Моя любовь когда-нибудь очнется - Чарльз Мартин

Я сидел в темной гостиной и напряженно прислушивался в надежде уловить хотя бы отзвук голоса Мэгги, когда хлопнула входная дверь-экран и в комнату танцующей походкой вошел Эймос. Стояла середина ноября, канадские ветры принесли к нам с севера холодный арктический фронт, и температура упала до двадцати трех градусов^[36]. Не знаю, действительно ли во всем был виноват этот арктический фронт, но холод стоял такой, что, выйдя на улицу без перчаток, я едва не отморозил себе пальцы. И это был не предел – по радио сказали, что ночью температура может опуститься еще градуса на три-четыре.

Рядом со мной валялся на полу старый кархартовский комбинезон, болотные сапоги и налобный фонарь. Толстый вязаный свитер был уже на мне – я надел его, чтобы лишний раз не растапливать камин. Эймос окинул меня одобрительным взглядом, кивнул и, не говоря ни слова, повернулся и двинулся обратно к двери. Я подобрал с пола свое снаряжение и, выйдя вслед за Эймосом на улицу, закинул вещи в кузов его внедорожника. Уже в кабине, отогревая руки над решеткой включенной на полную мощность печки, я подумал о том, что зима наконец-то наступила и что Мэгги была бы рада.

Блу остался дома. Прежде чем выйти из комнаты, я повернулся к нему и поднял ладонь, словно регулировщик, останавливающий поток машин. Блу все понял. Тяжело вздохнув, он запрыгнул на диван и отвернулся с обиженным видом. Во всей его позе сквозило молчаливое осуждение, но я только покачал головой.

– Не сегодня, – сказал я как можно тверже. – Не хочу, чтобы ты пострадал.

В ответ Блу только тихонько заскулил и спрятал мокрый нос под диванные подушки.

Когда мы приехали в магазинчик Уилларда, парковка была уже битком набита грузовичками, пикапами, собачьими клетками и людьми в оранжевых жилетах, бейсболках с логотипами фирм-производителей сельхозоборудования, в теплых джинсовых комбинезонах и высоких болотных сапогах. Почти все жевали табак, используя чашки из-под кофе вместо плевательниц. Термометр на бензоколонке показывал уже двадцать два градуса, но, наверное, только из-за того, что, пока мы ехали, поднялся холодный ветер.

Пару недель тому назад Эймос похвастался, что купил отцу к новому сезону какие-то особо теплые болотные сапоги. Сейчас, не успел он поставить свой «Экспедишн» рядом со старым отцовским «Фордом», мистер Картер тотчас подошел к нам. На нем действительно были новенькие сапоги на эластичных подвязках.

– Отличные сапоги, Эйм, – сказал он. – В таких хоть за лосем гоняйся!

– Я рад, что тебе нравится, – ответил Эймос, и мистер Картер положил руку ему на плечо. Вместе они двинулись к магазину Уилларда, а я последовал за ними.

Мистер Уиллард с улыбкой распахнул перед нами двери – должно быть, он заметил нас в окно. Когда мы вошли, он повесил табличку «Закрыто» на крючок с присоской, прилепленный к средней панели окна.

После того как мы с Эймосом налили себе по кружке горячего кофе и наполнили облупленный зеленый термос, выглядевший так, словно он слишком долго валялся в кузове грузовика, кофемашина мистера Уилларда почти опустела. Пока мы с ней возились, мистер Картер снова вышел во двор, взобрался на собачью клетку, закрепленную в кузове его «Форда» и, привлекая к себе внимание, несколько раз ударил гвоздем по пустой жестянке из-под кофе. Подтянув повыше «молнию» на куртке, он поднял воротник, сунул руки в карманы и заговорил:

– Ну вот, можно начинать! Подходите-ка поближе, чтобы мне не орать на весь двор… Да, вот так будет лучше. – При каждом слове у него изо рта вылетали густые клубы пара – до того холодно было на улице. – Только ты, Джим, не стой так близко от моей выхлопной трубы – я не хочу, чтобы ты снова отрубился, и не желаю слышать от тебя никаких жалоб, когда мы зайдем глубоко в болото!

Мистер Картер улыбнулся, Джим смущенно переступил с ноги на ногу, а остальные рассмеялись. Фамилия Джима – Биггинс. Многие зовут его Бэггинсом или просто Бильбо, но на самом деле этот рослый здоровяк – полная противоположность забавным хоббитам. Джим владеет городской автомобильной свалкой, а в сезон холодов еще и приторговывает дровами, снабжая ими и местных, и кое-кого в Чарльстоне. За семь лет не было случая, чтобы у него закончились дрова, и не было случая, чтобы в Диггере кто-нибудь остался без топлива. Дрова Джим продает дешево, и многие из тех, кому газ не по карману, благодарны ему за то, что он не дал им замерзнуть.

Несколько лет назад он в течение нескольких недель вкалывал практически без выходных по много часов в день только потому, что по телевизору объявили – мол, Южную Каролину ждет долгая и суровая зима. В один из дней, вернувшись домой после очередной двойной смены, он переоделся в комбинезон и болотные сапоги и отправился вместе со всеми охотиться на енотов. Не успели мы зайти в болото, как Джим начал засыпать буквально на ходу. Мы ведрами вливали в него кофе, но ничего не помогало, и к тому моменту, когда собаки загнали на дерево крупного енота, Джим уже крепко спал, свернувшись клубочком прямо на земле, у подножия старого кипариса.

В Джиме шесть футов и шесть дюймов, а весит он фунтов триста. Вытащить его из болота нам было не под силу, поэтому мистер Картер и остальные продолжили охотиться, а мы с Эймосом в течение нескольких часов охраняли сон Джима. Мы развели костер и сидели возле него, попивая кофе, пока он наконец не проснулся. Поднявшись во весь свой рост, Джим несколько раз тряхнул головой, извинился, и мы повели его домой. С болота мы вышли, когда до рассвета оставался всего час.

С тех пор мне ни разу не приходилось платить за дрова: Джим просто не брал у меня денег. Тем не менее дрова в нашем амбаре не переводились. Каким-то чудесным образом они появлялись там каждой осенью в достаточном количестве.

– Я рад приветствовать всех, кто согласился принять участие в первой в этом году охоте на енотов! – Стоя на собачьей клетке в кузове пикапа, мистер Картер обращался к собравшейся на парковке толпе охотников, словно председатель правления крупной корпорации – к ежегодному собранию пайщиков. – Похоже, сегодня как раз подходящая ночка! – добавил он, разглядывая безоблачное небо и повисшую над горизонтом полную луну.

Охота на енотов в Диггере – это религия, культ, нечто священное, что на протяжении поколений передается от отца к сыну. А отец Эймоса к тому же уже несколько лет владеет лучшими енотовыми гончими в штате. В течение последних двенадцати или даже пятнадцати лет он неизменно становился победителем или, в крайнем случае, занимал почетное второе место во время Большой Охоты, которая традиционно проходила на болотах Сокхатчи. Мистер Картер буквально жил этой охотой, она вошла в его плоть и кровь. Ничто не могло его остановить. На улице мог свирепствовать ураган, срывающий крыши с домов и ломающий верхушки деревьев, но стоило ударить первым заморозкам, и мистер Картер грузил пять или шесть своих лучших гончих в кузов и ехал к магазинчику мистера Уилларда.

Не стоит заблуждаться: принять участие в первой охоте сезона можно только по приглашению, а мистер Картер весьма и весьма разборчив. И если вы все-таки получили приглашение, то лучше вам быть в хорошей форме и не отставать от основной группы. Если вы в состоянии прошагать без остановки десять или пятнадцать миль, да еще в хорошем темпе, тогда все в порядке. Если нет, во второй раз вас могут и не пригласить.