Судьба без обязательств - Мария Воронова

Ну подумаешь, выперли из ментовки, большая потеря! На гражданке он только больше станет зарабатывать.

Георгий набрал номер Ани, так хотелось разделить с нею свой оптимизм.

Она поздоровалась вежливо, но прохладно.

– Анечка, милая, давай встретимся! Я так соскучился!

– Георгий, прости, но я думала, ты сам поймешь… ты же опытный человек…

– Да что, Анечка? – искренне не понял Георгий.

– Я стараюсь как-то минимизировать ущерб от этой ужасной публикации.

– Спасибо, милая.

– Я много работаю над этим, поэтому будет очень обидно, если весь мой труд пойдет насмарку, когда обнаружится, что мы с тобой встречаемся.

– Ах, вон что…

– Да, Георгий. Сам посуди…

– Да-да, я понял.

– Дорогой, будет лучше в первую очередь для тебя, если мы какое-то время не станем встречаться и созваниваться, – взмолилась Аня, – потому что если выяснится, что мы состоим в близких отношениях, то это дискредитирует всю мою работу по восстановлению твоего доброго имени. Потерпи немножко, Георгий, я сама тебе позвоню, как только все уляжется.

…Отсоединившись, Георгий заходил по комнате и только через довольно долгое время сообразил, что можно встать на беговую дорожку.

Кажется, его сейчас бортанули. Понятно, Аня – работник прокуратуры, уже многого добилась, и карьерные перспективы неплохие, так что ей ни к чему компрометировать себя связью с опальным ментом. Могла бы так и сказать, он бы понял.

И подождал бы, пока все уляжется. И подождет.

А вдруг она действительно пытается что-то сделать, смягчить ситуацию? Тогда ни к чему пока видеться, они же так точно и не выяснили, кто написал всю эту дрянь. Возможно, это человек из близкого окружения, вдруг узнает, что они с Аней встречаются, и тут же появится новая статья, как помощник прокурора использует служебное положение, чтобы отмазать любовника от народного гнева.

И тут уж не только на него шишки посыплются. Права Анечка. Надо выждать.

Через телефон Георгий вышел в Сеть. После публикации изобличающей его статьи он там не бывал и не отслеживал перепосты и комментарии, чтобы лишний раз не расстраиваться. Но раз Аня говорит, что работает над ситуацией, посмотрим результаты ее трудов.

К сожалению, их было не видно. Информация расползалась, как чернильное пятно. Комментарии множились, и большинство их было написано явно не здоровыми людьми. «Психиатры собрали бы отличный урожай на этой грядке, – вздохнул Георгий, в сотый раз прочитав, что ему нужно оторвать яйца и скормить собакам, – и никакого креатива, что особенно грустно».

Попалось среди проклятий «комментарий удален», и Георгий призадумался, что же такое там могло быть написано.

Один удаленный комментарий – кажется, девушка не перетрудилась.

Наконец Георгий набрел на пост в ЖЖ, где автор недвусмысленно и страстно, хотя и несколько косноязычно высказывался в его защиту. «Демократическое общество – это когда ни вас не может никто признать виновным кроме суда, ни вы не можете. А не орать исподтишка в интернете! А то тридцать седьмой год вообще получается: тогда захотел комнату соседа, написал донос в НКВД, они пришли, соседа забрали, а ты живи в свое удовольствие. И сейчас принцип тот же: взял, гадость любую написал про человека, и все поверили, а если человек известный или, например, полицейский или чиновник, то и разнесли, и человеку просто так жизнь сломали. Разве это правильно? Если что-то знаешь, иди в суд, а боишься, так молчи. Вы бы лучше подумали, что у тех, кто хотел ошельмовать полковника Пестрякова, настолько ничего на него не было, что пришлось запустить в Сеть такую ересь! В итоге человек работал, защищал ваш покой, а теперь должен тратить время, чтоб отмазываться на ровном месте. И кому вы сделали хуже?»

Георгий улыбнулся, представляя, как интеллигентная Анечка старательно подделывает примитивный слог, а потом взглянул на автора и картинка показалась ему знакомой. Точно такая же аватарка была у Нины на «ватсапе». Да и ник ninulalalala тоже наводил на некоторые догадки. Георгий пролистнул ниже – записей было немного, и все они касались маникюрчика, макияжика и прочих подобных штучек, так милых Нининому сердцу.

Он слегка смутился и вернулся к последней записи. Блог Нины не пользовался популярностью, и комментарий был всего один – «ментовская подстилка».

– Вот ты когда прав, то прав, – вздохнул Георгий.

Он зашел в комнату сына, предупредил, что должен срочно отъехать по делам, взял ключи от машины и быстро вышел на улицу.

Нина открыла не сразу, Георгий успел испугаться, что она не одна.

Девушка была в пижамке и накинутом сверху шелковом халатике, волосы заплетены в простую косу.

– Я тебя разбудил?

– Да, Георгий. У меня много работы, поэтому я рано ложусь.

– Прости…

– Ладно, проходи в кухню и дай мне минутку привести себя в порядок.

– Так хорошо.

– Я без косметики чувствую себя как голая.

– Ниночка, если ты будешь голая, то это вообще прекрасно.

– Ой, все! – Нина отступила на шаг, пригнула голову и вытянула вперед руки – Ладно, не смотри мне в лицо, быстро говори, что надо, и уходи.

– Ты красивая, Нинка.

Он сел на табуретку возле кухонного стола и вдруг вспомнил, как Нинка хотела, чтобы они вместе поехали в ИКЕЮ выбирать кухонный уголок. А он, наоборот, не хотел, чтобы его видели вместе с девушкой, и все отнекивался, придумывал разные предлоги, пока она не съездила сама.

– Кофе хочешь?

– Если ты будешь, то и мне свари.

Нина покачала головой:

– Нет, я хочу поскорее тебя выпроводить и лечь.

– Ты похудела, Ниночка.

– Георгий, не тяни! Ты за сексом пришел?

– Что?

– Ну, по логике раз ты шесть лет ходил сюда только за этим, то что тебе еще может быть у меня нужно?

– Нинуля…

– Ты хочешь секса?

– А так можно?

Она усмехнулась, и Георгий подумал, что никогда раньше не видел у нее такой недоброй улыбки.

– А это решит твою проблему? Как-то поможет тебе вернуть репутацию?

Георгий покачал головой и хотел взять Нину за руку, но она быстро отступила.

– Ниночка, скажи, а у тебя правда, кроме меня, никого не было?

Она покачала головой.

– Я же тебе не обещал… И не просил у тебя верности.

– А я сидела и ждала того, что никогда не случится, и балдела, какая у нас красивая и безнадежная любовь.

– Ага. Как туберкулез.

– Что?

– Как это объяснить? Мне нравится она, как, вероятно, вам чахоточная дева порою нравится, – продекламировал Георгий, – боже, ну хоть что-то надо знать из школьной программы, Ниночка.