Водяра - Артур Таболов

Иса от фуршета уклонился: за рулем. Выезжая на трассу, связывавшую Владикавказ с Назранью, в который уж раз порадовался компактности Северного Кавказа. Как-то ему пришлось ехать на машине из Москвы в Питер, едешь и едешь, конца не видно. А здесь - сорок минут и дома.

На границе Осетии и Ингушетии, это место называлось черменский круг, было три блок-поста: армейский и два милицейских, ингушский и осетинский. Здесь обычно обменивались пассажирами таксисты. Осетинские водители наотрез отказывались ехать в Ингушетию. Чтобы не терять заработка, созванивались с таксистами из Назрани и здесь, на черменском круге, пересаживали клиента из одного такси в другое.

На осетинском посту выезжающие машины почти никогда не останавливали. А въезжающие с ингушскими номерами обыскивали и досматривали со всей строгостью: документы, путевые листы, заявки с указанием времени проезда и числа пассажиров. Что не так, поворачивай обратно. Установление режима свободного проезда через границу - об этом и шла речь в одном из пунктов постановления, которое обсуждали рабочие группы.

На этот раз "Волгу" Исы тормознули. Молоденький гаишник, совсем пацан, в тяжелом для него бронежилете, с таким же тяжелым для него "калашом", небрежно козырнул:

- Документы!

- Не видишь, дорогой, какая машина? - снисходительно поинтересовался Иса, протягивая удостоверение. - Читать не умеешь?

- Умею, - ответил гаишник. Но вместо того чтобы вернуть удостоверение и пожелать счастливого пути, включил рацию: - Товарищ майор, Мальсагов. Который в розыске… Слушаюсь… Выйдите, пожалуйста, из машины.

- Я в розыске? - изумился Иса. - Ты что говоришь?

- Выйдите из машины! - повторил гаишник и поправил на груди автомат.

- Ну, щенок, твое счастье, что у тебя нет звездочек на погонах, а то бы слетели, - пробурчал Иса, выпрастывая из "Волги" рыхлое тело.

От блок-поста подошел молодой подтянутый майор МВД, отдаленно знакомый, почему-то в парадной милицейской форме, взял удостоверение, цепко посмотрел на снимок, потом на Ису, приказал:

- Пройдемте.

- В чем дело, майор? - возмутился Иса. - Я сотрудник Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев!

- Разберемся.

В отличие от легковесных, наполовину стеклянных будок российской дорожной милиции, осетинский блок-пост был сооружением каменным, основательным, обложенным бетонными блоками, способными выдержать прямое попадание снаряда. Кроме дежурки, в нем было еще несколько комнат с железными дверями. В одну из них майор ввел Ису, предварительно постучав:

- Разрешите?

Это был обычный небольшой кабинет, только вместо окна в стену была вмурована вентиляционная решетка с толстыми, будто тюремными прутьями. За канцелярским столом расположился грузный пожилой подполковник в расстегнутом кителе, русский. За приставным столом, спиной к двери, сидел еще какой-то человек в штатском. При появлении майора подполковник поспешно и будто бы суетливо встал и со словами "Работайте, не буду мешать" вышел из кабинета.

Майор переставил от стены на середину комнаты стул, приказал:

- Садитесь, Мальсагов.

- Кто-нибудь скажет мне, что происходит? - возмущенно спросил Иса.

- Сейчас скажу, - пообещал майор и коротко, без замаха врезал ему кулаком по скуле так, что у Исы на мгновение потемнело в глазах. Он пошатнулся и плюхнулся на стул, потеряв равновесие.

- Вы!.. Ты!.. Что вы делаете?! Вы!..

- Молчать! - оборвал майор. - Будешь говорить, когда тебя спросят. Или хочешь еще?

- Хватит, Теймураз, он уже все понял. - вмешался штатский и повернулся к Исе, спросил с усмешкой: - Ты все понял, брат?

Иса обомлел. Это был Тимур Русланов. И тут же вспомнилось, где он видел майора: на допросе в бесланской ментовке. "Что же это такое? - лихорадочно пытался сообразить Иса, держась за вспухающую щеку. - Что это значит?"

- Тебе задали вопрос, ты не ответил, - с пугающей вежливостью напомнил майор.

- Да, все понял. Я все понял! - закивал Иса, хотя по-прежнему не понимал ничего кроме того, что вляпался в какую-то опасную историю.

- Тогда к делу, - предложил Тимур.

Майор занял место подполковника, раскрыл картонную папку.

- Гражданин Мальсагов, 29-го октября 1992 года по поддельным документам вы получили в банке со счета кооператива гражданина Русланова наличными сумму, составлявшую по тогдашнему курсу сорок девять тысяч шестьсот семьдесят долларов. Вот заключение экспертизы: подписи Русланова на платежном поручении и доверенности вами подделаны. По заявлению гражданина Русланова прокуратура Промышленного района города Владикавказа возбудила против вас уголовное дело по обвинению в должностном подлоге и мошенничестве в крупных размерах по статьям 175-й и 147-й, часть четвертая, Уголовного кодекса Российской Федерации. Статья 175-я предусматривает наказание до двух лет лишения свободы, статья 147-я, часть четвертая, - от трех до десяти лет с конфискацией имущества. Таковы факты.

- Ну зачем так сразу, Тимур? - заныл Иса, сообразив, что дело не такое уж страшное, как ему показалось. - Сразу заявление, прокуратура! Я отдам, все до копейки отдам, клянусь!

- Я жду уже три года.

- Подожди еще. У меня будут бабки, скоро, сразу отдам!

- Нет.

- Тебе будет легче, если меня посадят?

- Да.

- Но тогда ты вообще ничего не получишь.

- Как это ничего? Глубокое моральное удовлетворение.

- Ну, если ты так, - вскинулся Иса. - Если ты так, вот что я тебе скажу. Меня не посадят. И не надейся, не выйдет! Я эксперт представительства Верховного комиссара ООН в Ингушетии. Наши меня не выдадут.

- Как только эти бумаги попадут к Верховному комиссару ООН, в ту же секунду ты перестанешь быть экспертом, - возразил Тимур с усмешкой, которую придавал ему шрам на губе. - Мошенники ему не нужны. А они попадут немедленно, если мы не договоримся.

- И нам не нужно требовать твоей выдачи, - подсказал майор. - Вот ордер на твой арест. "Мера пресечения - содержание под стражей". Подписано прокурором. Полюбуйся.

Иса впился глазами в ордер. Все на месте: подпись, печать. И вдруг увидел: не было даты.

- Ордер недействительный! Нет числа!

- В самом деле? - удивился майор. - Дай-ка взглянуть. Верно, числа нет. Это потому что мы точно не знали, когда ты возникнешь в пределах видимости. То, что совещание будет в Чермене, знали, а вот в какой день - нет. Но мы это сейчас исправим. Ставим сегодняшнее? - обернулся он к Тимуру.

- Нет! - закричал Иса. - Нет, ничего не ставьте!

- А почему? - полюбопытствовал майор. - Что нам мешает прямо сейчас надеть на тебя браслетки и отвезти в СИЗО? Я не знаю. Тимур, ты знаешь?