Зубы грешников - Мирослав Бакулин

Аналойчики-бубенчики мои,

Эх же вы, христовенькие!

1

Некто из братии дивился, что на Литургии с правой стороны у окна в храме (на мужской стороне) всегда стояла бабушка Тася. Когда однажды ее там не оказалось, этот брат встал на ее место. Но вскоре морщинистая рука оттащила его от окна. Старушка с возмущением смотрела на охальника: «Ты чего сюда встал? Это мое место! Я уже четвертый месяц здесь ангелов прикармливаю».

2

Бабушка Мотя была не в себе. Все ее звали «конфетница». Она молча угощала конфетками всех детей в храме, иногда подходила и к взрослым. Ее считали «немного того». Но когда она умерла, отпевать ее приехали 20 священников и 14 диаконов со своими большими семьями. Оказывается, встреча с этой бабулечкой так запечатлевалась в памяти младенчиков, ее добрые глаза были полны такой любовью, что детки навсегда оставались в храме, помня, что здесь их ждет «конфетница». Многие из них стали священниками и диаконами.

3

Бабушка Зоя имела дар становиться невидимой. Обычно она охотилась в храме за молодыми девушками. «Зверь» на ее охоте был разный: то креститься не умеет, то с помадой на губах зайдет, то без косынки, но самые лютые – это которые в брюках в храм прут. Тут уж бабушка начинала блажить диким воем, зажмурив глаза от напряжения. Доставалось этим молодухам по полной программе: и ругала она их, и срамила, а если сопротивлялись, то и за волосы вытаскивала. За это у нее явился дар: как только батюшка проведет водосвятный молебен да пойдет всех в храме кропить, тут ее уже никто не мог видеть. И исповедовалась она тайно, а уж у причастия ее и вовсе никто не видал.

4

Бабушка Настя была прозорлива. Она могла посчитать, сколько раз за службу в нее вступила благодать. И если в храме служили приезжие священники, то она сообщала подругам, что с легкостью определит, кто сегодня служит – монах или белый священник. Когда же на ее заверения, что сегодня служит непременно монах, из алтаря выходил женатый батюшка, она немедленно объявляла, что он – «тайный монах в миру».

5

Бабушка Маша помогала всем без разбору. Придут к ней домой свидетели Иеговы, она их накормит, напоит. Придут кришнаиты, и их кормит-лелеет. Пришел как-то сосед-татарин и говорит:

– У моего сыночка маленького грыжа, собираются оперировать. Может, вы его полечите? Только я мусульманин.

– Это ничего, что мусульманин, это ничего, – запричитала старушка и приняла ребеночка.

Помолилась над ним, покропила его святой водичкой, грыжу маслицем освященным помазала, а потом поднесла младенчика к иконе Спасителя и поплакала по-матерински о его болезни. Ребеночек выздоровел. Татарин восславил Аллаха и так проникся этим чудом, что уехал в Ташкент учиться на муллу и скоро стал главным муллой того города, где жила «экуменистка». Приезжает к ней до сих пор, советуется. А на приходе ее сторонятся: как же можно со всякими неверными общаться?

6

После времен кривотолков об ИНН все стали бояться получать новые паспорта: мол, там чипы специальные для слежения из космоса поставлены. Батюшка на приходе решил эти мифы развеять и прочитал после службы проповедь, что паспорта новые нужно получать и ничего не бояться. Спасению души они никак не повредят. И в качестве негативного примера привел одну глупую интеллигентку, которая, чтобы «избавиться от слежки из космоса», пекла свой паспорт в микроволновке. После службы к нему пришла делегация бабушек, которые поинтересовались:

– Батюшка, скажите, сколько минут нужно в микроволновке-то держать и при какой температуре?

7

Один шофер, который работал при храме, зло подшутил над бабушками. Когда шла перепись населения, они очень боялись, что их «сосчитают» и тогда им уже не спастись. Шофер в ответ на их страхи сказал:

– Вот вам позвонят переписчики. Если даже вы двери им не откроете, то вас все равно посчитают. У них такие машинки есть, что они вас через дверь сосканируют.

Бабушки провели неделю под кроватями.

8

Бабушка Нюра была бухгалтером в храме. Она часто ругалась с настоятелем, разносила в пух и прах работников трапезной, преподавателей воскресной школы, доставалось от нее и грузчику, и шоферу. Батюшка ее недолюбливал, называл за глаза «настоятель в юбке» и добавлял: «Права качает». Она, сокрушаясь, рассказывала, сколько абортов сделала и что всю жизнь жила неправедно. Все не то что побаивались ее, но, так сказать, трепетали. Очень была хозяйственная и строгая. И вот она умерла. Почему-то все пришли на ее похороны. И оказалось, что она была в курсе дел каждой семьи прихода и всем-то успела помочь: где детей пристроила, где доктора присоветовала, кому материально пособила, а кого и к Церкви привела. Оказалось, что на каждый праздник все детки были с подарочками, почти весь приход собирался в трапезной. Что диакону она выбила квартиру, а батюшка был всегда при новом подряснике и облачении. Что храм реставрирован от пола до потолка. И когда пришла в храм новый бухгалтер, все загрустили и стали поминать за упокой прежнюю.