Жизненный план - Лори Спилман

— Какого черта? — громко вскрикиваю, понимая, что осталась без долгожданного «Оскара». Даже не стараюсь быть хоть немного вежливой. Более того, я откровенно грублю.

Мидар смотрит на меня поверх роговой оправы.

— Простите? Хотите, чтобы я что-то повторил?

— Д-да, — заикаюсь и перевожу взгляд с одного члена моей семьи на другого, надеясь обрести поддержку.

Джей смотрит на меня с сочувствием, а Джоад не смотрит вовсе. Он делает пометки в блокноте, челюсть его при этом странно подергивается. А Кэтрин… что ж, она могла бы стать хорошей актрисой, удивление на лице кажется вполне правдоподобным. Мистер Мидар наклоняется и произносит отчетливо, словно я старая бабка:

— Акции вашей матери в «Боулингер косметик» переходят к жене вашего брата, Кэтрин. — Протягивает мне документ. — Каждый из вас получит копию, а сейчас можете просмотреть мою.

Скривившись, я отмахиваюсь от него, из последних сил стараясь дышать ровно.

— Нет. Благодарю. — Я справлюсь. — Продолжайте, пожалуйста. Извините.

Вжимаюсь в стул и начинаю кусать губы, чтобы не было видно, как они дрожат. Должно быть, произошла ошибка. Я… я так много работала. Хотела, чтобы она мной гордилась. Кэтрин меня подставила? Нет, она не могла поступить так жестоко.

— На этом мы прервемся, — сообщает Мидар. — Теперь мне надо переговорить с Брет. Конфиденциально. — Он поворачивается ко мне: — У вас есть время, или лучше перенесем встречу?

Перед глазами туман, в котором необходимо найти дорогу.

— Можно сегодня, — произносит голос, похожий на мой.

— Отлично. — Мидар обводит присутствующих взглядом. — Будут ко мне вопросы?

— Нам все ясно, — отвечает Джоад и направляется к двери с видом заключенного, отпущенного на волю. Кэтрин берет свой «Блекбери» и просматривает входящие сообщения. Джей бросается к Мидару, преисполненный благодарности. Он мельком ловит мой взгляд и сразу опускает глаза. Братья чувствуют себя виноватыми, это видно. Мне становится совсем плохо. Только лицо Шелли с лучистыми серыми глазами, обрамленное темными кудряшками, выглядит дружелюбным. Она раскидывает руки в стороны и принимает меня в объятия. Но даже Шелли не знает, что сказать мне в эту минуту.

По очереди мои родственники пожимают руку мистеру Мидару, пока я сижу на своем месте, как провинившийся ученик, оставленный после урока. Наконец все уходят, и мистер Мидар закрывает дверь. Становится так тихо, что я слышу, как кровь бежит по моим жилам и ударяет в виски. Он возвращается на свое место во главе стола. Лицо его гладкое и загорелое. Мягкий взгляд плохо сочетается с резкими чертами.

— Вы в порядке? — спрашивает он, словно действительно хочет услышать ответ. Видимо, у него почасовая оплата.

— В порядке, — говорю я. Нищая, без матери, униженная, но в порядке. В полном.

— Ваша мама переживала, что в этот день вам будет особенно тяжело.

— Правда? — Слегка усмехаюсь. — Она думала, меня расстроит, что я не упомянута в завещании?

Он накрывает ладонью мою руку.

— Это не совсем так.

— Единственная дочь, и не получает ничего. Ничего. Даже символического подарка. Черт возьми, я ведь ее единственная дочь.

Вырываю руку и кладу на колени. Опускаю голову, взгляд падает на кольцо с изумрудом, часы «Ролекс», браслет от Картье. Поднимаю глаза и замечаю на милом лице мистера Мидара нечто похожее на отвращение.

— Я знаю, о чем вы думаете. Считаете меня испорченной эгоисткой. Думаете, что все это из-за денег. — Горло сжимается. — Вчера все, что мне было нужно, — полежать на ее кровати. Все. Ничего больше. Я мечтала добраться до ее старой антикварной кровати, — украдкой потираю горло, — чтобы свернуться калачиком и ощутить ее присутствие…

К своему ужасу, понимаю, что начинаю плакать. Тихое поскуливание постепенно превращается в неистовые рыдания. Мидар бросается за салфетками. Он протягивает мне одну и гладит по спине, пока я стараюсь прийти в себя.

— Простите, — хриплю я. — Все так… тяжело.

— Понимаю вас. — Тень, промелькнувшая на лице, дает право сделать вывод, что он действительно понимает.

Промокаю глаза салфеткой. Глубокий вдох. Еще один.

— Ладно. — Всхлипываю, почуяв шаткое равновесие в душе. — Вы сказали, вам надо что-то обсудить.

Он достает из портфеля еще одну тонкую папку и кладет на стол передо мной.