Пузожители - Анастасия Масягина

– Ты еще самого главного не видела, – сказала Людмила Ивановна, и внезапно погасила свет.

На улице успело стемнеть и Лесе сначала показалось, что они очутились в кромешной темноте, но в следующее мгновение она заметила, что откуда-то пробивается едва уловимое свечение.

Она подняла голову и не поверила своим глазам.

На потолке вовсю сияли звезды и планеты солнечной системы. И было это невероятно красиво.

– Это Ксюша придумала, когда жила здесь одна после бабушкиной смерти. На самом деле, это самые обычные светящиеся наклейки, но смотрится и впрямь как планетарий. Днем они набирают свет, а когда ложишься спать, минут пятнадцать сияют. Дочке нравилось здесь жить. Но потом предложили работу в Москве, и она решила, что это – хороший опыт.

В голосе Людмилы Ивановны послышалась грусть, и Леся подумала, что она, должно быть, очень скучает по Ксюше.

Через пару недель Лесе уже казалось, что эта квартира просто создана для них с дочкой. Она посвящала своей малышке целые дни и была невероятно счастлива. Никогда прежде она и не предполагала, что материнство может дарить подобные эмоции и это чувство безусловной, абсолютной любви. Все остальное казалось мелким и неважным. Все ее немалые потери отступали на второй план. Теперь у нее есть эта малышка. И Леся сделает все, чтобы жизнь дочери сложилась иначе.

* * *

Конечно, Алиса хотела сделать тест. Сделать и знать уже наверняка – беременна она или нет. Если да – будет повод для радости. Если нет – ну что ж, по крайней мере, она будет об этом знать. Но эта установка работала лишь теоретически. На практике ей было очень страшно, что десять дней, проведенные почти без движения, и напоминающий один сплошной синяк живот, и бесконечные таблетки по часам, и вера Олега, и ее надежды… Что все это вдруг окажется зря. Будет перечеркнуто одной безжалостной полоской на тесте.

Может, ничего не делать? Запретить себе? Подождать еще четыре дня и результатов официального анализа крови?

В конце концов, она выбрала компромиссный вариант – дошла потихоньку до ближайшей лаборатории экспресс-анализов и сдала кровь. Алисе пообещали, что результат придет после обеда на электронную почту.

Пожалуй, так лучше всего. Все-таки, аптечный тест – это какие-то сомнительные полоски, которые вообще-то бывают разной яркости. К тому же, их можно рассматривать под разными углами и при разном освещении. А анализ крови – это конкретная цифра. И если эта цифра на десятый день окажется трехзначной, можно тихонько радоваться.

* * *

Лето неумолимо подходило к концу. Из цветов все еще держались королевские бархатцы с ярко-желтыми махровыми головками размером с ладонь взрослого человека, да длинные плети каскадных петуний свисали из кашпо, подвешенных к забору. Розам, которые Ксюша с такой любовью сажала весной в этом году, увы, пришлось запретить цвести, чтобы дать разрастись кустам. Ну ничего, следующим летом будут и розы.

Куст крыжовника прогибался под тяжестью спелых ягод. Этот куст рос здесь всегда – еще до строительства дома. А потом вдруг запаршивел, покрылся светлым налетом, и Серж хотел уже его выкопать и посадить новый.

– Не трогай! Ну, пожалуйста! – взмолилась она тогда.

Муж удивленно вскинул брови.

– Зачем он тебе нужен? Он же не будет уже нормально плодоносить!

Ее глаза наполнились слезами.

– Я, может быть, тоже плодоносить не буду. Зачем я тебе нужна?

Серж растерялся, смутился, оставил куст в покое и три дня потом уверял Ксюшу, что ничего подобного не имел в виду.

На четвертый день привез медный купорос и обрызгал куст. И вот теперь крыжовник был совершенно здоров, и, должно быть, в благодарность, принес им ягод вдвое больше обычного.

Ксюша везде и во всем видела намеки на свое бесплодие. Она совсем перестала общаться со знакомыми и утверждала, что лучшая компания для нее – Серж, Шарль и Альма. За последние три месяца она ни разу не выезжала за ворота. Выяснилось, почти все необходимое можно заказать по интернету. А то, что заказать нельзя, можно попросить купить Гену.

Правда, был еще один человек, против всякой логики, допущенный в этот круг. Леся. За нее Ксюша искренне переживала и часто звонила в Петербург.

* * *

Леся была счастлива. В маленькой квартирке Ксюши она чувствовала себя в безопасности. Деньги, которые дала ей Белка, старалась тратить очень экономно. За последнее время сделала всего одну серьезную покупку – приобрела коляску для дочки. К счастью, подъезд оснащен домофоном, и местные мамочки совершенно спокойно оставляют коляски под лестницей.

Нельзя сказать, чтобы погода способствовала прогулкам. Лесе казалось, что, по сравнению с Москвой, дожди здесь случаются вдвое чаще.

Скоро она к ним привыкла. И выяснилось, что все это – и дождь, и серое низкое небо, и пронизывающий ледяной ветер, очень способствует размышлениям.

Леся и впрямь много думала. Она понимала, что впереди у нее – нелегкий путь. Чтобы обеспечить дочке достойное будущее, придется много работать. Это не пугало, наоборот, хотелось побыстрее возвратить долги. И Белке, на деньги которой они сейчас жили, и Ксюше Протвинской. Леся решила, что как только сможет, обязательно начнет платить ей за квартиру.

Вопрос в другом. Где работать и каким образом? На руках маленький ребенок, который еще очень долго будет маленьким. По крайней мере, для того, чтобы ходить в детский сад.

Прислугой с крошечным малышом ее тоже теперь не возьмут.

Надомная работа? Пока что, все объявления, которые попадались ей на глаза, больше всего напоминали лохотрон.

Пока ответа не было. Но Леся неуклонно возвращалась к этой мысли, зная, что рано или поздно найдет выход.

Была и еще одна мысль, куда более позитивная. Леся решила крестить Ксюшу. В том, кого позвать крестной, не было сомнений. Но вот согласиться ли она?

* * *

Для Ксюши Протвинской предложение стать крестной матерью прозвучало неожиданно. И в первый момент она готова была его отвергнуть, как отвергала сейчас все, что было хоть как-то связано с маленькими детьми.

Но в следующую секунду она подумала, что эта малышка и впрямь является исключением. А если она и так беспокоится о будущем этой девочки, готова помогать ее матери и не боится потенциальной ответственности за ребенка, то почему бы не стать крестной официально?

– Возможно, это наглость с моей стороны, – замялась Леся. – Но я и в самом деле никого другого не вижу в этой роли.

– Ты в этом совершенно уверена? Я ведь еще тот любитель детей! – невесело усмехнулась Ксюша.

– Да! Я хочу, чтобы ты была для моей дочки примером!

– У тебя чудовищный вкус! Но… я согласна!

Сама не зная почему, Ксюша вдруг осознала, что ей и впрямь хочется стать крестной этой малютки.