Эверест - Тим Скоренко

Сегодня я наконец-то получил целую стопку твоих писем – местный мальчишка принес мне их около полудня. Какое счастье, что они все-таки успели меня догнать до того, как я начал восхождение!

Я не буду читать все сразу, потому что мне хочется растянуть удовольствие. Каждое твое письмо – это луч света, озаряющий дорогу наверх. Каждое твое слово наполнено такой любовью, что мне стыдно – я не могу, у меня не хватает слов, чтобы выразить свои чувства хотя бы отдаленно в той же мере, в какой их выказываешь ты. Ты моя единственная любовь – и гора, маячащая впереди, отступает на второй план, когда я читаю строки, написанные твоей нежной рукой.

Я очень рад, что Фрэнсис поправилась. Единственная причина, по которой я заглянул вперед и прочел одно из последних писем, это желание узнать, как она себя чувствует – ты напугала меня ее жаром в первом же письме. Береги ее, хотя я знаю, насколько глупо просить тебя об этом – тебя, лучшую в мире мать. Передавай Берри и Джону по поцелую и по подзатыльнику. Первый – потому что я безумно их люблю, а второй – потому что, судя по твоему письму, они того заслуживают.

Тем временем у нас тоже интересные, пусть и крайне неприятные, новости. На пути из Кампа-дзонга в Шехар-дзонг генерал Брюс умудрился подхватить малярию. При всех его недостатках он практически незаменим. Нортон, которому, судя по всему, придется занять место генерала, опасается не справиться и уже предложил мне взять на себя часть организационных вопросов. Я не против – руководство экспедицией после базового лагеря так или иначе должно было лечь на мои плечи. К сожалению, генерал был вынужден нас покинуть – сегодня утром он отправился обратно, поскольку вылечить малярию в здешних условиях невозможно.

Разделив с Нортоном организационные обязанности, я на своей шкуре почувствовал, насколько трудно управлять такой ордой носильщиков, тем более действовать приходится через переводчиков. Генерал, даже выпив несколько кварт пива, все равно был способен трезво оценить ситуацию и правильно работать с тибетцами и индусами. Я не так хорошо их знаю, поскольку генерал прожил в Индии порядка тридцати лет, а я бывал здесь всего несколько раз. В любом случае до монастыря Ронгбук осталось пять-шесть дней пути, потом еще день до базового лагеря – и всё. Управлять носильщиками непосредственно при восхождении я смогу.

Следующее письмо, думаю, напишу уже в монастыре, потому что мы планируем ненадолго там задержаться. Настоятель всегда был нам рад, мы наберемся сил и отдохнем перед восхождением. Каждый день я буду читать по одному твоему письму, представляя себе, что его только что доставили, и каждый день новый луч света будет освещать склоны горы, моя прекрасная, моя возлюбленная Рут.