Моя дорогая - Татьяна Тронина

– Я тут уберусь и… и сделаю завтрак, – упрямо повторила Ольга, оглядывая кухню. – Мальчику ведь надо кушать, ну и вам тоже… Можно?

– Кушать? – Он улыбнулся, опустил янтарные глаза. – Ах, как это мило звучит… Хозяйничайте сколько угодно. Я вот здесь посижу, развлеку вас беседой.

– Вот, кстати, коробка с геркулесом… Сварить? А молоко где? – заметалась по кухне Ольга. Чем дальше, тем сильнее ею овладевало желание помочь отцу Филиппа. Откуда-то появилась энергия. Наверное, потому, что Петр Васильевич произвел на нее невероятное впечатление.

Да, она слышала, что в молодости тот был красив и кружил женщинам головы… Но разве могла предположить, что красота и обаяние этого мужчины сохранились практически в полной силе до сих пор?

И, с другой стороны, он до безумия напоминал своего сына, Филиппа. Глазами, широким, скульптурно-выразительным лицом, некоторыми жестами, отдаленными интонациями… Те же безмятежность и одновременно собранность. Открыт, но и неприступен. Ласков, но опасен; опасен не в смысле, что от него исходит угроза или агрессия, нет. Опасен – потому что очарователен. Такому мужчине невозможно сопротивляться, ибо он способен полностью овладеть женским сознанием.

Или дело не столько в нем, сколько в Ольге? Она ведь недавно сходила с ума от отчаяния, заливалась слезами от неразделенной любви (к Филиппу), а тут ей раз – и подсунули некий его заменитель. Клон не клон, да и не эрзац тоже… Скорее, копию. Точно, копию, чуть потрескавшуюся от времени. Петр Васильевич – это Филипп в будущем, лет через двадцать. Только ростом повыше…

Катрина очень плохо говорила об этом человеке, отце своего двоюродного брата, но, в сущности, Катрина могла и ошибаться. Расписала Петра Васильевича злодеем, но злодеи не сидят на обшарпанных кухнях в старых кофтах. И не выглядят столь благородно и приятно.

– Мы с Надей подруги. Компаньонки еще… Работаем вместе. Она мне рассказала, что Филиппу привели мальчика, Луку, а потом оставили у вас. А где он сейчас?

– Мальчик? – усмехнулся Петр Васильевич. – Мальчик сейчас дрыхнет без задних ног, лег в четыре утра.

– А его мать так и не появлялась?

– Нет, и на звонки не отвечает… – не отрывая от Ольги прямого, гипнотического взгляда, вздохнул мужчина. Потом принялся подробно рассказывать про Лору, историю их знакомства, то, какие интриги плела эта амбициозная и нахальная особа, как Лора подослала Марине Яковлевне мошенников, обобрала супругов, по сути, но и сама потом оказалась жертвой преступников… И как в конце концов Петр Васильевич решил сбежать в Америку, и что из этого вышло. История, рассказанная отцом Филиппа, ничуть не напоминала то, о чем ей твердили Катрина с Надей. Да и рассказ самой Лоры в ту единственную встречу с Ольгой тоже как-то отдавал теперь выдумкой… То, да не то.

Пожалуй, Петр Васильевич не лжет и не приукрашивает ничего: эта Лора действительно та еще аферистка. Даже собственного сына теперь втянула в свои интриги!

«Я, кажется, не ошиблась, найдя Лору. Она сумела взбаламутить тут все. Только она не рассчитала, что Надя отфутболит Луку к законному отцу… Я еще дала определенно правильную подсказку Наде, к кому надо отправить Луку. Филипп теперь имеет полное право на нее обидеться: у, злыдня, перекинула мальчика на пожилого отца… Сейчас он идеализирует Надю, многое ей позволяет, идет у нее на поводу, но потом вспомнит, как та с Лукой обошлась… Хотя и тут все под вопросом, может, Петр Васильевич никакой и не отец Луке!»

– Минутку, извините, мне надо срочно позвонить! – Ольга смешалась. – Я выйду пока?

– Да ничего, сидите, милое дитя, я сам выйду…

Петр Васильевич покинул кухню.

Ольга нашла в своем телефоне номер Лоры, коснулась экрана пальцем – позвонить.

Абонент не отвечал. «Вот нахалка! Видит, что это я, но даже ради меня трубку не снимает! – мысленно возмутилась Ольга. – Или с ней правда что-то случилось? Но в любом случае это свинство, что все проблемы перекинули на Петра Васильевича! – Ольга почувствовала раскаяние: получается, и она к этому руку приложила! – Да, Надя упоминала, что потом Филипп обещал со всем разобраться, но Петру Васильевичу сейчас куда деваться? Это ведь и моя вина тоже… А Петр Васильевич – благородный человек. Мог бы и не пускать к себе Луку или сдал бы мальчишку в опеку… Но он не стал этого делать. Он заложник собственного благородства, судя по всему. И в этом они тоже с Филиппом похожи!»

Хотя была и разница между отцом и сыном. Сын, Филипп, не нуждался в Ольге и ее помощи. А вот отец, Петр Васильевич, – да.

– Ну как, удалось дозвониться? – заглянул на кухню хозяин. Улыбнулся, показав крупные, ровные зубы. Слишком белые и слишком ровные. Пожалуй, эти искусственные зубы – единственное, что напоминало о возрасте Петра Васильевича. Да и то в нынешнее время вставные челюсти не показатель возраста…

– Да, то есть нет. Ну, неважно… Петр Васильевич, ведь так нельзя. На вас столько навалили…

– Филипп обещал…

– Да пока вы его дождетесь! – с отчаянием, с возрастающим сочувствием к своему новому знакомому произнесла Ольга. – Давайте получше расспросим мальчика?

– Ай, детка, это бесполезно! – грустно засмеялся тот.

– Почему бесполезно?.. Где он? – Ольга, полная решимости, ринулась в комнату.

Там, на раскладушке, спал «сын» – белокурый и кудрявый, хорошенький, словно крупный купидон, но вместе с тем мальчик произвел на Ольгу отталкивающее впечатление. Такое наглое и высокомерное выражение лица у этого парня, даже спящего!

Рядом с Лукой на тумбочке лежал телефон старой модели, с кнопками. Ольга схватила его и направилась обратно на кухню. Петр Васильевич последовал за ней.

– Что вы хотите сделать, дитя мое? – с осторожным любопытством спросил он.

– Собираюсь хоть кого-то из родни Луки найти, – с мрачным энтузиазмом произнесла Ольга. – Ну не может такого быть, чтобы никто не знал, где эту Лору искать…

– Логично, – пробормотал Петр Васильевич. – Но у меня, знаете, как-то решимости не хватило брать личные вещи мальчика…

Ольга принялась звонить по всем номерам, что хранились в памяти телефона, принадлежавшего Луке. В основном трубку брали какие-то мальчишки, друзья – толку от этих ребят никакого. Еще оказалось, что многие номера – это телефоны магазинов, служб доставки пиццы. Некоторые бросали трубку, другие возмущались расспросам Ольги: кто вы такая? что вам надо? чего хотите?..

Все номера причем были обозначены совершенно хаотичными, непонятными шифрами: «КД8-99», «Немтырь», «Аляулю»… Еще один номер – «Ба». Что бы это значило?..

– Алло, Лука, ты что так рано? – отозвался женский голос, помеченный как «Ба». – У тебя все хорошо?

– Это не Лука! – возбужденно произнесла Ольга. – Не бросайте трубку! Лука сейчас один, Лора исчезла.

– Как исчезла?! Где ребенок, что с ним?

– Он у отца.