Ледяное озеро - Элизабет Эдмондсон

— Если он женится на ней, отношение людей к разводу изменится, — заметила Джейн.

— Вы так думаете? Хотелось бы, чтобы это было правдой, — сказала Сеси. — Я знаю множество людей, которые оказались запертыми в ловушке несчастливого брака и продолжают жить вместе лишь из страха общественного осуждения.

— Ваше поколение беспокоится о разводах? — удивилась тетя Джейн, вытаскивая тонкий золотой портсигар и предлагая Сеси.

— Нет-нет, благодарю вас, — покачала головой та. — Я пытаюсь покончить с этой привычкой — пациенты не любят, когда у женщины-врача изо рта пахнет табаком.

— По-моему, врачи всегда курят, — промолвила Джейн, наклоняясь вперед, чтобы прикурить сигарету от зажигалки Хэла. — Сельские врачи расхаживают повсюду с трубкой в зубах, а мой доктор с Харли-стрит[35]курит сигары. Но полагаю, женщина-врач — иное дело. Вообще эта идея кажется мне отталкивающей. Простите, что я так говорю.

— Это мнение разделяет с вами большинство населения, — спокойно ответила Сеси. — Включая моего отца и дядю Питера.

— Они опять на тебя наседали? — спросила Аликс.

— Скорее никогда не слезали. Едва меня завидят, как начинают произносить пафосные речи. — Она вдруг улыбнулась. — Но это ничего по сравнению с бомбой, которая разорвется, когда папа узнает, что мама тайно усердно долбит свою медицину. Она утверждает, что, когда начнется война, потребуется любой врач, который будет в состоянии стоять на ногах и помнить, как зовут его или ее. Старики, пьяницы, женщины — придется брать всех, кого только смогут найти.

Джейн слегка передернуло.

— Прошу тебя, Сеси, не упоминай слово «война».

Сеси метнула на нее быстрый взгляд и продолжила:

— Вчера вечером мама напустилась на дядю Питера за то, что он так нетерпим в отношении моего медицинского образования, а ему все как с гуся вода. А от Евы тоже не жди поддержки, с ее взволнованными ахами и охами по поводу того, какой неженственной я становлюсь и как она рада, что Розалинд не хочет заниматься мужской работой. А как бы она смогла, если бы и захотела — ведь у нее мозгов как у курицы и она практически безграмотна?

Джейн потеребила на шее нитку жемчуга.

— Жалею, что познакомила Питера с Евой. Знаете, как бывает: есть двое скучных людей, желаешь свести их вместе, чтобы самому удрать.

— Бог ты мой! Так это вы сделали? — воскликнула Сеси. — А дядя Питер что, тогда был в Лондоне?

— Да, и я немного знала Еву, по комитету, в который мы обе входили, хотя близкой подругой она не являлась. Скорее прилипалой, если уж говорить правду. Она ужасный сноб — того удручающего типа, который из людей среднего класса. Присосалась ко мне из-за положения, занимаемого Солом; ну скажите на милость, какую пользу может принести знакомство с Солом? Однако я немного виню себя, потому что слышала от Труди, будто Ева не очень ласкова к детям.

Как всегда, при упоминании слова «дети» ее глаза затуманились. Аликс, ставшая необычайно проницательной оттого, что ей приходилось много лежать в неподвижности, удивилась. Пожалуй, тетя Джейн сожалеет, что у нее нет детей. Бабушка всегда поддерживала в них мысль, что Джейн не хочет детей по причине генетического риска — так, мол, впечатлительна на сей счет. Это обстоятельство бабушка часто подчеркивала.

А сегодня тетя Джейн более разговорчива, чем обычно, вокруг нее витает атмосфера некоего безрассудства, как если бы она приняла решение по поводу своей жизни. Может, она собирается развестись с дядей Солом? — подумала Аликс и сразу рассмеялась над абсурдным предположением: бабушка не потерпит в семье развода. Единственный шанс тети Джейн на развод — если бы дядя Сол сам согласился, а он никогда не пойдет против желаний своей матери.

Она услышала, как вдалеке хлопнула парадная дверь. Роукби, который, кажется, секунду назад прислуживал за столом, исчез и вновь появился, чтобы возвестить о приходе двух гостей.

— Доктор Керр и мистер Рексхем! — объявил он, сделав знак младшей горничной, что нужно принести дополнительные чашки, блюдца и тарелки.

Дедушка усадил пришедших поближе к огню, едва дав им возможность приветствовать собравшихся.

— Мы зашли справиться о здоровье мисс Ричардсон, — произнес Фредди, когда получил возможность сказать слово. — Вижу, вы продолжаете держать ногу на весу. Абсолютно правильно.

Он нравился Аликс. Фредди не вел себя покровительственно или бесцеремонно, и его друг ей тоже был по душе. Майкл Рексхем принадлежал к породе молодых людей, с которыми ей не доводилось много общаться, и потому был интересен. Авиаконструктор, сказал о нем дедушка. Умный молодой человек, по его мнению. Дедушка также слышал о его начальнике, Джайлзе Гибсоне, тот в созданной им фирме творил могучие дела.

— Подсаживайтесь сюда, — предложила она ему, увидев, что Фредди и Сеси, узнав друг друга, ударились в профессиональную беседу о больнице Святого Луки, где одна проходила обучение, а другой стажировался в качестве младшего врача. — Расскажите, над какими аэропланами вы работаете. На них будут летать для развлечения, или они для этого слишком серьезны?

Майкл засмеялся и принял из рук горничной чашку с чаем. Положил в нее два куска сахара и стал неуклюже мешать серебряной ложечкой.

— Все самолеты серьезные. При обстановке, что сложилась сейчас в Испании, каждый задает себе вопрос, не потребуются ли вскоре нам истребители и бомбардировщики. Вот над этим я и работаю.

Его слова совпали с одним из тех моментов затишья в разговоре, которые неизбежно возникают за столом в разношерстной компании, и представители обеих семей застыли при упоминании запретной темы.

Аликс забавно было наблюдать выражения лиц собравшихся: легкая озабоченность на дедушкином лице, явное смятение на лицах Эдвина, дяди Сола и тети Джейн, озадаченный взгляд Фредди. Хэл наблюдал, как Аликс наблюдает за другими, в его глазах притаилась усмешка, уголки рта изогнулись. Повернув голову, Аликс столкнулась с презрительным взглядом бабушки.

— Я не вполне поняла, вы занимаетесь коммерцией или разработкой, мистер Рексхем? — вопросила та.

— И тем и другим, леди Ричардсон. Без потребителей не было бы и денег на разработки. Мы не научно-исследовательское учреждение, чтобы продвигать новые идеи и проекты, нам приходится продавать наши самолеты. Джайлз Гибсон, которому принадлежит фирма, высококвалифицированный конструктор, но в наши дни он в большей степени выступает как коммерсант.

— В самом деле? Разве это не является растрачиванием профессиональных навыков?

— Нет, только не в нашей сфере. Никто не станет покупать технику такого рода у человека, который не знает машину вдоль и поперек.

— А где вы получили образование?

— Я окончил Эдинбургский университет, а затем три года учился в авиационном институте.