Casual - Оксана Робски

Наверное, я должна была сильно удивиться, когда мнепозвонила та девушка из ресторана.

Впрочем, я действительно удивилась.

Она так и представилась:

— Это девушка, которую вы встретили в ресторане. ССережей. Помните?

Я в этот момент принимала ванну с тремя каплями жасминовогомасла.

Чтобы хоть немного уменьшить начавшееся сердцебиение, мненадо было сделать глубокий вдох, но вместо этого я на секунду замерла, а затембезразлично спросила:

— Когда?

— Ну, как же. — Девушка замялась. — За неделюдо того как… Сережа… Сережи… не стало… В «Пинокио» на Кутузовском.

— А! — Я прямо обрадовалась в трубку.

Наверное, создалось впечатление, что сначала я испугалась,что это девушка из ресторана «Гонг Конг» на Тверской. Например.

— Мне надо с вами встретиться. — Казалось, онаготова разрыдаться.

— Зачем? — очень серьезно спросила я.

В эту минуту в ее лице я ненавидела всех женщин. Подозревая,что раз была она, значит, были и другие.

— Я не могу по телефону.

Надо было повесить трубку. Но, наверное, нет на светеженщины, которая отказалась бы встретиться с любовницей своего мужа.

Я, свернувшись калачиком, легла на кровать. И подушки, иодежда Сержа еще хранили его запах. Я не обращала на него внимания раньше,когда Серж был жив. Зато теперь я чувствовала его очень остро.

Девушку звали Светлана. Мы договорились с ней встретитьсячерез час. В «Пинокио» на Кутузовском.

Она подъехала на старом «фольксвагене». Если бы онивстречались давно, у нее наверняка был бы такой же «мерседес», как у меня. Ну,или немного хуже.

Я сидела в черных очках, хотя в зале было темновато. Нехотелось демонстрировать Сержевой любовнице все прелести своей мимики. Еслитолько не захочу ее испугать. Тогда сниму очки и сделаю страшное лицо. Вернее,просто сниму очки.

Одета она была неплохо. Так, как любил мой муж. То есть —как я научила его любить: стильно, но не вызывающе.

Она присела и сразу достала сигарету.

Я сидела не шелохнувшись и не предпринимая попыток завязатьразговор.

Девушка явно очень нервничала, и поэтому я оставаласьспокойной и чувствовала своё превосходство. Правда, пока еще не знала в чем.

Подошел официант.

Я заказала мандариновый сок со льдом. Она — минеральную воду.

От меню я отказалась, просто попросила принести мне легкийсалат. Она сказала, что не голодна.

— Мне не разрешили прийти на похороны, —пролепетала она, не глядя мне в глаза.

Слава богу, подумала я. Одна только мысль о том, что онамогла оказаться там, на кладбище, рядом со мной, вызвала новый прилив ненавистик ней.

Но я сохраняла на лице сочувственную улыбку.

— Кто? — Я бы не удивилась, если бы в моем голосепрозвучали нотки негодования.

— Сережины друзья. Вероника и Игорь. Вы их, конечно,знаете?

Конечно. Моя подруга Вероника. Хорошо, что я в очках.Интересно, кто еще?

— Знаю. Но не слишком близко, — я даже ссожалением вздохнула. — Вы дружили?

Разговаривая со Светланой, я усвоила покровительственныйтон.

— Да. — Она опустила глаза и еле слышно прошептала:— Я беременна.

Я встала и пошла. Мне было все равно куда идти, но яоказалась около выхода. На улице я остановилась и прислонилась к стене. Это ужеслишком. Если бы мое терпение было воздушным шариком, то сейчас этот шарик былопнул.

Больше всего я хотела, чтобы Серж был жив. Я отхлестала быего по щекам, а потом выгнала вон и швырнула бы ему вслед вещи.