Тоскана для начинающих - Имоджен Эдвардс-Джонс

– Поужинать? – спрашивает Мэри, и голос ее взлетает вверх на целую октаву. – Сегодня вечером?

– О Боже мой! – вскрикивает Белинда из своего кресла. – Не могу поверить. Не могу поверить. Черт возьми, я не могу поверить! – Она встает и отшвыривает журнал «Спектейтор» в стену. – Над нами. Над нами! Как она оказалась над нами?

– Извини, Кайл, – говорит Мэри. – Тут что-то случилось, можешь подождать секундочку?

– Конечно.

– Что? – спрашивает Мэри, закрывая рукой трубку. – Он всего лишь пригласил меня поужинать вечером. Это все.

Я не об этом, – шипит Белинда. – Мир не крутится вокруг тебя и твоих горемычных дружков. Я не об этом говорю! – говорит Белинда, поднимая «Спектейтор» и несколько раз подряд тыча в него пальцем. – Смотри! Эта глупая корова разместила свою рекламу в том же журнале, что и мы, и – и – они поместили ее выше, чем нас! Она начала свое объявление с артикля «а»: «Тосканское гнездышко», впереди – артикль «а», – и вот, она на вершине списка. Как это типично! Американское дерьмо! – Она резко откидывается в своем кресле.

– Мэри? – звучит в трубке голос Кайла. – Ты все еще там?

– Погоди секунду, Кайл, – говорит Мэри, убирая руку с трубки, а потом снова накрывая ее ладонью. – Мам?

– Что? – Белинда оборачивается, ее блестящее от крема лицо выглядит ошарашенным.

– Кайл пригласил меня сегодня вечером поужинать с ним. Можно мне пойти?

– Что? Поужинать? Э-э… хорошо. Гм… я полагаю… – Белинда кажется ужасно смущенной. – Ну, я не думаю… – Потом медленно, но верно выражение ее лица меняется. – Вообще-то да. Конечно, ты должна пойти, – говорит она, поднимаясь со своего кресла. – Иди, – прогоняет она дочь. – Я хочу, чтобы ты выяснила все, что там творится. Кто забронировал у них номера, какие запросы они получают, стоимость. Поторопись, – добавляет она. – У меня много дел.

Мэри принимает приглашение на ужин. Решено обставить все попросту и встретиться в неформальной обстановке – у Джованны.

* * *

Белинда отсылает дочь в сад – позагорать или заняться чем-нибудь полезным. Ей нужно полное уединение у телефона и компьютера.

Первое, что она делает, когда Мэри поворачивается к ней спиной, – звонит в «Спектейтор», чтобы аннулировать объявление Лорен.

– Я знаю, – говорит она, – это ужасно печально, но из-за пожара мы не можем продолжать свою работу.

Я позвоню снова, когда что-нибудь узнаю.

Потом, выждав надлежащие пять минут, она перезванивает, чтобы внести некоторые изменения в собственное рекламное объявление.

– Так, вы записали? – спрашивает она. – «А-а, это Тоскана!» С двумя «а» в начале ? Хорошо. Замечательно, – улыбается она, весьма довольная собой. – Очень мило с вашей стороны.

Аннулировав объявление Лорен и поместив собственное в начало списка, Белинда приступает ко второй части своего плана. Она обращается к компьютеру и открывает засекреченную папку писем «Отвергнутые», помещенную в директорию «Экстра-личные». В ней полно запросов от людей, которым по той или иной причине было отказано в проживании в «Casa Mia». Лонгуорты из Корнуолла были отвергнуты, потому что он вегетарианец; Паркеры – потому что задали неуместный вопрос о гольфе. Мистеру и миссис Дэйви был дан от ворот поворот просто потому, что ее звали Сандра и Белинде показалось, что это «снизиттон происходящего». Салавэры из Франции хотели привезти с собой ребенка; какие-то американцы интересовались наличием кондиционера, два лондонца просили забрать их из аэропорта на такси, а ирландская пара астматиков спрашивала, не слишком ли высока лестница. Теперь Белинда улыбается, палец ее завис над кнопкой «Ответить всем». Она собирается передать их Лорен.

«Дорогие предполагаемые постояльцы, – начинает Белинда свое письмо. – Не знаю, будет ли полезна вам эта информация, но поскольку я, увы, не смогла принять вас, то подумала, что всем вашим требованиям будет отвечать маленький пансионат, открывшийся недавно в той же долине, что и всегда полная гостями «Casa Mia». Это маленький домик, его содержит американка, которая может удовлетворить все ваши запросы. Не стесняйтесь воспользоваться контактной информацией:…» – Белинда копирует подробности из объявления в «Спектейторе» и нажимает «Отправить». Слушая, как потрескивает телефонный кабель, она радостно поеживается от сознания собственной гениальности и решает отметить ее довольно большим стаканом шерри.

* * *

Пока мать внизу замышляет интриги и пьет не слишком хороший шерри, Мэри наверху сидит на узкой постели в маленькой белой комнатке, уставившись на свое отражение в зеркале платяного шкафа. Она качает правой ногой и вертит на пальце левой руки дешевое серебряное колечко с бирюзой. Надевает его, снова снимает и прокручивает в памяти события прошлой ночи.

Кайл подошел и пригласил ее на танец. Одетый в свободную белую рубашку и джинсы, он смело приблизился к ней на глазах у матери и у всей долины. И, Боже, как этот мужчина двигался! Она никогда раньше так не танцевала. Она просто переминалась с ноги на ногу на дискотеках и в ночных клубах, раскачивалась, оставаясь прочно приклеенной к полу… Нет, это был настоящий танец! Его рука в ее руке. Его рука вокруг ее талии. Это былконтакт. Это было романтично. Сердце так сильно билось в груди, что она едва могла дышать.

Потом он спросил, не хочет ли она выпить, и они пили «Просекко» и разговаривали, и он пару раз заставил ее рассмеяться, а потом предложил прогуляться по саду. Он взял ее за руку и повел мимо столика Дерека и Барбары, и Хоуард подмигнул ей (впрочем, возможно, он уже не очень-то контролировал мышцы своего лица, и это было просто от ветра). Но потом, по мере того как болтовня и смех и звуки джаза таяли, а тяжелый запах жасмина становился сильнее, Мэри все менее и менее беспокоило, кто их видел и что скажут завтра. Кайл указал на мягкую лужайку, окруженную старыми кустами лаванды и жасмина, посаженными предыдущим владельцем. Он лег, она легла рядом, стараясь не подвигаться к нему слишком близко, и он предложил смотреть на звезды.

Луна стояла высоко, трещали сверчки, темно-синее небо было неподвижно, а звезд в нем было столько, что казалось, будто кто-то вылил на небеса банку с белой краской.

– Это одно из моих любимых мест среди всех, которые я до сих пор тут обнаружил, – сказал он, опираясь на локоть. Отблески праздничных огней танцевали на его темных волосах. – Не то чтобы я тут долго пробыл, – улыбнулся он, – но здесь действительно хорошо.

– Я думаю, просто прекрасно, – согласилась Мэри. Голова у нее кружилась от «Просекко», запаха жасмина и близости такого красивого мужчины.

Кайл нагнулся и стал рыться в заднем кармане брюк. Наконец он вытащил нечто, похожее на очень тонкую, очень плотно свернутую сигарету.

– Хочешь ? – спросил он, вытянув руку с сигаретой вверх, к звездам, так, чтобы Мэри могла видеть.

– Это удивительно маленькая сигарета, – улыбнулась Мэри.