Суровое испытание - Кон Джиён

Юн Чаэ со свирепым видом стояла за кафедрой свидетелей. Непонятно, что задумал Хван, вызвав ее на дачу свидетельских показаний; в любом случае из всего преподавательского состава интерната она особенно рьяно выгораживала директора. Трудно сказать, связаны ли имя приемной дочери основателя и название интерната, однако, по слухам, она состояла в любовной связи со своим названым старшим братом — директором Ли Гансоком. И возможно, особая жестокость, которую проявила Юн Чаэ во время линчевания Ёнду, отчасти вызвана ревностью.

— Свидетель! Вы являетесь куратором внешкольного образования в общежитии интерната «Чаэ», не так ли? — спросил адвокат Хван.

— Да, это так, — отчеканила Юн Чаэ.

— Какой у вас стаж работы?

— Это мой восьмой год.

— Ого! Немаленький срок! По моим данным, хотя это довольно прискорбный факт, среди преподавателей школы и кураторов общежития интерната «Чаэ» вы, не являясь глухонемой, лучше всех владеете языком жестов. Это правда?

— Да, правда. Достопочтенный основатель интерната «Чаэ» господин Ли Чунбом под псевдонимом Пэсан с ранних лет воспитывал меня в качестве приемной дочери, поэтому все детство я провела в интернате и достаточно долго находилась среди глухонемых детей.

— Выходит, вы в течение долгого времени наблюдали за воспитанниками и хорошо знаете учеников, которые заявили, что пострадали от рук подозреваемых. Кроме того, вы, должно быть, хорошо осведомлены об отличительных особенностях глухонемых детей по сравнению с другими инвалидами.

Прокурор поднялся с места:

— Ваша честь! Защита сейчас задает свидетелю вопросы, никоим образом не связанные с делом.

Разумеется, адвокат тут же возразил:

— Не согласен. Все дети, обвиняющие подозреваемых, являются инвалидами по слуху и с малых лет жили в этом интернате. Они не похожи на ребят, которых мы встречаем на улицах. Долгое время они находились в изоляции, и, кто знает, возможно, у них совершенно другие ценности и отличное от нас мировоззрение. И это может стать важным ключом в расследовании нашего дела.

— Логично. Можете продолжать допрос!

— Пастор, вам не кажется, что в последнее время судья ведет себя как-то странно? По-моему, уж слишком он снисходителен к адвокату… — возмущенно шепнула Со Юджин пастору Чхве, который, казалось, был глубоко погружен в свои мысли. — Не слишком ли он расшаркивается перед бывшим коллегой?

Пастор задумчиво вздохнул. Неприятный сюрприз с Кан Инхо, прошлое которого стало предметом разоблачения, совершенно выбил его из колеи. А в придачу судья неожиданно стал оказывать явное расположение к обвиняемым… Оба почувствовали неладное, но не могли высказать это вслух.

В это время прозвучал ответ Юн Чаэ:

— Мне кажется, из всех инвалидов иметь дело с глухонемыми сложнее всего. Ведь это люди, которые не могут слышать других. Это порождает известную проблему: мало того что они считают себя единственно правыми, плюс ко всему любят отстаивать свою позицию, даже если сознают ее ошибочность.