Сын менестреля. Грейси Линдсей - Арчибальд Джозеф Кронин

Каноник замялся и вопросительно посмотрел на Десмонда.

— Я говорю «нет», — твердо заявил тот. — Мы должны слушаться мадам.

— Ну… — задумчиво произнес каноник. — Я говорю «да». Справедливость следует разумно сочетать с милосердием.

— Спасибо вам, каноник, — улыбнулся Патрик. — Может, она так хоть кушать начнет. Если хотите ее видеть, она на теннисном корте.

Он провел их через дом в розарий, за которым находились теннисный корт и домик при нем. На корте Клэр, в обычных блузке и юбке, развлекалась, как могла: подавала мячи с дальнего конца корта, затем с отсутствующим видом медленно и небрежно собирала их, а потом снова посылала их в дальний угол.

— Нет, это не игра! — недовольно пробормотал каноник и после очередных вялых ударов Клэр ракеткой по мячу, не выдержав, сказал Десмонду: — Ради всего святого, приятель, давай снимай пиджак, возьми ракетку и сделай пару подач.

— Но у меня нет ракетки!

— Их там полно, в павильоне, — услужливо сказал Патрик и, на секунду исчезнув в домике, вернулся с новенькой ракеткой. — Вот то, что надо. Фирмы «Сполдинг».

Десмонд снял пиджак и ступил на корт, где Клэр встретила его удивленной, но приветливой улыбкой.

— Я не слишком хороший игрок, — смущенно произнес Десмонд, — но постараюсь хотя бы подавать мяч.

Они начали с небольшой разминки. Клэр умерила силу бросков, Десмонд же со своей стороны отвечал ей подачей снизу. У Десмонда был верный глаз, и скоро они играли уже во вполне приличном темпе, заслужив даже аплодисменты зрителей. Наконец они провели целый сет, который Десмонд, продолжавший подачи снизу, проиграл со счетом 6:4.

Клэр чудесным образом изменилась прямо на глазах, и с корта она уходила уже совсем другим человеком. Раскрасневшаяся и улыбающаяся, она горячо благодарила каноника, Десмонда и, наконец, Патрика.

— Это именно то, чего мне так не хватало, — призналась она.

— И отец Десмонд выглядит теперь гораздо лучше, — заметил Патрик. — Каноник, может, вы позволите ему поиграть, когда он к нам снова придет?

— Я разрешаю, — благожелательно кивнул каноник. — Но смотри, как он, бедный, вспотел. Ему понадобится костюм для тенниса.

— О, этого добра у нас навалом. У мадам здесь в шкафчиках и белые рубашки, и туфли, и брюки — все для парней из ее офиса, которые сюда приезжают. Я скажу Бриджит, чтобы постирала и погладила комплект.

Глаза Клэр радостно блестели. «А она не так плоха, как говорила о ней мадам. Да, уж коли мадам рассердится, то становится твердой как сталь», — подумал каноник, а вслух сказал:

— Я понимаю, как вам скучно и тяжело, маленькая мисс. Мы вам сделаем некоторое послабление. Если отец Десмонд в четверг будет свободен, то сыграет с вами партию. А теперь бегите, приведите себя в порядок. Вы вся потная.

Они проводили ее глазами до задней двери домика, и она, повернувшись, помахала им с порога.

— Я ничуть не лучше, — улыбнулся Десмонд. — Мокрый как мышь. Может быть, Патрик отвезет нас домой?

— Это меня вполне устроило бы, — ответил каноник, которому вовсе не улыбалось тащиться в гору до дома священника.

— Я позабочусь о том, чтобы в павильоне включили воду, — доверительно шепнул Десмонду Патрик, когда они уже шли к гаражу. — Вы тогда в четверг после игры хоть помыться сможете.

И преисполненные осознания выполненного долга, весьма довольные собой, посетители были благополучно доставлены домой. А Клэр, следившая за ними из окна своей крошечной спальни, впервые за долгое время почувствовала себя счастливой.

Глава 14

Однако ближайший четверг выдался дождливым, и официальный визит в Маунт-Вернон было решено отложить. Десмонд до полудня вместе с каноником работал над квартальным отчетом, выписывая в одну графу все расходы пресвитерии, а в другую — доходы от церковных пожертвований. Сальдо было таким мизерным, что каноник сокрушенно покачал головой:

— Если бы не мадам, Десмонд, мы никогда не свели бы концы с концами. Ты только подумай, сколько всего она нам дает и сколько всего оплачивает. Чудесные восковые свечи, красивое облачение, цветы. А еще свет, отопление, даже ладан. А теперь эти сказочные перила, — сказал каноник и, помолчав, добавил: — Интересно, как она там сейчас?

И словно в ответ на вопрос каноника, с дневной почтой пришло письмо из Швейцарии. Письмо было адресовано Десмонду, который тут же прочел его вслух канонику.

Мой дорогой Десмонд!

Со времени моего приезда сюда я была чудовищно загружена и все же улучила минутку, чтобы снять тяжесть со своей измученной души, а также сообщить вам, что все нужные распоряжения относительно новых перил алтарной преграды уже сделаны. Вы можете передать добрейшему канонику, что я утвердила предложенный эскиз. Он чудесный. Я также выбрала различные виды мрамора, тоже очень красивого, и синьор Морено, глава компании «Морено», сообщил мне, что все эти бесценные вещи уже упакованы и не позднее чем через неделю будут отправлены прямо в Корк. Груз будут сопровождать четверо его лучших мастеров, которые проследят за доставкой, разгрузкой и установкой мрамора. Все это займет семь-десять дней, поэтому, быть может, добрейший каноник забронирует им номера в привокзальном отеле. Попросите, чтобы Долан готовил им преимущественно блюда с макаронами и рисом — это их любимая еда.

И сейчас самое мое страстное желание — поскорее увидеть мой чудесный подарок установленным в моей чудесной церкви. Я мечтаю преклонить перед ним колена и получить причастие из ваших милых рук, мой милый Десмонд. И это станет для меня великой радостью — и духовной и, да-да, вполне мирской, — но чистой и светлой.

Десмонд покраснел и замолчал, бросив взгляд на каноника, который понимающе кивнул и пробормотал:

— Я знаю, приятель, знаю. Если бы не ты, мне еще долго пришлось бы ждать…

Тогда Десмонд продолжил чтение:

— «Но мы не должны забывать и о нашем добрейшем канонике, который очень скоро сможет праздновать победу над своим заклятым другом из Корка».

— Она все понимает! Какая женщина! Какая женщина! — хихикнул каноник, а Десмонд тем временем снова вернулся к чтению письма.

— «Теперь о других, менее важных вещах. Я имела крайне неприятный разговор с майором Култером, бывшим директором Клэр, который, помимо всего прочего, отчитал меня так, будто это я опорочила доброе имя вверенного ему пансиона, пострадавшее из-за эскапад Клэр. А еще он представил мне целую пачку счетов, присланных в школу уже после отъезда Клэр. Моя дорогая племянница влезла в долги ради таких абсолютно ненужных вещей, как яркие платья, жемчужное ожерелье и белые перчатки. Мягко сказать, у нее нет даже общих представлений о приличиях, а также о