Я не один такой один - Лилия Ким

Я лежал без движения до тех пор, пока не затекла рука. Чуть поворочался. У Оли была слишком мягкая для меня постель. Слишком жаркая. Матрас, сверху еще один, огромное пуховое одеяло, несколько толстых подушек… Спина задеревенела в непривычном положении. К тому же матрас прогибался под нашей тяжестью, и мы с Олей скатывались в центр, дополнительно грея друг друга.

Наконец я не выдержал, тихонько выбрался из кровати и стал одеваться. Надеюсь, удастся поймать машину, чтобы добраться до дома и немного поспать перед работой.

Оля даже не проснулась.

Я вышел. На счастье, оказалось, что дверь захлопывается, не пришлось прибегать ни к каким ухищрениям, чтобы ее закрыть.

[+++]

Утром мне позвонила Нина. Голос у нее был растерянный.

— У тебя там серьезно, да? — спросила она.

— Похоже, что да, — говорю я. — Надо будет тебя с ней познакомить.

— Давай, — говорит Нина. — Может, все вместе, втроем, куда-нибудь сходим.

— Надо подумать, — отвечаю я, давая понять, что мне не очень хочется идти куда-то втроем. — Вряд ли в ближайшие дни.

— А-а… Ну ладно…

Следом решил позвонить Оле.

Она долго не брала трубку, потом наконец взяла и сказала:

— Привет. Я так испугалась, когда проснулась, а тебя нет рядом. Знаешь, лучше нам какое-то время не встречаться. Не могу тебе этого сейчас объяснить.

Меня словно кочергой по загривку ударило.

— Но…

Но она уже отключилась и больше на звонки не отвечала.

Я еле досидел до конца рабочего дня и поехал к Оле домой.

Лифт не работал. Забрался на шестой этаж по лестнице. Позвонил в дверь, но ее никто не открывал. Сел на ступеньку и стал ждать.

Время тянулось медленно. Из соседнего глазка на меня постоянно кто-то поглядывал. С периодичностью в пять минут.

Неожиданно лифт зашумел. Включился. Поехал вниз. Потом со скрипом обратно. Остановился на Олином этаже. Сердце забилось так, что, казалось, вот-вот выскочит через рот. Открылись дверцы, и я услышал Олин голос:

— Знаешь, их страшно волнует, что у меня нет мужчины. Они думают, что я от этого жутко несчастная. Они думают, что если сами несчастные, когда у них никого нет, то и другие точно так же. Им и в голову не приходит, что это может быть не так. Ты когда пришел, так на меня посмотрел, что мне даже стыдно стало, что я пришла и тут сижу. А ты несчастный, что у тебя нет женщины?

— Да в общем-то нет… — ответил ей кто-то басом.

Мне показалось, я схожу с ума.

Оля вывернула из-за угла и замерла, наткнувшись на меня. Лицо ее стало точь-в-точь как у плохой актрисы в телевизионном сериале, которая пытается изобразить удивление и негодование одновременно.

— Митя? Ты что тут делаешь? — спросила она и добавила строго: — Я же просила тебя не приходить.

Я посмотрел на мужчину, что был рядом с ней. Среднего роста, в черной дубленке с серым свалявшимся мехом на воротнике, какие-то смазанные, незапоминающиеся черты лица, жеваные костюмные брюки, забрызганные внизу грязью.

— Извини, — я твердо решил, что никакой сцены Оля не получит. Я не буду звонить и упрашивать, хоть ей, наверное, это и будет приятно. Во всяком случае, мне было бы очень приятно. Но она не получит этого маленького удовольствия.

Я спустился вниз на лифте. Его кабина еще сохранила запах Олиных духов и мокрой шерсти ее пушистого шарфа.

Вышел из подъезда и набрал телефон Нины.

— Привет. Ты дома?

— Да, — говорит она.

— Можно к тебе приехать? Могу кино захватить по дороге, — говорю я.

— Случилось что? — спрашивает Нина.

— Да, приеду расскажу, — вздыхаю я.

— Ну давай, — говорит она. — Я уже даже соскучилась.

[+++]

Я лежу в постели рядом с Ниной. Мы смотрим мультфильм и грызем чипсы. До моего тридцатилетия остается каких-то два месяца, а до Нового года и того меньше. Вряд ли что-то изменится за это время. Да и хочу ли я что-нибудь менять? Мне и так хорошо, с минимумом усилий.

— Нина, — спрашиваю я, — может, нам уже хватит искать? Может, нам просто пожениться, и пошли они все?

Нина вздыхает и вполне серьезно говорит:

— Нет, давай еще пару лет подождем. Вдруг повезет.

— А-а, — говорю я, — ну ладно…

Скоро тридцать.