Большой бамбук - Тим Дорси

Международный аэропорт Лос-Анджелеса

Прокат автомобилей. Слой нового, блестящего асфальта и люминесцентная оранжевая разметка. Время — несколько минут после двух часов ночи. Внутри скучающий от безделья клерк плюс уборщик, вытирающий шваброй пол возле туалета.

К прокату подъезжает автобус. Двое клиентов с красными от бессонной ночи глазами проходят внутрь. Пустой автобус направляется назад к зданию аэровокзала.

И вновь могильная тишина. Прокат живет в том же ритме, что и аэропорт. То звенящая тишина, то оглушающий рев двигателей. Серж развернул первую страницу дедова письма. Через всю его нижнюю часть протянулись написанные разным цветом цифры — всего десять. Серж положил письмо на полку телефона-автомата, расположенного рядом с крытой автобусной остановкой.

Через дорогу от них высилось здание отеля «Рамада». На каждом этаже, кроме первого, имелся балкон. На самом верхнем этаже возле перил стояла высокая женщина в ветровке с мощным биноклем в руках, направленным на стоянку проката, и вела наблюдение за силуэтом мужчины в яркой рубашке с тропическим орнаментом. Он стоял возле телефона-автомата рядом с крытой автобусной остановкой и засовывал в него монетки.

Серж поднес к уху трубку и набрал номер. Он не сводил глаз с двух фигур у стойки — усталого бизнесмена, который пытался получить автомобиль поприличнее, и какого-то идиота с доской для серфинга. Наконец в трубке раздались гудки. Серж прикрыл одно ухо: над головой с ревом пронесся очередной «Боинг-747».

На балконе отеля «Рамада» зазвонил мобильный телефон. Женщина с биноклем ответила на звонок.

— Алло?.. Серж?.. Да, мы еще здесь… Полчаса… У тебя есть ручка, чтобы записать?.. Девятнадцать-одиннадцать, Вест-Олив… Там у стойки тебя будет ждать записка…

Рев двигателей заглушил разговор. Серж вновь прикрыл второе ухо, глядя, как у него над головой на посадку заходит очередной авиалайнер.

— Ну ладно, до скорой встречи…

Женщина нажала кнопку отбоя и вновь подняла бинокль. И пока Серж шагал через всю стоянку к парковочному месту под номером 28, она провожала его взглядом.

Серж забросил сумку на сиденье красного «крайслера-себринга», спидометр которого показывал всего пятьдесят две мили пробега. Коулмен уже успел плюхнуться на пассажирское сиденье. И вновь над головой раздался рев двигателей.

Женщина на балконе отеля «Рамада» проводила взглядом «крайслер», выезжавший со стоянки.

Другой балкон, двумя этажами ниже; еще один бинокль. Этот принадлежал мужчине в темном костюме и узком черном галстуке. Мужчина говорил в телефонную трубку:

— Пост номер два, вызы…

— Все нормально.

Человек в темном костюме пронаблюдал, как «крайслер» выкатил с автостоянки и влился в поток машин. Окуляры бинокля вновь переместились на стоянку проката автомобилей. Оттуда вырулил черный «гранд-марки» и устремился в том же направлении. «Марки» вырулил на левую полосу и догнал «крайслер» у светофора.

Женщина на верхнем этаже отеля «Рамада» вновь набрала телефонный номер.

— Только что заметила черный «гранд-марки». Похоже, у них прикрытие… Верно… В действие вступает план «В».

Серж свернул на восток, на Манчестер-авеню. Теплый ветер ерошил ему волосы. Коулмен сидел, пригнувшись, пытаясь раскурить «косяк». Серж тоже наклонился и вставил свой «iPod» в специальное гнездо, чтобы можно было передавать сигнал через радиоприемник.

«Гранд-марки» катил на один квартал позади них, по той же полосе, с той же самой скоростью.

— Что за чертовщина, — произнес водитель. — Они заняли всю дорогу.

Серж поднял голову.

— Момент, которого мы ждали всю нашу жизнь, наступил!

Коулмен выпустил огромное облако дыма.

— Что?

— Звуковая дорожка! Специально для Лос-Анджелеса.

Серж переключил кнопку в нужное положение.

— Я угрохал несколько недель, подбирая мелодии для этого случая, чтобы нам с тобой зарядиться энергией.

Он нажал на кнопку воспроизведения, и прибор поставил на максимум громкость. «Крайслер» свернул налево, на Осадж-авеню.