Молодые, способные - Скарлетт Томас

– Само собой. Как всякий мужчина.

– Не ищешь родственную душу, которой можно все рассказать?

– Даже не пытаюсь, – отвечает Джейми. – По крайней мере, не пытался.

– Ага! – мгновенно оживляется Энн. – Это что значит?

– Ничего, – говорит Джейми.

– Очередь Джейми, – напоминает Эмили. – Давай, сексапил.

Она его назвала «сексапилом»? Вот это да!

– Твоя очередь, – поддерживает ее Тия.

– Да?.. Ладно, выбираю Пола. Признавайся или отдувайся.

– Признаюсь, – решает Пол.

– В прошлом году тебе случалось плакать? – спрашивает Джейми.

– Конечно, – кивает Пол. – Странный вопрос.

– А я никогда не реву, – говорит Брин.

– Так я тебе и поверила, – заявляет Эмили. – Наверняка тайком слезы льешь.

– О чем ты плакал? – продолжает Джейми.

– Это уже второй вопрос, – уклоняется Пол. – Эмили, признавайся или отдувайся.

– Спрашивай, – разрешает Эмили.

– Трусиха, – усмехается Пол.

– А ты, конечно, мечтал заставить меня сплясать стриптиз, – ехидничает Эмили.

– А как же, – кивает Пол. – Слушай вопрос: чего ты больше всего боишься?

– Больше всего боюсь? – задумчиво повторяет Эмили.

– Кажется, такой вопрос был в анкете, – вспоминает Тия.

– Да, – подтверждает Джейми. – Я еще подумал, как странно.

– Единственный вопрос, на который я ответил правду, – признается Пол.

– А на все остальные – соврал? – спрашивает Джейми.

– Где мог соврать – да, разумеется.

– А я наврал, что у меня диплом химика, – ржет Ьрин.

– Я думал, ты правда химик, – говорит Джейми.

– Да, держи карман. Бывает, и коровы летают, – ухмыляется Брин.

Все смеются.

– А ты не наврал? – спрашивает Эмили у Джейми.

– Нет, – отвечает Джейми. – Я в анкетах всегда отвечаю честно.

– Всегда-всегда? – переспрашивает Энн. – Блин!

– Значит, ты настоящий «способный молодой человек», – заключает Тия.

– Интересно, мы когда-нибудь узнаем, что это и law и г? – задумчиво говорит Эмили.

По-моему, это значит, что всем нам ездец, – ЮВОрит Брин.

Ист, серьезно, – отмахивается Эмили. – Зачем похищать людей – только потому, что они умны? Это бессмысленно. Если кому-то понадобились коренные британцы, почему выбрали именно нас? Можно было просто похитить всех «Спайс Герлз», или... ну, не знаю, какую-нибудь знаменитость. Но почему нас?

– То есть ты считаешь, нас сюда привез тот, кто организовал собеседование, – замечает Джейми.

– Но ведь нас на собеседовании усыпили, – напоминает Тия.

– А если снотворное в кофе подсыпал кто-то другой? – спрашивает Джейми.

– Вряд ли, – возражает Брин. – Кому взбредет в голову портить чужой кофе? Овчинка не стоит выделки – слишком много возни и риска. И Эмили права: не такие мы важные птицы, чтобы ради нас рисковать. Если бы в нас ткнули пальцем совсем наугад – еще куда ни шло. Но нас выбрали – значит, что-то такое было в наших анкетах.

– Вот именно. Но почему именно нас? – допытывается Тия.

В комнате воцаряется тишина. Никто не знает.

– Эмили еще не ответила на вопрос, – напоминает Пол. – Ну, Эмили?

– Я думаю, – отзывается она. – Пожалуй, изнасилования, – в конце концов признается она.

– Боишься больше всего? – уточняет Пол.

– Угу. Изнасилования.

– А что ты написала в анкете? – интересуется Джейми.

– То же самое. А ты?– Смерти, – Джейми передергивается. – Смерти я боюсь до жути.

– А я – пауков, – признается Тия. – До смерти боюсь!

– Волосатых паучков? – игриво переспрашивает Пол. – Ага...

Тия морщится:

– Фу! Прекрати!.. А остальные что написали?

– Иголок. – Брин хмурится. – Ширяться – это не по мне.

– Тюремного заключения, – говорит Пол. – Быть запертым – это ужас.

– Вот ты и попался, – Энн широким жестом обводит комнату.

– Нет, – качает головой Пол. – На острове совсем другое. Скорее, ловушка, а люди всегда в ловушке. Я имею в виду тюремную камеру с запертой дверью. И одиночество.

– А ты что написала, Энн? – спрашивает Эмили.

– Не помню, – отвечает она. – Что-то придумала.

– И не призналась, чего боишься на самом деле?

– Не-а, – Энн улыбается. – Я ничего не боюсь.