Проклятия Градерона - Марина Клингенберг

Прежде чем начать рассказывать Балиану нелегкую историю Кристиана, Юан в мгновение ока навел на столе порядок, не забывая подкидывать брату съестные припасы, подогрел молоко, которое он «лично украл у Тристана», и, с самым заботливым видом вручив одну кружку Балиану, отправился будить Демиана. Но мальчик будиться решительно не желал и сел на кровати, сонно хлопая огромными серыми глазами.

– Юан! – хрипло пробормотал он. – А я не слышал, что ты пришел…

– И не надо! – ответил Юан. – Пей и спи.

Демиан безропотно подчинился и стал цедить молоко. Выглядело это забавно – он то и дело норовил уснуть.

– Что вы с ним сделали? – подивился Юан.

– Ничего! – пробормотал Демиан. – Я немного устал. Мы долго шли… Я сейчас… – он хотел встать, чтобы развеять сон, но Юан ловко отобрал у него пустую кружку и уложил его обратно в кровать. Демиан моментально уснул.

– Не смотри так на меня, – поднял руки Балиан. – Ничего не знаю. Мы как сюда пришли, он квелый какой-то. И Кристиан два часа любовался, как он спит за столом.

– Ох, – вздохнул Юан. – Он не любовался, он просто не заметил. Ты не злись, – торопливо предупредил он реакцию Балиана. – Ну, сам представь! Десять лет ждать и вдруг…

– Ну да, ты прав, – был вынужден признать Балиан.

Он все еще чувствовал себя необычно, беседуя с таким Юаном. Легче было поверить, что Юан спит в кровати, а это просто внезапно объявившийся близкий родственник. Но вместе с тем в нем все-таки сохранились совсем детские черты, и общаться с ним было хоть и странно, зато совсем несложно.

– Балиан! – Юан схватил его за руку. – Я до сих пор не могу поверить! Ты точно такой! Такой, как я себе представлял!

– Что значит представлял? – не понял Балиан.

Юан вздохнул.

– Я в десять лет сильно ударился головой и почти все забыл. Но Кристиан мне рассказал, и я все представлял, как это было…

Балиан оторопело смотрел на него, не зная, что думать и уж тем более сказать. Но Юан вдруг рассмеялся.

– Ты поверил? Ой, не делай такое страшное лицо! Я же пошутил. Не ударялся я ничем. То есть ударялся, и даже часто, и много чем, но все помню.

– Шуточки у тебя! – возмутился Балиан.

– Привыкай, – хихикнул Юан. – Нужно тебе скорее все рассказать, – спохватился он. – Но я совсем не знаю, с чего начать.

– С начала, – жестко проговорил Балиан. – Я так понял, я спал во льду. Ладно. Нашли вы меня, и что?

Юан посерьезнел. Взгляд его стал грустным.

– Мы вернулись в Эндерглид. Надеялись, что Гволкхмэй и Тристан помогут. Но они велели забыть об этом. Тогда со мной что-то случилось, не помню, вроде бы упал в обморок.

– Из-за меня? – был растроган Балиан.

– А ты думал! Я все глаза выплакал. И руки об лед разбил. Ну да ладно… Очнулся я, когда Тристан уже получил письмо от Кристиана. Он, пока я спал, куда-то ушел. Оказалось – в Градерон. Хотел попросить Руэдейрхи, чтобы освободил тебя, – Юан тяжело вздохнул. – Рэвенлир привел меня на встречу с ним, и мы договорились, что я останусь в Эндерглиде, а он уйдет… Ужас, что было. Думал, умру.

– И он так просто ушел?

– Погоди, не торопись. Он передал мне письмо для Гволкхмэя, но я его, конечно, по дороге прочитал. Кристиан написал, что хоть и уходит в Градерон, предавать Эндерглид не собирается – ничего не выдаст, ни одному стражу, воину или преследователю Рассвета не навредит. Писал, что надеется, что Тристан и Гволкхмэй понимают, почему он так поступил. И что пишет это письмо, потому что иначе они бы его не отпустили, и что если он должен вернуть Ключ от Врат Рассвета, то по первому зову придет и добровольно отдаст. Но Гволкхмэй не захотел. Сказал, я сам слышал, что если Кристиан использует Ключ Рассвета на благо Градерона, то он совсем ничего в людях не понимает и ему придется уйти в отставку, – улыбнулся Юан.

– То есть Кристиан до сих пор Хранитель Ключа? – удивился Балиан.

– Да, – кивнул Юан. – Но Руэдейрхи об этом не знает. Кристиан скрыл.

– И правильно сделал… Но если он был в Градероне, как вы виделись?

– О! – воскликнул Юан. – Это были те еще махинации. Со мной был Рэвенлир, а с ним – Арес…

– Арес?! – Балиан подавился молоком. – Но Кристиан сказал, что они в заключении…

– Он не мог так сказать, – Юан озадаченно нахмурился. – Таранос в заключении, да. А Арес – нет.

– Но почему?

– Ты же помнишь его, – Юан заулыбался. – Он неплохой! Сам от битвы отказался, пергамент нам отдал. Он хотел честно рассказать Руэдейрхи, что это он украл пергамент – Руэдейрхи-то, как выяснилось, обо всем этом и не знал. Они с Тараносом все сами тогда провернули. Вот… Арес хотел рассказать, но не успел. Узнал, что Таранос в горах, и вспомнил, что была у них то ли речь об этом Солфордже, то ли еще что… Арес не верил, что Таранос станет рисковать своей жизнью, и ценности особой этому не придал. Он не знал, что Таранос подговорил… Ну, – Юан на мгновение неловко замялся. – Розетту. И вот мы вас ждали тогда, а нам навстречу Арес. Спрашивает, где ты – думал, ты с Тараносом столкнулся. Предупредил нас, в чем дело, мы кинулись к тебе. А он поймал Тараноса и ушел с ним в Градерон. Тараноса заперли в тюрьме, а Ареса лишили статуса Хранителя Ключа.