Парижанка в Париже - Всеволод Кукушкин

Император Александр также против перевода Наполеона – у него все-таки есть сведения, что здесь же, у него под боком, в соседних дворцах делегаты Англии, Австрии и Франции готовят свой заговор против России. При этом Александр ведет сердечную переписку с королевой Гортензией, ежедневно демонстративно гуляет по Вене с Евгением Богарнэ, пасынком Наполеона, сыном Жозефины от казненного якобинцами генерала…

Зябко поеживаясь от холодного парижского вечера, Андрей Васильчиков вошел в кафе, быстро оглядел зал и увидел блестящую… лысину мужчины, который был весел, энергично жестикулировал и вызывал улыбки пары друзей и нескольких дам. «Господи, да это же Федор Гагарин – «Адамова голова», – подумал Васильчиков. И тут же его окликнули со стола знаменитого на всю армию князя, пользовавшегося славой игрока и бретера.

Васильчиков подошел к компании, присел на предложенный стул. Федор рассказывал друзьям о том, как лишь со своими кавалеристами из Павлоградского гусарского полка год назад брал крепости в Голландии. О нем было известно, что это человек исключительной храбрости и предприимчивости. Судя по облику дам, находившихся за столом, они получали удовольствие от вечера, но не знали, на ком из них остановит свой выбор этот молодой офицер, видимо привыкший к жизни раскованной и чуждой условностей.

Федор был в хорошем настроении, хотя и обмолвился, что скоро Париж покинет, поскольку получит новый чин – подполковника и отправится к месту службы – в тираспольский конно-егерский полк.

Васильчиков некоторое время поддерживал компанию, иногда одобрительно смеялся, иногда вставлял слово – другое, когда речь шла об общих знакомых. Но через некоторое время попрощался с Федором и отправился в сторону дома. Назавтра ему предстояла более важная встреча.

Из записок Васильчикова:

«…Во время пребывания на юге страны имел общение с различными лицами из почти всех сословий. Общее впечатление – растерянность в связи с тем, что они лишились своего любимого героя, который в то же время принес Франции много бед. Из обрывочной информации складывается, что кто-то готовит возвращение Бонапарта из ссылки, сделано это будет весной, поначалу в поддержку у него будет небольшой отряд из опытных солдат, которые находятся на Эльбе. У него мало офицеров, но старые солдаты из гвардии, которые здесь нынче промышляют, чем придется, готовы сей же момент встать под ружье.

Продвижение Наполеона будет быстрым, но всех будет волновать и интересовать одно – будет ли он оставаться в пределах Франции или вновь двинется по Европе.

В Париже возвращение Наполеона не будет столь радостным, поскольку парижане помнят все тяготы и лишения, которым они подверглись по его милости. Вместе с тем парижане похожи на куртизанок, которые меняют любовника без сожалений, но все более восторгаясь новым и быстро забывая прежнего. В парижских салонах возвращение императора не обсуждается столь оживленно, как на южной окраине страны. Многие боятся королевских наушников.

Основное пополнение Наполеон, как мне удалось услышать в Тулоне от одного из моих конфидентов, получит по мере продвижения с юга на столицу, когда пойдет через большие города. Как считают бывшие военачальники, которые оказались не у дел, император соберет-таки новую армию, но пойдет походом через Бельгию на север, чтоб упрочить свое положение в Европе. В любом случае он не предпримет никаких шагов, чтобы конфликтовать с Российским императором. Его ближайшая задача состоит в том, чтобы восстановить свое положение во Франции и посмотреть на реакцию европейских держав. При этом он будет направлять своих людей за получением конфиденциальной информации и из Санкт-Петербурга».

Васильчикову хотелось еще добавить, что Наполеон считает Александра хитрым византийцем, но счел за благо таких слов не писать. Попадет еще бумага не в те руки, потом беды не оберешься. Хотя и молод Андрей, но уже понял некоторые правила переписки.

«…Бонапарт остается весьма популярной личностью среди нижних сословий. Он добился всего собственными усилиями, не обладая ни протекцией, ни связями в высшем обществе, ни знатностью рода. Его и по сей день ставят в пример молодым людям, что придает ему дополнительной привлекательности. Многие считают его высшим достижением – введение Гражданского кодекса, который придает ему дополнительную популярность. Можно полагать, что этот кодекс станет общеевропейским, и будет применим повсюду, может дойти и до России.

Французское население сегодня очень отрицательно относится к новому королю, считая, что новая власть отнимает все, что получил народ. Вместе с тем, хотя многие и говорят о свободах, по большей части думают о своих кошельках, своих домах и своих хозяйствах. А потому никто не окажет никакой поддержки Наполеону, едва он заикнется о новых походах. Во Франции сейчас большой недостаток мужского населения, чтобы формировать новую сильную армию и потребуется немало лет, чтобы подросла смена тем, кто сложили свои головы в прошлых походах, в том числе и в России», записывал свои наблюдения Васильчиков.

* * *

Париж, 2009 год.

После первого «экскурсионного» дня по Парижу московский гость пришел домой к Николаю и Анне, как он сам выразился, «без ног» и просто рухнул в кресло.

На самом деле он потащился на Монмартр и решил набраться впечатлений по полной программе. В его случае это означало пройти везде пешком, начиная от станции метро и посещая все уголки, упоминаемые в различных справочниках по истории мирового искусства.

– И как впечатления? – задав вопрос, Аня сделала два шага на кухню, чтобы быстро сделать чай – выбор у них был весьма велик, что зеленого, что черного – нашелся и десерт. Ужин предполагался позже, когда придет домой хозяин.

Впрочем, хозяин не заставил себя долго ждать. Сели за стол.

– У, жадюги, раздули из Монмартра черт те что, а так смотришь – обыкновенный холм, и все тут. Чашка кофе в кафе с видом на импозантных мужиков у мольбертов – что есть, то есть, – вдвое дороже, чем внизу в городе. Сделали из холма бренд, и теперь бренд сам себя продает, – рассуждал Володя, пользуясь тем, что у него появились слушатели. – Ведь, по сути, французы – самые большие мастера пиара. Американцы им в подметки не годятся.

– А как янки ту же кока-колу раскрутили? – возразил Николя.

– Да причем тут кола? – гнул свое Владимир. Ты еще биг-мак вспомни! А вот Наполеон…

– Ну, ну, и что Наполеон? – решил подыграть другу Николай.

– Кто такой Наполеон? Да, был такой узурпатор, вояка. Корону из рук папы римского прямо-таки вырвал, потом залил кровью половину Европы, а в двенадцатом году из России бесславно покатился назад. Еле ноги унес, чудом не попал к казакам. Проигрывал сражение за сражением и кончил свои дни в тюряге позорной. А французы из него сумели героя сделать, объявили великим, сделали бренд и удачно им пользуются. Чуть что – здесь ночевал Наполеон! А вот коньяк – Наполеон и прочее. Так что французы – лучшие мастера пиара.