон. — Но Нелли тебя уже заждалась.

— Я видел ее. Она сидит за компьютером.

— Вот именно. Извелась ожиданием и отправилась получать свою почту.

Рад понял, что Дрон насмешничает и, вероятней всего, они с Нелли только что появились здесь, может быть, за какую-то минуту до него. Но отвечать Дрону в его духе — не было в нем на это куража.

— Ну вот, пока там отправляет, я бы хотел тебе хотя бы в двух словах… — не откладывая дела в долгий ящик, начал он.

На лице у Дрона появилось выражение укора.

— Перестань. Ну перестань, что ты! Не комкай дела. Мы с тобой должны сесть — и обо всем обстоятельно. Не торопясь. Достаточно времени. У тебя обратный билет когда? Через пятнадцать дней.

— Уже через четырнадцать, — подсказал Рад.

— Через четырнадцать, — поправился Дрон. — Все равно достаточно. Не гони лошадей. Давай распусти галстук. Расстегни ворот. Отдохни, раз здесь. Рилэкс, как говорят в Америке.

Рад вспомнил: это же, только обойдясь без метафор, ему говорила вчера Нелли. «Расслабься, расслабься», — сказала она, когда они входили на территорию дворцового комплекса.

— Не забывай, Сиам — земля, созданная для отдыха, — с вещательной интонацией продолжил между тем Дрон. — Это американцы открыли во время войны с Вьетнамом. Привозили сюда своих солдат прийти в себя после джунглей.

— Да, — сказал Рад, — и сделали из Таиланда международный бордель.

Дрон поморщился.

— Ну перестань, перестань. Не весь Таиланд, а только район Паттайи. И так ли уж виноваты американцы? Сами тайцы. Тайки, вернее. Для них секс — нормальный способ заработка. Можно зарабатывать на жизнь, работая женой. Что предпочтительнее. Но можно — девушкой для утех. Вполне нормально. Хочешь в Паттайю?

— Не знаю, — отозвался Рад. — Не думал об этом.

— Съездим, — словно Рад ответил «хочу», пообещал Дрон. — Съездим, оттянемся.

— Где это вы собираетесь оттягиваться? — раздался над ними голос Нелли.

Она неслышно подошла к столу сбоку — воплощение зрелой женственности, строгого вкуса, рафинированного изящества.

— Обсуждаем, как мы поедем в Паттайю. — У Дрона не пробежало по лицу и тени смущения. — Рассказываю Раду о здешних жрицах любви. Ввожу в курс дела.

— Привет, Рад, — произнесла Нелли, коротко взглядывая на Рада. Она села и, устраиваясь на стуле, насмешливо посмотрела на Дрона. — Восемьдесят процентов тайских жриц инфицировано СПИДом. Насчет этого обстоятельства ты просветил друга? Дрон всхохотнул.

— Нет, насчет этого еще не успел. Ты опередила. Кстати, я не уверен, что цифра соответствует действительности. Восемьдесят процентов! Слишком уж много. Явное, по-моему, преувеличение.

— Ну, семьдесят девять. Тоже немало.

Дрон сунул руки в карманы брюк и снова съехал по стулу вниз, так что голова его оказалась на спинке.

— Нет, преувеличение, преувеличение. Они же профессионалки. Значит, пользуются презервативами. А кроме того, как известно, у проституток вырабатывается иммунитет против ВИЧ-инфекции. И что, они все до одной на учете у медиков? Нет, конечно. Восемьдесят процентов — это среди тех, что взяты на карандаш у медицинских статистиков. Но я не думаю, что в Таиланде так уж хорошо поставлено дело с медицинской статистикой.