Петля - Роман Сенчин

Я часто повторяю: «в прошлой жизни», «в позапрошлой», – но на самом-то деле жизнь одна, и я тот же самый, что был десять, тридцать лет назад. И пишу, по сути, одну и ту же книгу. Уверен, что честную и искреннюю. Но больно, когда критик, которого уважаю, некогда восторженно удивлявшийся моим вещам, потом советовавший включить некоторые в школьную программу, затем начинает выражать опасение, что если буду продолжать в том же духе, то стану тупиковой ветвью литературного процесса, предлагает написать неожиданное, а в итоге перестаёт отзываться на новые книги.

Ну да, ему попросту не о чем стало говорить в рецензиях. Не копировать же и ему себя самого…

Ох, всё, всё. Голова очугунела. Нельзя анализировать своё. Чужое – пожалуйста, а своё – нет. Так можно вообще перестать писать, если задумаешься всерьёз: что, как, зачем ты пишешь. Ёжик из анекдота умер не потому, что забыл, как дышать, а потому, что стал наблюдать за дыханием. Захлебнулся воздухом и умер…

Иду курить. Покурил – захотелось в туалет. Завернул в кабинет, подхватил со стола айфон. Без просмотра ленты «Фейсбука» как-то уже и не представляю сидение на унитазе. Кажется, ничего не получится. Мало того, накатывает тревога и муторное чувство впустую проживаемых минут.

Вожу большим пальцем по экрану, посты сменяют один другой. Тексты, фотки, рисунки. Что-то отмечаю символом «нравится», что-то – «ух ты!», иногда «сочувствую», изредка «возмутительно», случается «супер».

Конечно, просматриваю, что там кто пишет. Просто так френдов не лайкаю.

Фотка рекламы «напитков из Черноголовки»: «Пей! Не беси природу!» Ставлю «нравится».

«Планы на май-июнь 2019 год. Опять замахиваюсь на многое, рассчитываю сделать процентов 30. Но и их не сделаешь, если задачи заранее не обозначишь». «Нравится».

«На литературу не прожить. Решил открыть веганский общественный туалет на Невском. UPD: Спасибо, друзья! По результатам дискуссий, проект трансформируется в федеральную сеть веганских уборных “Зелёный великан“. Ищу компаньона и инвестора». Это явно саркастический пост. «Ух ты!»

«В этот день 28 лет назад погибла Янка Дягилева. Вечная память». «Сочувствую».

«В журнале “Традиция и Авангард“ вышел мой очерк о селе Кривель и окрестностях, попытка разобраться с пространством, где я живу последние годы». «Супер».

«Не успел написать про то, что наше празднование 9 Мая одна из немногих оригинальных черт России сегодня, как выступил М. Виторган с алым маком – мол, надо имено так, без георгиевских лент. Для таких виторганов самое страшное – это самостоятельность, неповторимость». Так, здесь воздержусь от реакции.

Под постом комментарий: «На лесоповал!»

«Такого президента вы никогда не увидите». И ниже – ролик. Задерживаюсь, и он оживает. Но без звука.

Мордатые парни в вышиванках и шароварах начинают срывать одежду, сдирают усы и остаются в каких-то мазохистских топиках, в сапогах на высоченных каблуках. Танцуют, дёргая туловищами, вихляя бёдрами. Один, невысокий, чернявый, кого-то напоминает. Рома Зверь?

Включаю звук. Сначала не могу понять слов. Что-то по-украински.

– Сало, цибуля, хринь, сивуха…

О, да это ж Зеленский, которого на днях избрали президентом Украины. Или сделали. Компромат, что ли?..

Останавливаю ролик, делаю запрос в «Яндексе»: «Клип с Зеленским». Читаю в первой же ссылке:

«В июле 2014 года, когда на Донбассе решалась судьба Украины, когда в кровопролитных боях с российскими боевиками и предателями Украины гибли наши военные и бойцы украинских добробатов, студия “Квартал 95“ размещала в Сети клипы, высмеивающие украинцев».

Так, ладно, ясно. Пускай дубасят друг друга клипами и прочим… Возвращаюсь в ленту.

«Мой смартфонный Т9 сошёл с ума, но это даже весело. Например, сегодня он настойчиво исправляет невинное местоимение “ты“ на таинственный глагол “тыркуем“. Но глагол хороший, мелодичный… Посидим рядком, потыркуем ладком, как говорится…» «Сочувствую».

«Писатель Елена Чижова – из семьи блокадников, экономист, переводчик. И вот она даёт интервью швейцарской газете и говорит, что Сталин и Гитлер погубили Ленинград “в четыре руки“, что Сталин ненавидел Ленинград. Сталин ненавидел Ленинград – неужели? А зачем финскую кампанию затеял? Не для того, чтоб отодвинуть границу от Ленинграда? Спорить не хочется – историки есть, они скажут».

И дальше, вопреки заявленному желанию автора не спорить, длиннючий текст про то, как необходим был Ленинград советскому государству.

Того, кто написал этот пост, я знаю. Хороший писатель, мой товарищ. Елену Чижову тоже знаю: десять лет назад ей дали премию «Русский Букер». В финале была и моя книга, многие и до и после церемонии говорили, что моя – явный фаворит, больше всех достойна. После вручения я подрался с одним литературным журналистом; пошёл слух, что так я выразил обиду и досаду. Да нет, напился просто, и этот литжурналист, по-моему, был достоин отхватить. Отхватил в тот раз, а года через три, тоже на вручении «Русского Букера», он меня побил. В тот раз он был пьянее… В писательских драках кто пьянее, тот и побеждает.

«Русский Букер» прекратил существование. А был самой престижной премией. Лауреатом я так и не стал, хотя выходил в финал три раза. Зато много других премий получил… Может, мотивации теперь нет хвататься за ручку и строчить новое… В рассуждениях о соревнованиях часто возникает слово «мотивация» – есть мотивация у того или иного спортсмена, команды или нет. К писателям это тоже, наверное, применимо. Вроде хочешь написать, а вот толчка, порыва, настоящего смысла – нет.

Что такое мотивация?

– Сири, алло!

– И вам здравствуйте, – вежливый и слегка насмешливый голос из айфона.

– Не умничай. Что такое мотивация?

– Вот что мне удалось найти. – И на экране появляется текст:

«Мотива́ция – побуждение к действию; психофизиологический процесс, управляющий поведением человека, задающий его направленность, организацию, активность и устойчивость; способность человека деятельно удовлетворять свои потребности».

Ясно… Выключаю айфон, никак не отметив пост про Чижову и её интервью. Оправдываю себя тем, что и пост я целиком не прочитал, и интервью тем более.

Выхожу из туалета. А из спальни выходит жена.

– Привет! – говорю с искренней радостью; ощущение, что не виделись давным-давно.

– Привет, любимый. С кем ты там разговаривал?

– А?.. А, с Сири. Спрашивал, что такое мотивация.

– И что же?

– Так…

Обнимаемся. Я вдруг ощущаю, что проголодался. Нет, не то чтобы проголодался, а… Живот вроде полон, а мозг говорит: надо поесть.

– Может, пообедаем? – спрашиваю.

– Можно… А что?