Мобильник - Чжэньюнь Лю

– Профессор Фэй выступать не будет, наверное, он хочет этим сказать, что все, что нужно, он уже изложил в своей книге, поэтому наша задача теперь это все осмыслить. В таком случае, мы попросим сказать пару слов автора предисловия, господина Янь Шоуи!

Для Янь Шоуи это оказалось сюрпризом. Ведь его никто не предупреждал, что он должен будет выступать на пресс-конференции. Однако в том, что Фэй Мо отказался выйти на сцену, Янь Шоуи чувствовал и свою вину. Поэтому, чтобы поддержать своего друга, а также извиниться за свою выходку с разоблачением (похоже, Фэй Мо это и вправду сильно зацепило, знай Янь Шоуи о такой реакции заранее, так лучше бы промолчал), он с бокалом в руке бодро подошел к микрофону. Что ни говори, все его хорошо знали, поэтому его выход на сцену сопровождался громкими аплодисментами, которые не входили ни в какое сравнение с жиденькими хлопками в честь Фэй Мо. После рукоплесканий установилась выжидательная тишина, все разговоры по кучкам прекратились. Но, дождавшись тишины, Янь Шоуи вдруг понял, что не знает, о чем ему говорить. Вполне логично, что на пресс-конференции, посвященной книге Фэй Мо, об этой самой книге и следовало говорить. Однако Янь Шоуи, который так и не смог прочувствовать эту книгу схватить ее главную идею, написал и соответствующее, ни о чем, предисловие. Вот и сейчас ему пришлось повторить свою тактику:

– Итак, раз господин Фэй выступать не будет, то скажу я. Собственно, если говорить о работе на телевидении, то я являюсь рупором Фэй Мо. Но прежде я обмолвлюсь, что еще до начала презентации господин Фэй Мо раскритиковал меня за крикливый наряд. Я даже занервничал, но зато сейчас, оказавшись рядом с нашей ведущей У Юэ, могу сказать, что наши наряды, олицетворяя Восток и Запад, даже очень неплохо сочетаются. По крайней мере сразу видно, что для нас это событие крупного масштаба.

Прямо как на съемочной площадке его ток-шоу, все вокруг захлопали и засмеялись. Стоявшая рядом У Юэ тоже улыбнулась в ответ. Янь Шоуи продолжал:

– Мне думается, что все книги можно разделить на два типа: изысканные и простецкие. Заставь написать книгу меня, выйдет чтиво для развлечения. Если же взять труд господина Фэй Мо, то в нем что ни фраза, то руководство к познанию себя…

Однако привести конкретный пример Янь Шоуи затруднился. В то же время он не мог постоянно кружить вокруг да около. Требовалось уже сказать что-нибудь по существу, и тут его осенило. Янь Шоуи вспомнил, как несколько месяцев назад на одном из собраний Фэй Мо вышел из себя из-за мобильников. Тогда он еще стал фантазировать на тему внедрения телефонов в первобытное общество. «Скорее всего, про это он написал в своей книге», – подумал Янь Шоуи и, ухватившись за эту мысль, стал развивать тему дальше:

– Разумеется, в книге содержатся самые разные руководства, однако самое ценное в ней то, что показывается связь между нашими словами и тем, что у нас на душе. Только прочитав книгу господина Фэя, я постиг одну истину: почему наша жизнь становится все сложнее и сложнее. Да потому что все больше и больше развивается наша речь. До того, как человечество научилось разговаривать, люди использовали язык тела. Тяжело же им приходилось, чтобы описать какое-то событие, наверняка требовалось выплясывать по полдня. Но сложнее всего было обманывать – тут прыгай не прыгай, а человек все равно не понимал, что его обманывают. Когда же люди научились говорить, обманывать стало гораздо проще: подвигал губами и никаких проблем…

Поскольку Янь Шоуи пошутил по поводу наряда У Юэ, та теперь решила взять реванш. Разумеется сделала она это незаметно, через намеки, которыми сдобрила ответную фразу:

– То есть почтенный Янь хочет сказать, что в обычной жизни он имел привычку обманывать. Однако, прочитав книгу господина Фэя, он вдруг взял и опомнился. Но ведь опомниться мало, надо подкрепить это действием, применить на практике. Для чистоты эксперимента мы предлагаем ему для начала внедрить язык тела в его ток-шоу. Вы только представьте, начинается передача, и тут господин Янь выходит в пляс!

Народ громко засмеялся. Даже Фэй Мо не удержался и, покачивая головой, усмехнулся. Один только Янь Шоуи выглядел смущенным. Но, как бывалый ведущий, он привык к такого рода фортелям, а потому отреагировал просто и бесхитростно. К тому же У Юэ, можно сказать, даже помогла ему вылезти из этой темы, в которой он чуть было не увяз. Поэтому, закругляя разговор, он сказал:

– Я одобряю предложение нашей ведущей. У нас как раз проходит кастинг для ведущих ток-шоу «Хочешь? Говори!». Я надеюсь, У Юэ тоже примет в нем участие, и тогда каждая передача будет сопровождаться нашими парными танцами. – Сделав паузу, он добавил: – Только нужно предупредить ведущих новостей во всех странах о новом танцевальном формате. И тогда даже пресс-секретарь Белого дома вместо приветствия начнет танцевать!

Все снова захлопали и засмеялись.

Итак, можно сказать, что пресс-конференция прошла на ура. После ее завершения служащие подошли к массивным дверям с постерами Фэй Мо и, открыв их, пригласили всех в банкетный зал. Там в ярком свете огромных хрустальных люстр посетителей ждали десять с лишним обильно накрытых столов. Выходило, будто все это время прилепленный к дверям Фэй Мо прятал всю эту вкуснятину прямо у себя за спиной. Толпа ахнула и мощной волной повалила внутрь.

Фэй Мо и Янь Шоуи усадили за главным столом. Там же присели директор издательства Лао Хэ, директор отдела сбыта госпожа Гао, а также другие не последние лица. Сначала все стали поднимать бокалы и произносить пафосные тосты. Но после третьего тоста народ за столами разбился на группки. Монотонное многоголосье в банкетном зале уподобило его пчелиному улью. Янь Шоуи, заметив, что настроение Фэй Мо вроде как улучшилось, вытащил из внутреннего кармана фотографию и потихоньку передал ее другу. Это было то самое фото, которое Янь Шоуи несколько дней назад получил от старшего брата Юй Вэньцзюань. На нем были Юй Вэньцзюань с ребенком на руках, Юй Вэньцзюань улыбалась, а малыш хмурился. Фэй Мо взял фото и, внимательно глядя на малыша, заметил:

– Большой уже.

Посмотрев на фотографию, он собрался было отдать ее обратно, но Янь Шоуи его остановил:

– Оставь у себя.

– Зачем? – удивился Фэй Мо.

– Все это время она лежала у меня в стеллаже, спрятанная в книжке. Но потом я подумал, что это не надежно.

Фэй Мо понимающе кивнул, но сказал:

– Шэнь Сюэ должна смириться с этой ситуацией.

– С ребенком она готова смириться, но ведь на фотографии еще и Юй Вэньцзюань. Кроме того, недавно я помог ей с трудоустройством втайне от Шэнь Сюэ, так что нужно быть осторожнее.

Фэй Мо снова кивнул. А Янь Шоуи тем временем осторожно вытащил еще и сберкнижку:

– Пока Юй Вэньцзюань входит в колею, финансовое положение у нее не очень, я отложил для нее две тысячи, если ей вдруг понадобятся деньги. Так что это тоже тебе на хранение.

Фэй Мо кивнул и спрятал фото с документом к себе в карман. Засовывая их, он заметил:

– Я тоже хочу тебе кое-что сказать. Моя жена раньше не очень жаловала Шэнь Сюэ, поскольку все-таки была подругой Юй Вэньцзюань, а сближение с ее соперницей она расценивала как предательство. Однако в последнее время она то и дело болтает с Шэнь Сюэ по телефону.