Диван для Антона Владимировича Домова - Алан Араменко

— Первая жертва…

— Да, точно. Вы знаете? — спросил Александров, но тут же спохватился. — А, ну да! Ужасно, что малыш чуть не погиб единственно от того факта, что при рождении убил только лишь одну свою мать, не правда ли?

— Да, звучит не очень, — согласился Тоша. — Так этот самый Майкл…

— Этот самый Майкл и рассказал ей о семи судьях. Она же поведала мне…

— Он и есть тот самый бессмертный, о котором вы говорили?

— Да.

— Отчего вы назвали его так?

— Знаете, когда он пришел к Елене, то выглядел как молодой юноша. Прекрасный, словно ангел, с теплыми, нежными глазами, излучающий любовь и доброту. Столько лет прошло… и она и я, мы покрылись морщинами и поседели, а вот он ни капли не изменился… все так же фальшиво прекрасен…

— Ясно.

— Под его руководством, мы основали «Seven», чтобы помочь ему в поиске детей. Он говорил нам, что делать, куда идти, что искать, и мы следовали его указаниям. Позже, для того, чтобы обеспечить финансирование «Seven», мы основали и «Future star company», используя тех детей, которых смогли отыскать. Майкл не был против, но всегда контролировал то, куда мы хотели их направить. Время шло, и он все больше отдалялся от нас. Вскоре мы и вовсе перестали его видеть, получая его волю через Иванку, к которой он привязался.

— В чем же она заключалась?

— Мы должны находить детей, брать их под свой контроль, заставлять работать на нас, на него.

— Зачем?

— Я не знаю, так нужно, он уверил нас в этом. А потом все вошло в привычку, и не требовалось спрашивать.

— То есть вы делали все это, даже не вдумываясь для чего?

— Вы не знаете, какой силой убеждения он обладает! Не судите, прежде чем не разберетесь. Когда он рядом, все кажется таким естественным и правильным. Невозможно сомневаться!

— Ну а после?

— После? После появилась она, и, поверьте, с ее доводами тоже не поспоришь!

— А Григорьев? Зачем вам потребовалось финансировать его?

— Майклу понравилась эта идея, он сказал, что это хорошая возможность. А я не привык с ним спорить.

— То есть, Александр Александрович, вы с самого начала были и до сих пор остаетесь куклой, которой руководит Майкл?

— Я… я…

— Все ясно, не объясняйтесь. Но скажите, зачем ему я? Отчего он не хочет меня отпустить?

— Я не в курсе. Я только делаю, как он говорит. И если все получается, то она ко мне не приходит…

— Мило, — Домов улыбнулся. — Как мне найти его?

— Поверьте, я правда не знаю. Мне никогда этого не было известно. Когда было нужно — он находил меня сам. И уже долгое время я вообще его не видел. Вся информация передавалась нам через Иванку.

— Говорят, дети семи судей долго не живут… Может быть, его уже нет среди живых, как считаете?

— Только не он, что вы! Я ведь говорил вам, что за столько лет он даже не состарился!

— А не могла ли Иванка разделаться с ним? Выдавая свою волю за его?

— О нет! Она была просто влюблена в него! Обожала! Каждое его слово воспринималось ею как нечто священное. Его воля была не обсуждаема. Она почитала его сильнее Бога! Нет. Она верила, что он и есть Бог!

— Почему?

— Почему? — Александров вздохнул. — Ах, Антон Владимирович, вы просто ничего не знаете! Мы тоже когда-то думали так. И будь он неподалеку, или встречайся мы с ним хотя бы изредка, то ничего бы не изменилось. Он просто излучает какую-то…

— Я понял. Еще один субъект, действующий на подсознание. Может, он оттого и схватился за меня так? Что я похож на него?

— Похожи? — удивленно переспросил Александр Александрович. — Вы совершенно на него не похожи! В вас я вижу эту тьму, что сокрыта в каждом, она исходит от вас волнами! Он же… он светится благодеянием! Безгрешностью!

— Возможно, — согласился Домов. — Но суть одна и та же…

Они помолчали. Но потом Александров сказал.

— Знаете, Майкл всегда хотел, чтобы люди нашли в нем своего спасителя. Он говорил, что готов ради их блага пожертвовать всем… А вот получается, что жертва — это они сами…

— Поздновато вам это в голову пришло.

— Да… поздненько… — мужчина оглядел свои ладони. — Я действительно не знаю, где он скрывается, но Иванка говорила, что он сейчас рядом с тем, кто истребляет тень, и не желает его покидать.

— Рядом с тем, кто истребляет тень?

— Да, что в его обители он слушает Бога и творит его волю.

— Ясно. Но он-то, Дмитрий, знает, где это место?

— Да.

— Замечательно. Говорите, как с ним связаться!

— Кондрат Алексеевич, у него все контакты. Когда что-то нужно, я обращаюсь к нему…

— Ясно. Значит, я спрошу у него. Где он сейчас?

— На базе, это за городом…

Антон подошел к стене, на которой висела карта, и, сорвав ее резким движением, кинул на стол перед Александровым. Тот, догадавшись, дрожащими руками взял маркер и нарисовал точку.

— Вы ничего не добьетесь, — даже не сказал, прошептал он следом. — Дмитрий вам не скажет. Никогда. Не для Иванки одной Майкл — божественен.

— Это уже не ваша забота! — улыбнулся Антон. — Что ж, прощайте, Александр Александрович.

Мужчина вздрогнул.

— Вы… вы просто уйдете?

— Нет.

— Но я же только пешка, вы сами сказали!

— Такие премерзкие пешки и делают власть их королей всемогущей. Вы пользовались услугами детей, получая все, что хотели. Убивали и калечили, запугивали и использовали. Это ли примерное поведение?

— Но и вы такой же! Такой же, как я!

— Не такой.

— Но вы тоже убийца, вы даже хуже — вы делали это собственными руками!

— Я не претендую на безгрешность. И ваши делишки меня, поверьте, не трогают. Вы просто не нужны мне более, а напакостили достаточно. Так что, если вам так удобнее, считайте, что я просто свожу с вами личные счеты.

— Н-нет! — вскочил Александров. — Не станете же вы в самом деле?!

Антон подошел к Кири и протянул ей руку.

— Идем, — сказал он ей, и девушка послушно встала.

— В-вы не имеете права! Никако… — это были последние слова, которые слышал кабинет от Александрова, так как тот рухнул на стол с ножом в глотке.

Домов подошел к нему и, вынув свое оружие, протер его о лоснящуюся рубашку мужчины. А затем они покинули здание «Future star company» и больше уже никогда сюда не возвращались.