Когда осыпается яблонев цвет - Лариса Райт

– А Шлыков хорош! – снова не выдерживает завуч. – Как вам это удалось? Он же не хотел участвовать.

– Доброе слово и кошке приятно, – откликается Маргарита и прижимает указательный палец к губам. Действо на сцене близится к завершению. Маргарита довольна: опасения ребят напрасны, к премьере они готовы. Кто-то больше, кто-то меньше, но подвести никто не должен. А Егор и правда хорош. Ни к чему не придерешься: ни к интонациям, ни к исполнению, ни к самой манере игры. Он из тех, кому сам Станиславский кричал бы: «Верю!» Да, как ни крути, а чутье на таланты Маргариту никогда не подводило. И способы вытащить эти таланты наружу она тоже находила всегда. Нашла и в этот раз. Егору было необходимо быть в центре внимания – она этому способствовала: просила о помощи, давала мелкие поручения, за исполнение которых обязательно хвалила перед всем классом. Как-то увидела у него несколько удачно сделанных фотографий с экскурсий и предложила стать фотокором класса. Потом заметила, что снимки неплохо бы снабдить текстом, и получится статья для школьной газеты. В общем, шаг за шагом, сам того не заметив, Егор Шлыков из колючего ежа превратился в почти покладистого зайчика, готового прыгать за своей учительницей практически куда угодно. Прыгнул и на сцену. В сущности, сложного в этом ничего не было. Маргарита просто назначила Анжелику Бельченко на роль помещицы в чеховском «Медведе», а роль помещика оставила вакантной, объявив пробы. Конечно, самым первым и ярым претендентом стал Крылов, но Анжелике так не хотелось сосуществовать с ним даже в пределах сцены, что завуалировать эту свою неприязнь у нее не получалось совсем. Это было настолько очевидно, что сами ребята отвергли кандидатуру Крылова. Маргарита торжествовала: «Все по-честному. Никто не сможет обвинить ее в предвзятости или, не дай бог, в сводничестве». А в том, что Анжелика и Егор станут парой, у нее не было никаких сомнений. Но сначала они все-таки стали партнерами по сцене. Маргарита специально перепробовала практически всех ребят, пока в конце октября, как бы невзначай, не предложила Егору, снимавшему ход репетиции:

– Может, все-таки ты попробуешь? – Это она сказала негромко, а тихо, так, чтобы слышал только он, и добавила: – Анжелика будет рада.

Егор взглянул на нее недоверчиво и даже немного сердито. «Ну, конечно, Анжелика – это личное, а в личном нет места всяким учителкам». Однако на сцену он все-таки пошел и сыграл великолепно. Маргарита знала, что так и случится. Егор был артистичен, остроумен и на их общих классных вечеринках нередко изображал знаменитых персонажей, или одноклассников, или кого-то из учителей, на которых десятый «Б» имел зуб. В общем, его актерские задатки были очевидны педагогу, а теперь талант бросился в глаза и ребятам. Отовсюду слышалось:

– Во дает!

– Ну, Шлыков, уморил!

– Нашелся медведь-то.

Даже Крылов, очевидно, признал талант соперника: стоял молча в стороне и никак не комментировал происходящее. «Вот и постой. В стороне, – решила тогда Маргарита. – Там тебе самое место». В общем, ее план сложился: сложилась сцена, и пара Егора и Анжелики тоже сложилась. Шлыков теперь меньше рисовался, был доволен жизнью и не доставлял неприятностей ни Маргарите, ни другим учителям. Крылов, казалось, смирился со своим поражением и переключил свое внимание на Юлю Дерзун. Магарита его даже немного зауважала. Все-таки есть в нем что-то настоящее, в этом Крылове, раз он не ищет легких путей. Ведь, казалось бы, любую помани – прибежит не оглядываясь. Но «любые» Володе не нужны, ему подавай тех, кто позаковыристей. Ему интересна личность, а значит, и сам он далеко не простак. Педагог с удовольствием изменила о нем свое мнение, как и о многих в десятом «Б». Класс, которого она опасалась и даже в чем-то побаивалась, открылся ей с прекрасной стороны. Хотя почему открылся? Это она сама открыла его хорошо известным способом: ничто не объединяет людей так, как совместная работа, совместное увлечение, совместная цель. И сейчас их общая цель была очень близка к достижению. До премьеры еще неделя, но уже сейчас можно не сомневаться в том, что их ждет триумф.

– Спасибо, – обратилась Маргарита к артистам, – все молодцы. Свободны до послезавтра.

Расходиться никто и не думал. Спрыгнули со сцены и подбежали к педагогу. Лица радостные, возбужденные, а в глазах тысяча вопросов, замешенных на предвкушении, легком испуге и тревожном ожидании. Вопросы сыплются на Маргариту летним грибным дождем, под которым обычно так здорово мокнуть:

– Получается, да? Скажите, получается?

– Вы видели, я ни одного слова не забыл.

– А Егор с Анжеликой как спелись-то! Ну, просто медведь с медведицей. – Говоривший наткнулся на осуждающий взгляд завуча и тут же осекся: – Ой, извините!

– Да, они сегодня в ударе, – поддержала Маргарита ученика, но остальные актеры не дали ей развить тему.

– Маргарита Семеновна, а наша сцена как?

– Отлично!

– А мой выход?

– Просто великолепно.

– А импровизацию вы заметили? Можно оставить?

– Можно. Только падать не надо, переигрываешь. Просто качнись пару раз.

– А мне мама костюм в ателье заказала.

– Молодец мама!

– А моя сама шьет.

– И твоя молодец!

– А где охотничьи сапоги взять? Мы всю голову сломали.

– У завхоза надо спросить, он охотник. Я узнаю.

– Маргарита Семеновна, декорации давно готовы, только я их все не донесу, помощь нужна.

– Ну, мои дорогие, это уже ни в какие ворота не лезет! – Маргарита возмутилась притворно, но ребята не заметили, переполошились, притихли, приготовились к нравоучениям и получили хорошую порцию: – Если режиссер будет в театре заниматься каждым чихом, хорошего спектакля он никогда не поставит, если вообще сможет поставить хоть что-нибудь. Есть костюмеры, художники, гримеры, и каждый делает свое дело, не отвлекая маэстро от главного. Что-то я сомневаюсь, чтобы к Захарову или Ширвиндту бегали гримеры с вопросами, как гримировать персонажей, или костюмеры растерянно вопрошали, какого цвета шить платье героине, или рабочие сцены жаловались на то, что им тяжело монтировать декорации.

– Я не рабочий сцены! – Дерзун полностью соответствует своей фамилии.

– Конечно, нет, Юля. Ты художник и должна быть заинтересована в том, чтобы твоя работа была доставлена на сцену в срок. В театре для решения всех технических и административных вопросов существует директор. Я же здесь, как говорится, и швец, и жнец. Пожалейте чуть-чуть! Дайте вздохнуть! Попробуйте решить какие-то проблемы сами! Хотя бы с теми же декорациями. Я уверена, Юля, у тебя без моего участия найдется масса помощников.

– Да одного хватит, Маргарита Семеновна. – Это, конечно, Крылов.

– Одного? – Маргарита прищурилась и чуть улыбнулась уголками губ. – Как, Юля, хватит тебе одного?

– Хватит, – тихо отвечает девушка и слегка краснеет.

«Ого! Да у Крылова, похоже, есть шанс».