Плохая Мари - Марси Дермански

Дорога кончилась.

— Добро пожаловать в Лос-Аламандас, — сказала администраторша.

— Спасибо. — Мари было приятно, что к ней обращаются по-английски. — Я очень рада, что нахожусь здесь.

Мари глубоко вздохнула и секунду помедлила. Какая разница, как она выглядит. Она белая, она в Мексике, и у нее есть кредитка.

— Я бы хотела снять номер.

Мари не стала спрашивать, сколько это стоит.

И не стала предлагать помыть посуду. Она осторожно положила на стойку сначала Кейтлин, потом кокосовый орех и как ни в чем не бывало улыбнулась администраторше. Из заднего кармана своих джинсов, тоже от Шанель, кстати, Мари достала платиновую кредитку кинозвезды и собственный промокший паспорт. Бенуа Донель использовал кредитку Эллен, чтобы заплатить за авиабилеты, и это привело Эллен прямиком в Париж.

— Двухкомнатный номер, — сказала Мари. — С видом на океан.

— Разумеется. — Администраторша была идеально вышколена. Она не моргнув глазом приняла и паспорт, и кредитку, разве что изучала кредитку на пару секунд дольше положенного. Мари видела, что девушка изо всех сил пытается сохранить незаинтересованный вид. Она отодвинула Кейтлин чуть дальше от края стойки.

— О, Эли Лонгсуорт. Обожаю его последний фильм. Я считаю, его совершенно незаслуженно лишили «Оскара», правда? Просто грабеж. Он тоже здесь?

Мари улыбнулась про себя. Значит, он настоящая кинозвезда, и его знают администраторы в дорогих отелях. А Мари отказалась делать ему минет. Эта мысль приятно грела.

— Он скоро присоединится к нам, — сказала Мари. — Как только закончит съемки.

— Что ж, — администраторша пригладила свою и без того идеальную прическу и поправила очки, — это прекрасная новость. Я его большая поклонница.

Мари продиктовала вежливой администраторше все необходимые сведения, свое имя, адрес дома Эллен в Нью-Йорке. Девушка провела кредитку кинозвезды через специальный прибор. Все сработало.

— Превосходно. У нас есть замечательный номер для вас и вашей дочки.

— Моя дочка, — повторила Мари. Эти слова произносились на удивление легко. — Она спит без задних ног.

Она снова взяла на руки Кейтлин, закутанную в шелк. И удивилась, что руки задрожали. Хотя на самом деле ничего удивительного в этом не было — Мари несла Кейтлин на руках много миль. Теперь оставалось уже совсем чуть-чуть. Вслед за носильщиком Мари прошла к лифту. Поскольку багажа у нее не было, он предложил понести Кейтлин, но Мари отказалась:

— Она моя.

Теперь уже ненадолго. Эллен выиграла. Опять.

Как всегда. Она получит свою дочь обратно, и Кейтлин забудет Мари. Она никогда не узнает, что с ней случилась такая история, никогда не вспомнит, как была голодна и хотела пить, оставленная одна на пляже в Мексике.

Носильщик открыл перед ней дверь, и Мари оказалась в огромном, роскошно обставленном номере, высоко над землей. Стены были выкрашены в мягкий бледно-оранжевый цвет, океанский бриз шевелил легкие желтые занавески.

В спальне была кровать королевских размеров, на ночном столике стоял букет пышных белых гортензий. Без сомнения, это была самая красивая и элегантная комната из всех, где Мари приходилось жить. Еще один пункт в списке ее достижений.

— Посмотри, как здорово, — сказала она Кейтлин и поцеловала ее в сонный лоб.

Кейтлин открыла глаза.

— Мари? — спросила она.

— Привет.

— Привет, Мари.

— Привет, Кит Кат.

— Привет, Мари.

— Привет, Фасолинка.

Мари немного покачала ее. Кейтлин была тяжелая, но Мари не хотелось опускать ее. Она лизнула Кейтлин в щеку.

— Ты соленая, — сказала Мари.

В книге, которую она могла бы написать, Мари и Кейтлин навсегда остались бы вместе, в этом дорогом отеле. Они плавали бы в бассейне. Пили café con leches[52]и ели свежие фрукты. А потом смотрели мексиканские передачи для детей по гигантскому телевизору.

Мари распахнула дверь на просторный балкон, с которого открывался потрясающий вид на океан.

— Смотри, — сказала Мари.

Это было гораздо лучше, чем Эйфелева башня.

У Мари захватило дух. Не было никаких грузовиков или куч мусора. Только белый песок и бесконечная синяя вода. Небо было розовым и фиолетовым. Мари видела и солнце, и луну сразу. Она поцеловала Кейтлин в макушку, в мягкие белокурые волосы.

— Вниз, — скомандовала Кейтлин.

Мари, у которой уже онемели руки, неохотно опустила Кейтлин.

Кейтлин показала на небо.

— Оранжевое, — сказала она.

— Оранжевое, — согласилась Мари. Она присела перед Кейтлин на корточки и снова поцеловала ее — просто не могла с собой справиться. Но Кейтлин не возражала. — Я вижу оранжевое. И синее. И фиолетовое. И луну. Ты видишь луну? Вон там? Видишь?

— Вижу, — сказала Кейтлин. — Спокойной ночи, луна.

Нет, Мари не собиралась плакать.

— Иди сюда.

Она взяла Кейтлин за руку и отвела ее в ванную.

То, что она увидела, обрадовало ее безмерно.

— Посмотри-ка на эту ванну, — сказала Мари и сжала маленькую ладошку Кейтлин.

Ванна была прекрасная. Глубокая и просторная, с бордюром из темно-синей плитки, как бассейн снаружи. Обе они здорово испачкались за сегодняшний день, и Мари подумала, что, пока у нее есть такая возможность, она будет заботиться о том, чтобы Кейтлин всегда была чистенькая и довольная. Завтра, если будет еще можно, они поплавают в бассейне.

— Я хочу купаться, — сказала Кейтлин.

— Я тоже, — сказала Мари. Она улыбнулась в предвкушении удовольствия.

Но сначала Мари позвонила в службу обслуживания номеров и заказала ужин. Макароны с сыром, бутылку виски. Молоко для Кейтлин. Шоколадный пудинг.

— Я люблю шоколадный пудинг, — сказала Кейтлин.

Мари пустила в ванну воду.

Bad Marie © 2010 by Marcy Dermansky

«Плохая Мари» © Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2013

© Художественное оформление, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2013