Алфи на каникулах - Рейчел Уэллс

– Томми, верни Джорджа, – закричал Томаш во все горло. Но Томми почему-то не послушался. Вместо этого он забрался на доску, опустился на колени и начал грести, расшатывая свое утлое суденышко. Джордж стоял на носу паддлборда, и любой другой подумал бы, что он наслаждается моментом. Он разглядывал воду, а не жался к Томми, как это сделал бы я на его месте. Даже для меня, несведущего, было очевидно, что Томми не особо силен в паддлбординге, потому что доска ходила ходуном, а потом раздался шумный всплеск.

– МЯУ! – завопил я. Что там с Джорджем? К счастью, он все еще стоял на доске, когда голова Томми показалась из воды.

– У него отличное чувство равновесия, Томаш, – сказал Генри.

– Даже для кота, – согласился Томаш.

Алексей подгреб к ним, и я с ужасом увидел, как Джордж посмотрел на него, а потом перепрыгнул с одной доски на другую. Когда Алексей развернулся и направил доску к берегу, я расслышал веселый смех обоих братьев, хотя и приглушенный ветром. Я обрадовался, увидев Джорджа теперь уже на доске Алексея – это внушало чуть больше оптимизма.

Джордж благополучно сошел на берег, где его уже поджидал Томаш с полотенцем, и, слегка обсохнув, мы все отправились домой.

– Джордж, ты не должен был этого делать, – отчитал я котенка, как только мы остались одни. – Кошкам нельзя приближаться к воде.

– Я люблю воду, папа, – взволнованно сказал Джордж.

Что? Мыслимое ли дело, чтобы кошка любила воду?

– И еще я люблю паддлбординг, – продолжил он. – Это так прикольно. Тебе стоит попробовать.

– Только после того, как освою его на суше, – ответил я, сдаваясь. Все-таки Джордж – большой упрямец, и теперь казалось, что помимо симпатии к Шанель, от которой один вред, у него появилась новая страсть – к воде, что еще хуже. И я понятия не имел, что с этим делать.

Если бы только люди были так же разумны, как я. Томаш и Мэтт – ну, и я, разумеется, – оказались правы. Женщины пришли в ярость, когда узнали, что мужья ходили к Андреа, и совершенно справедливо отказывались принимать на веру ее обещания.

– Она сказала, что поговорит со своими девочками и проследит, чтобы они никого не обижали. Но, по ее словам, девочки просто расстроились из-за того, что от них все отвернулись, – оправдывался Джонатан.

– Это неправда. – Франческа злилась. – Алексей рассказывал мне, что говорят ребята про ее девочек: они противные и пытались запретить всем играть с нашими детьми.

– Может, они просто дурачат свою мать, – предположил Мэтт.

– О боже, какой же ты идиот, – вспылила Полли.

– О чем ты вообще думал? Как такое в голову могло прийти – тащиться к ней? – Клэр чуть ли не визжала. К счастью, все дети, включая Джорджа, уже легли спать.

– Я просто подумал, что мы могли бы снять все недоразумения. – Джонатану по крайней мере достало ума изобразить раскаяние.

– И она не скрывала, что хочет этот коттедж. Ей просто тяжело видеть его пустующим. Но, когда мы объяснили, что он не будет пустовать, она сказала, что счастлива видеть нас своими соседями.

– И, кстати, она вас похвалила за то, что вы прекрасно справляетесь с ремонтом, – добавил Джонатан.

– И вы ей, конечно же, поверили? – не унималась Полли.

– Почему бы и нет? – Теперь и Мэтт, и Джонатан выглядели пристыженными.

– Ей-богу, стоит увидеть смазливую мордашку, и вы уже готовы поверить во что угодно.

– Я и не заметил, что она смазливая, – поспешил вставить Мэтт.

– Да, как же, – усмехнулась Полли.

– Ну, волосы у нее действительно красивые, – добавил Джонатан, и Клэр заехала ему по плечу.

– Вы, ребята, заблуждаетесь, если думаете, что она на самом деле такая разумница, как вы рассказываете. Она играет с вами, и даже неловко от того, что вы повелись на ее игру.

– Послушай, давай исходить из презумпции невиновности. Пожалуйста? – Джонатан раскраснелся и потирал плечо после шлепка Клэр, которая явно не рассчитала силу.

– Что ж, будь по-вашему, если вы так настаиваете. Но, если произойдет еще один инцидент, вам, ребята, придется признать очевидное, – сказала Полли. – Мы вас не обманываем, и наши дети тоже. Андреа – великовозрастная дрянная девчонка и своих дочерей воспитывает в том же духе.

– Хорошо, давайте оставим это, мы приехали всего на пару дней, и я не хочу провести их в спорах, – разумно сказал Мэтт. – Но, если и вправду что-нибудь случится, я обещаю, что мы вас поддержим.

– Да, если только дамочка с красивыми волосами снова не вскружит вам головы, – парировала Клэр.

Позже в тот вечер я почувствовал витающее в воздухе напряжение, и Томаш, который отвечал за ужин, смущенно откашлялся.

– Послушайте, ребята, тут такое дело… Момент, конечно, не самый подходящий, и я пытался оттянуть этот разговор, но у нас возникла проблема. – Слушать это было невыносимо.

– Что такое, дружище? – встревожился Джонатан. Франческа смотрела в тарелку, избегая вопросительных взглядов остальных.

– У нас в ресторане случился потоп, это катастрофа. Нам пришлось закрыться на пару недель как минимум, да еще и страховая тянет с оформлением выплаты. – Он выглядел таким потерянным, что мое сердце едва не разорвалось от жалости.

– О, Томаш, какой ужас, а мы даже ничего не знали. Фрэнки, почему ты не сказала? – всполошилась Полли.

– Я не хотела создавать еще больше проблем, – ответила Франческа.

– В каком смысле? – спросила Клэр.

– Деньги, которые мы вложили в коттедж, наши сбережения… они могут нам понадобиться в ближайшее время. Мне очень жаль, но я должен платить зарплату сотрудникам, а счета фирмы пока заморожены, поэтому мне нужна наличность. – Томаш нервно потер голову.

– Но ведь страховая должна выплатить, – резонно возразил Мэтт.

– Да, со временем, но у меня и моего делового партнера возникли проблемы с ними. Послушайте, нам очень нравится это место, и я не хочу его терять, мальчишки обожают свой паддлбординг, но у нас серьезная проблема с оборотными средствами, и я не знаю, как ее решить.

– Мы можем как-то закрыть эту дыру? – спросила Клэр, глядя на Джонатана.

– Дорогая, нам придется брать ссуду, что требует времени, если только не обращаться к ростовщику, но это неразумно. Томаш, когда тебе нужны деньги и в каком объеме?

Франческа назвала цифру, которая ничего для меня не значила, но все остальные ахнули, и она заплакала. Томаш обнял ее.

– Если бы был какой-то выход, мы бы попытались выкрутиться, – сказал Томаш. – Но у нас в запасе около двух недель, не больше, а потом… даже страшно подумать, что нас ждет.

– О боже, мы не можем потерять коттедж, только не сейчас, – произнесла Клэр со слезами на глазах.