Серые пчелы - Андрей Курков

Наступление лета замедлило течение времени. Больше шума появилось в природе, громче птицы по утрам запели, но и звон пчелиных крыльев от этого шума не затерялся. Этот звон считал Сергеич не только доказательством присутствия и здоровья своих пчелок, но и доказательством своего собственного присутствия. Ведь был он, как-никак, не только хозяином пасеки, но как бы и представителем законных интересов пчел. Интерес, конечно, у них один – мед собирать. Внутренние правила их жизни, отношения пчел-работниц с трутнями, с охраной ульев, вся эта мелкая бытовуха, как и у людей, являлась их личным делом и Сергеича не касалась. Его коснулась бы только неожиданная смерть или пропажа пчеломатки, но, слава Богу, в его хозяйстве с пчеломатками все шло гладко. Они жили, трудились, умирали, когда и как природой написано, передавая свою эстафету сменщицам, в тех же ульях рожденным. Ну а Сергеич только следил за порядком в смысле пчелиного здоровья. Ос, пытавшихся регулярно к пчелам под крышку улья подселиться, выгонял и истреблял, мед качал, металлическим скребком для этого соты открывая, разливал его по банкам, воск собирал, пергу. Вот так объединялись в единое смысл его жизни и работа, и смысла жизни тут было больше, чем работы. Работу основную пчелы выполняли и совета у него не спрашивали: что и как делать. Ни совета, ни разрешения.

Коммерческая выдумка Гали про то, что мед «антиалкогольным» быть может, возымела успех даже в соседних селах. И в бардачке его «четверки», исполнявшего роль кошелька и закрывавшегося на маленький ключик, накапливались деньги, помогая ему увереннее в завтра смотреть. Сама Галя подъезжала на мотороллере всякий раз, когда больше трех дней его не видела. Но приезжала не часто, ведь два-три раза в неделю он в селе появляться старался. И воды в канистру набирал, и у Гали ужинал, и у нее же, уже не пользуясь «медовым» кредитом, ведь давно закончился тот, чаем-колбасой-сыром запасался. После того, как первую пробную партию меда Галя продала, стала она ему наперед за мед деньгами платить. Отношения, впрочем, из-за этого деловыми не стали, а так и остались дружескими и теплыми. Она сама «нащупала» умом и нашла допустимую дистанцию отношений, чтобы и навязчивой не казаться, и эмоционально, да и телесно все необходимое от отношений с симпатичным ей мужчиной получать. Сергеич не противился. Он бы и большему не противился, но установившееся между ними полунезависимое равноправие его полностью устраивало. Жил он не на два дома, то бишь на свою палатку и ее дом, а только на один, на свой. Земля под ульями и вокруг Сергеичу тоже временно своей казалась. Потому и не положено ему было далеко или надолго от своего хозяйства уезжать. И это, без всякого сомнения, Галина понимала. Понимала, но все равно время от времени проговаривалась случайно так, что Сергеич тайное ее желание чувствовал – чтобы он вместе с пчелками к ней перебрался: он – к ней в дом, а пчелки – в ее сад.

Когда пчелы воском стали соты с медом закупоривать, озаботился Сергеич отсутствием медогонки. Попросил Галю с сельским пчеловодом, который свой мед в Одессу продает, поговорить. Тот нормальным мужиком оказался. Через пару дней сам на прицепе медогонку привез. С интересом в улья Сергеича позаглядывал. Помог мед накачать – почти сто кило набралось! Расплатился Сергеич с ним деньгами, а не медом: смешно было бы побратиму по пчелам мед предлагать. Но пчеловод из предложенных Сергеичем денег только пятьдесят гривен взял. «За бензин!» – сказал. И на прощанье руку пожал по-мужски, посмотрел Сергеичу в глаза с добрым сочувствием. А ведь ничего про жизнь его не спросил. Значит, рассказала ему Галина главное – чем Сергеич от других отличается и почему он тут оказался.

Вечером, оставшись один на один с новым медом и со своими «старыми» пчелами, уселся Сергеич у костра на подстилке-покрывале. Достал из багажника бутылочку настойки медовой, стаканчик пластмассовый и мобильник. Смеркалось уже, а потому костер ярче казался. Налил он себе полстаканчика и Пашкин номер набрал. Почему-то был уверен, что «Вне зоны» он, что невозможно отсюда до их села так просто дозвониться. Но после трех гудков что-то в телефоне клацнуло.