Не проспи любовь - Люси Китинг

– Ты чего? – спрашивает папа, давая понять, что наконец-то меня заметил, – а такое редко бывает.

– Ничего, – отвечаю я, безучастно глядя на него поверх чашки кофе.

– У тебя нога так трясется, что весь стол ходуном ходит. А я кроссворд гадаю. Что случилось?

– Да ничего не случилось, – говорю я. – Так, мысли. – Например, о том, придет ли Макс сегодня? Реален ли тот план, который мы придумали во сне? Я думаю, не написать ли Максу SMS с вопросом, но не решаюсь. В реальности мы с ним так и не общались с того самого разговора в библиотеке. А ночью выяснилось, что между нами происходит нечто странное.

Но что? – думаю я, тупо глядя в пространство.

– Ну вот, опять, – говорит папа. – Опять ты стол шатаешь. Может, сходишь прогуляться с Джерри? Он вот-вот уснет у меня на ноге. Встряска ему не помешает.

Я изо всех сил пытаюсь оттащить Джерри подальше от Общественного парка – странно идти туда сразу же после того, как это место мне приснилось, но Джерри неумолим, он тащит меня к воротам, словно тягач.

Он спешит к пруду и внимательно обнюхивает землю, будто кого-то выслеживая. Ту самую утку, наверное.

И тут я замечаю маленького лебедя, покачивающегося на воде метрах в пяти от нас. Лебедь смотрит мне прямо в глаза.

А я с любопытством смотрю на него. Возможно, на самом деле он глядит на Джерри, на этого монстра-охотника, и вспоминает его недавнее фиаско.

Но потом лебедь подмигивает мне.

Ошибки быть не может.

И я знаю, что это знак. Я должна отправиться в Мэн и найти Маргарет Янг. С Максом или без него.

Когда мы с Джерри возвращаемся, я вижу, что «вольво» Макса припаркован у моего дома, а сам он ждет нас на ступеньках и держит четыре стаканчика кофе.

– Я не знал, какой именно кофе ты любишь, – говорит он, пожимая плечами, когда мы подходим ближе. – Так что я это… взял все, что было.

Не могу сдержать широченной улыбки.

– Что такое? – спрашивает он.

– Да ничего, – говорю я, качая головой. Так, значит, он на самом деле согласен. Согласен со мной поехать. И именно это он и имел в виду, когда во сне сказал, что ему не нравится, что нельзя меня коснуться. – Как же мы все это выпьем? – спрашиваю я.

– Видимо, нам понадобится помощь, – говорит он.

– Приве-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-т! – визжит Софи, выбегая из дома и спрыгивая со ступенек, словно белка-летяга. Она набрасывается на меня и чуть не сбивает с ног. Потом отстраняется и смотрит на мое удивленное лицо.

– Ну вот, я так и знала! Буквально только что жаловалась твоему папе, что ты наверняка совершенно забыла, что я приезжаю в эти выходные. Ты же забыла, да?

– Ну… – заминаюсь я.

– Даже если забыла, соври, – предлагает она.

– Нет, не забыла, – неуверенно говорю я.

Софи снова визжит и обнимает меня, прыгает на месте и останавливается, чтобы поправить очки, почти слетевшие с носа. Щеки у нее разрумянились, гладкие коричневые волосы сияют.

– Кстати, я встретила тут вот этого, – говорит она, кивая на Макса. Потом наклоняется ко мне и чересчур громко шепчет: – Он куда симпатичнее, чем ты описывала.

Я стыдливо опускаю голову, а Макс делает вид, что ничего не слышал, и отпивает кофе, чтобы спрятать улыбку.

– Ну здравствуй, Джеральд, – говорит Софи, опуская взгляд на Джерри и тут же с презрением отворачиваясь.

– Ты же знаешь, его зовут по-другому, – с упреком говорю я.

– А может, мне все равно, – обиженно говорит Софи.

Я закатываю глаза и поворачиваюсь к Максу.

– Софи ненавидит Джерри за то, что он съел ее любимую куклу Барби, когда мы были маленькими. Она до сих пор не может его простить.

– С какой стати я должна прощать слюнявого монстра, напрочь лишенного манер и самоконтроля? – Софи прижимает ладонь к губам. – Ведь он же за секунду обезглавил несчастную Барби! А мы потом все следили за ним, когда он ходил в туалет по-большому: высматривали светлые волосы, хотели убедиться, что голова переварилась, – с отвращением рассказывает Софи.

– Следи за языком, когда говоришь о старине Джерри! – произносит кто-то. Я оборачиваюсь и вижу Оливера верхом на «сегвее» – эдакий современный рыцарь.

– Это еще что такое? – интересуется Софи. – У моей бабушки точно такой же. Только ярко-розовый. Можем устроить им свидание.

– Ты сначала прокатись, а потом критикуй, – говорит Оливер. – Впрочем, такой нахалке катание не светит.

Софи ахает, будто ее только что ударили перчаткой, и я не упускаю возможности вмешаться.

– Ладно, ребята, вообще-то, у нас с Максом есть планы на сегодня. – Я поворачиваюсь к нему, вдруг начиная нервничать. – Дай уточню, ты ведь поэтому приехал, так? – спрашиваю я. – Чтобы мы вместе уехали?

Макс поднимается и в замешательстве подходит ко мне.