Девушка Online. Статус: свободна - Зои Сагг

Видеозапись, которую мне прислала Леа, сделана с камер наблюдения звукозаписывающей студии «Октава». На ней видно Меган, которая делает что-то со своим телефоном, а потом оставляет его на столе, прямо рядом с динамиками, передающими звук из комнаты для записи. Затем Меган встает и уходит. Я думаю, что это, должно быть, тот самый момент, когда она поднялась наверх и спросила меня, где туалет. Так что, хотя ее и не было в студии в тот момент, запись песни сделана ею.

Я с трудом верю собственным глазам. Почему Меган снова пошла на нечто подобное? И почему она была так глупа, что решила, будто ее не поймают?

Я показываю видео Эллиоту, Ною и Алексу, и на лице Эллиота написано огромными буквами: я тебе говорил.

Ной обнимает меня за талию.

– Что будешь делать, дорогая?

Я закрываю его ноутбук, затем разворачиваюсь и прячу лицо у него на груди.

– Я не знаю, – бормочу я и отстраняюсь, качая головой.

– Молочный коктейль, молочный коктейль, – начинает напевать Эллиот, напоминая о том случае, когда мы опрокинули на Меган свои молочные коктейли, чтобы дать ей отпор.

Я горько смеюсь.

– Эллиот… это серьезно! В конце концов, если молочные коктейли не сработали в первый раз, не думаю, что сработают сейчас. – Я испускаю сдавленный стон. – Леа не выдвигает обвинений, и она оставляет решение за мной. – Тут же я вскидываю руку ко рту и кричу: – Поузи! Я была так жестока с ней! Я не верила ей, хотя все это время она говорила правду!

– Можешь принять решение вместе с ней, – мягко говорит Эллиот. – Но на твоем месте я не стал бы говорить Меган, что Леа не собирается выдвигать обвинений. Один тип сел на пару лет за то, что стащил песни Мадонны.

– Правда?

– Да, нарушение авторских прав – серьезное дело в музыкальной индустрии. Особенно, если кто-то делает это ради выгоды, а в данном случае похоже, что так оно и есть.

Я думаю о деньгах, которыми Меган сорила в последнее время: дорогая косметика в Ковент-Гардене, расточительная вечеринка на Хэллоуин. Я дрожу от одной мысли об этом. Она подставляла меня и раньше – тогда я смогла простить ее за это. Но теперь она подставила даже не одного, а двух моих друзей: Леа – по-крупному, да и Поузи тоже. Меган убедила меня, что Поузи украла песню, хотя знала, что сделала это сама. Она разрушила нашу дружбу с Поузи, получила главную роль в спектакле и подняла свой статус в школе мадам Лаплаж от «Никто» до «мисс Популярность».

Надо отдать ей должное. Она знает, как играть и выигрывать.

Я вскипаю от ярости, понимая, что никогда больше не смогу доверять ей.

Эллиот подходит ближе и шепчет в ухо:

– Месть!

К счастью, это слово лишь остужает мой пыл. Я смеюсь.

– Эллиот, хотела бы я, чтобы она была этого достойна. Но теперь я так не думаю. Все, чего я хочу – никогда больше с ней не разговаривать. Я думаю, что лучше будет просто вычеркнуть ее из своей жизни.

– Оу. Но должно быть что-то, что ты можешь сделать. Она не должна остаться безнаказанной.

Я барабаню пальцами по нижней губе.

– Знаешь что, Вики? Ты прав. Я думаю, есть кое-что, что она может сделать, чтобы загладить свою вину. – Я позволяю себе слегка улыбнуться. Ответ «нет» меня не устроит, и я не позволю ей увильнуть.

– Расскажи, – говорит Эллиот, нетерпеливо постукивая ногой.

Я качаю головой.

– Нет… Но вы, ребята, свободны завтра вечером, так? Хотите приехать в Лондон посмотреть спектакль?

Когда Эллиот с Алексом уходят и остаемся только мы с Ноем, я ничего не могу поделать с наворачивающимися на глаза слезами. Меган, возможно, и вела себя ужасно столько раз, что и подсчитать сложно, но она также была когда-то мне и хорошей подругой.