Пустой амулет - Пол Боулз

— Он сможет пойти с тобой, — сказал Том.

Когда Том опустил полу гандуры и прикрыл его ногу, Секу, похоже, успокоился.

Пока они шли вдоль реки, Анита спросила, откуда взялась такая глубокая рана.

— Вы же видели, — ответил он, удивившись вопросу. — Вы ведь там были и видели, как туристы врезались в меня на своей машине.

— Я так и думала, — сказала она. — Вот уроды.

Так легче было говорить о них, хоть она и знала, что отчасти виновата в их гибели.

Снова подул ветер, и в воздух поднялась пыль. На реке в тот день было мало рыбаков. Посреди утра наступили сумерки.

— Вы называете их демонами, — продолжал Секу, — но они не демоны. Они — невежественные молодые люди. Я знаю, что вы рассердились на них и наложили на них проклятие.

Анита изумилась.

— Что? — воскликнула она.

— Вы сказали, что они попадут в беду и были бы рады увидеть их страдания. Думаю, они уехали.

У нее возникло желание сказать ему: «Они погибли», но она сдержалась, подумав, как странно, что он не слышал этой новости.

— Я-то уже простил их, но знаю, что вы — не простили. Когда у меня очень сильно болела нога, мсье Том сделал мне укол. Я сказал себе: возможно, боль утихла бы, если бы вы тоже простили их. Однажды ночью мне приснилось, будто я пришел и разговаривал с вами. Мне захотелось услышать, как вы это скажете. Но вы сказали: «Нет, они демоны. Они чуть не убили меня. Почему я должна их прощать?» Тогда я понял, что вы никогда не простите их.

— Не демоны, а уроды, — пробормотала Анита.

Похоже, он не расслышал.

— Потом, слава Богу, мсье Том вылечил мою ногу.

— Давайте вернемся — в воздухе полно пыли.

Они развернулись и пошли в другую сторону. Несколько минут помолчали. Наконец, Анита сказала:

— В вашем сне вы хотели, чтобы я пришла, увидела их и сказала, что простила?

— Да, это бы меня очень обрадовало. Но я не посмел просить вас об этом. Я подумал, что достаточно услышать, как вы говорите: «Я прощаю их».

— Теперь мне уже бесполезно говорить: «Я прощаю их», да? Но я прощаю. — Она говорила, чуть не плача. Он заметил это и остановился.

— Нет, разумеется, это полезно для вас. Если вы носите в себе гнев, он вас отравляет. Все должны всегда всех прощать.

Остаток прогулки она молчала и думала о собственном сне, в котором прощение не играло никакой роли. Ведь она выяснила, что Индэлл и Фамберс могли быть лишь теми, кем были прежде, — уродами, и поэтому ее бессознательное отвело для них мир, в котором уродливым было все.

Она задумалась над тем, как Секу истолковал ее яростные слова, обращенные к мотоциклистам. В некотором смысле он рассудил совершенно правильно. Ее поведение точь-в-точь соответствовало наложению проклятия, хотя ей и не хотелось воспринимать это так. Не понимая слов, Секу уловил их смысл. Основные эмоции обладают собственным языком.

Она оказалась права. Сильное желание помогло Секу соприкоснуться во сне с темной стороной ее сознания и заставило ее искать Индэлла и Фамберса. (Она не знала, как их еще назвать.)

XVIII

На следующее утро Том, который вышел рано не на пробежку вдоль реки, а на прогулку к рынку, вернулся в возбуждении.

— Нам крупно повезло! — воскликнул он. — Я случайно встретил Бесье. Его племянник здесь, но завтра уезжает, и он говорит, что в его «лендровере» найдутся для нас места. Значит, мы обязательно доберемся до Мопти, пока не начался дождь.

Обрадовавшись предстоящему отъезду, Анита все же спросила:

— А почему нужно добраться до Мопти перед дождем?

— Потому что иначе дорога станет непроходимой. После Мопти плавание относительно спокойное. Так мы избежим кучи хлопот. И мне не придется платить целое состояние, чтобы взять напрокат машину. Когда ты сможешь упаковаться?

Она рассмеялась:

— Ты же знаешь, у меня почти ничего с собой нет. Я могу уложить все за полчаса.

Мысль об отъезде, о возможности увидеть пейзаж, не похожий на эту бескрайнюю, залитую светом пустыню, ободрила ее. Однако она чувствовала некоторую раздвоенность. Она уже успела полюбить этот плоский городок песочного цвета, и знала, что больше никогда не увидит ничего подобного. Ей пришло в голову, что она никогда не встретит и человека такой кристальной чистоты, как Секу. (Анита знала, что впредь будет всегда о нем вспоминать.)

Утром перед отъездом Том раздал деньги всем, кто оказывал им услуги по хозяйству. Анита пошла с ним в кухню и пожала руку Джохаре. Она надеялась увидеть Секу и попрощаться с ним, но так рано он не вставал.

— Я прямо расстроилась, — сказала она, пока они стояли у дома и ждали племянника Бесье.

— Наконец-то ты полюбила Секу, — заметил Том. — Вот видишь, он вовсе не хотел тебя изнасиловать.

Она не удержалась и сказала:

— Но я снилась ему.

— Вот как? — Том обрадовался. — Откуда ты об этом узнала?

— Сам сказал. Ему снилось, будто он подходит и стоит у моей постели. — Она решила остановиться на этом и больше ничего не говорить. Том впал в отчаяние и покачал головой:

— Ну, для меня это чересчур.

Она обрадовалась, увидев приближающийся «лендровер».

Уже отъехав далеко в пустыню, она по-прежнему размышляла над этой уже не мучительной историей. Секу знал о ней многое, но Анита знала все и поклялась себе, что никто больше никогда об этом не услышит.

1993

переводчик: Валерий Нугатов