Скорпионья сага. Cкорпион cамки - Игорь Белисов

С меня хватит! Не принять ли таблеточку «Релаксама»?..

Последнее, что я прочла перед тем как попробовать успокоиться:

«Есть три вида лжи: ложь, гнусная ложь и статистика». Марк Твен.

Как же достали эти безумные цифры. Вошла в спальню. Он лежал и смотрел телевизор. Взяла пульт. Полистала каналы. На редкость занудливые передачи. Он тяжко вздохнул и уполз на кухню курить.

Все незаметно сползает в безумие. Весь мир. И главное – тишина, как будто так и задумано. Будто все происходит как надо, и не о чем беспокоиться, в крайнем случае, есть «Релаксам». С другой стороны, нужно быть оптимистом. На мужиков-то надежды все меньше. Вот и выходит, что «оптимист» становится словом женского рода.

Только найдется ли хоть одна счастливая пара?

Легла на пол и начала поднимать ноги. По старой привычке подкачать пресс. Я должна всегда оставаться в тонусе, чтобы выглядеть и работать.

Под кроватью, в тумане пыли, заметила пестрый блеск.

Это оказался старый добрый журнал «Astrus». Единственный уцелевший, не выброшенный. Сколько же лет прошло? Я вытащила этот ископаемый артефакт, протерла от пыли, и с любопытством принялась перелистывать. Страницы ничуть не состарились. Реклама – все та же. А вот статьи – ни одной не припомню, хоть заново бери и читай.

Мое любопытство зацепила одна публикация: «Счастливая пара Дали. XX век: от естества – к искусству»…

Жизнь естественна. Упавшее в землю семя выбрасывает росток. Росток – листья, стебель, бутон, цветок, наконец, – зрелый плод. Все, что развивается естественным чередом в цикле продолжения жизни, мы, не задумываясь, называем нормальным. Иногда, однако, происходит мутация, и новый плод отличается от привычного. Обычно мутация бывает спонтанной, то есть, естественной. Но возможно ли считать такой плод нормальным?

Психические процессы сродни природным закономерностям. Чаще всего они протекают в рамках привычного, но порою за рамки выходят, и мы говорим: человек сходит с ума. Можно ли сумасшествие считать продолжением нормы?

Сальвадор Дали утверждает всей своей жизнью – да!

Личность исключительная, центральная фигура сюрреализма, он проторил в искусстве свое, ни на что не похожее направление, и пока другие художники изображали распад формы и смысла, Дали создал реальность за пределом разумного смысла и привычных форм.

Любопытно, что сюрреализм зарождался еще до него. Первая Мировая война потрясла общественный разум Европы. Многие мыслители и художники, разочаровавшись в традициях, пытались найти новые точки опоры. Повсюду возникали кружки экспериментаторов, каждый – со своей концептуальной платформой. Кружок сюрреалистов был, по сути, одной из таких сект. Большинство зачахли в зародыше. Кто сейчас помнит те имена?

Один Дали вознесся на недосягаемую высоту, благодаря чему не только остался в истории, но и при жизни успел насладиться сполна. Какова же причина такого успеха? Талантливых было много, а звание гения снискал Сальвадор Дали. Еще больше было безумцев, а его сумасшествие стало культовым.

Все потому, что тот самый будущий гений угодил в руки нормальной женщины. Ее имя – Гала.

Елена Дьяконова, русская по происхождению, до того как превратиться в Галу Дали, побывала женой поэта Поля Элюара и, одновременно, любовницей художника Макса Эрнста. Некоторое время они делили постель на троих. Это был первый в ее жизни опыт безумия. Все текло нервно и сладострастно, но в Елене росла неудовлетворенность, потому что и муж, и любовник были личностями, не зависимо от нее. Ей же требовался некто, кого бы она вырастила для себя.

Им стал малоизвестный испанский художник с горящим взором безумца.

Когда они встретились, ей было 35, ему 25. Она – раскрепощена, он – закомплексованный девственник. «Она стала рассматривать меня как гения», – признался позже Дали. «Я сразу поняла, что он гений», – вспоминала Гала. На тот момент ее с Элюаром связывала Сесиль 11-ти лет, но ради Сальвадора Гала оставила и мужа, и дочь. Чего было больше в этом порыве: страсти или расчета? Дальнейшее показало, во всяком случае, что Гала не промахнулась. Они прожили вместе долгую и счастливую жизнь – с 1929-го, когда познакомились ненароком, до 1982-го, когда Гала покинула бренный мир, будучи хозяйкой средневекового замка и патронессой мультимиллионной империи Дали.

С появлением Галы в художнике пробудились шальная фантазия и неистощимая творческая энергия. По ее настоянию он порвал с кружком неудачников, заявив как король: «Сюрреализм – это я!». В начале 30-х он изобрел прием двойственного изображения и подписывал свои картины «Гала-Сальвадор Дали», будто он и жена – один человек. По сути, оно так и было. Позднее он сформулировал метод, который назвал «параноидно-критическим». Дали говорил: «Этот метод работает только при условии, если владеешь нежным мотором божественного происхождения, неким живым ядром, некой Гала – а она одна, – единственная на всем белом свете».

Впрочем, за богемным образом Музы художника стояли воля, хватка и работоспособность. При муже Гала выполняла функции менеджера, секретаря, няньки и психотерапевта. Она искала спонсоров, организовывала выставки, продавала картины. Когда не шли картины, находила халтуру: модели шляпок, пепельниц, оформление витрин, реклама товаров. В периоды безденежья сама шила платья. Словом, не сидела, сложа руки.

Уже в зрелые годы, когда деньги потекли к ним рекой, пресса часто выставляла Галу этаким воплощением Зла, упрекала в аморальности, алчности и жестокости, дескать, она выжимает из мужа все, что только возможно.

А между тем ее муж только выиграл. Кем бы он был без Галы? Простым сумасшедшим. Этот безумец, благодаря которому безумие вошло в моду и стало знаком искусства всего XX века, держась за Галу, хоть и выглядел клоуном, однако был далеко не дурак. Ведь это ему принадлежит гениальная фраза, которой он при случае любил эпатировать публику: «Единственное различие между мной и сумасшедшим заключается в том, что я – не сумасшедший».

Я задумалась… Действительно, гениально. В этой фразе – всё. Но остается недоговорка. Мы так никогда и не узнаем всю правду: это он сам сочинил – или ему подсказала она?