Меркурий - до востребования - Катя Рубина

Магда улыбнулась. Она чувствовала какое-то недоверие Красповица, какой-то он был другой, нежели в прошлую их встречу. В чем было дело, она понять не могла, но это ее расстраивало. Сим как-то чересчур внимательно ее рассматривал. От этих взглядов Магде было неуютно.

– Что вы, Магда, сегодня мне ничего не рассказываете, не объясняете, не просвещаете?

Магде показалось, что этот вопрос был задан Симом с ехидством.

– О чем вам рассказать Сим Савович? – грустно спросила она.

– О юродивых.

– А что вам хочется о них узнать?

– Все.

– Вы знакомы с Кириллом Владимировичем?

– Нет, а кто это?

– Мой бывший муж.

Красповиц с любопытством смотрел на Магду.

– Ваш бывший муж был юродивым?

– Нет, он написал диссертацию по «Житиям юродивых».

– Что вы говорите, значит, я попал в точку?

– Сейчас это уже не имеет ко мне отношения.

– А ваша подруга?

– Она всегда любила слушать эти истории.

– Какие?

– Я много ей рассказывала, так как в свое время собирала материалы.

– Вы же говорили, что вы не литератор?

– А что, только литераторы собирают материалы?

– Нет, конечно.

Магда понимала, что они с Симом погружаются в пучину бессмысленных рассуждений, она не могла уловить, к чему клонит Красповиц, и почему-то от этого непонимания растеклась у нее внутри грусть. Так бывает у маленьких детей, когда они перестают верить в Деда Мороза. «Не складывается у меня доверительный разговор и, наверное, ничего вообще не получится, к чему все эти переливания из пустого в порожнее», – думала она. На грани отчаяния и ненависти к своему бессилию Магда вдруг начала свой монолог.

– Да, я не литератор, Сим Савович, – голос ее зазвучал звонко и стройно. – Мне не удалось им стать по ряду разных причин. Я люблю литературу и даже отучилась несколько курсов в университете. Я занималась всю жизнь, можно сказать, полной чепухой, я помогала человеку, который не нуждался в моей помощи. Теперь я снова хочу помочь человеку, но, в отличие от того раза, я точно знаю, что моя подруга нуждается в моей помощи и она достойна всего самого лучшего. Вы просили меня рассказать о юродивых, я понимаю, это не простое любопытство. Есть в вашем вопросе подоплека. Вы хотите что-то узнать, а впрямую не спрашиваете. Чего вы боитесь? Изучая «Жития», я многое открыла для себя. Видимое глазу – обман. На самом деле все намного глубже. Я, конечно, могу вам долго рассказывать о том, что время юродивых давно прошло. Сейчас юродивых нет, они и раньше-то встречались крайне редко. Эти странные божьи люди так и остались до конца никем не понятые. Вы будете кивать, слушать, примерять на кого-то что-то, делать свои выводы. А если вам действительно интересно мое мнение об этом явлении, так оно достаточно банально, ничего нового на эту тему я не придумала. Что такое юродивый по своей сути? Юродивый – это совесть и свобода. И мне абсолютно не хочется верить, что эти понятия ушли из нашей жизни. В наше время тоже попадаются особые люди с открытым сердцем и чистыми помыслами, которые говорят то, что думают. Мне почему-то показалось, что вы именно такой человек.

Красповиц слушал.

– Мы с вами практически не знакомы, – говорила Магда. – Одно общение на отвлеченную тему я не беру в расчет. Я пришла к вам в роли просителя, понимая, что таковых у вас очень много, вы человек влиятельный и сильный. Не буду от вас скрывать, я носила эту рукопись в другие издательства, и там меня вообще не поняли. Это не имеет никакого отношения к ее художественной ценности. Тут я компетентна, могу смело утверждать. Теперь, почему я пришла к вам? Вопрос, который вы, наверное, задаете себе. Тут ответ неоднозначен. Я знала о вас, я читаю прессу и нахожусь в курсе событий. Я человек практический, но и у практических людей случаются иногда в жизни вещи, которые никак не укладываются в их практическое понимание. Мне посоветовал обратиться к вам человек, которого я не знаю, никогда не видела и не слышала. Я не юродивая, но мне явно был голос, который сказал: «Иди». Вот смейтесь, не смейтесь – все вам как на духу вывалила. Подруге моей я ничего пока не рассказывала. Мне хотелось обрадовать ее, сказать – чудеса случаются, мир не без добрых людей.

– Конечно, чудеса случаются на свете, и мир не без добрых людей, – задумчиво проговорил Красповиц. – Некоторые даже спасают всякие народы в пещерах и лезут на рожон, не щадя живота своего, ради того, чтобы всем стало хорошо под снегом ядерной зимы.

Магда улыбнулась.

– Мы напечатаем произведение вашей подруги, это уже решено, у меня к вам другой вопрос.

Магда опять улыбнулась и очень внимательно посмотрела на Сима.

– Вы сейчас где работаете?

– В данный момент у меня тайм-аут, – проговорила Магда.

– Это очень хорошо.

– Мне было это просто необходимо.

– Но в принципе вы не против работы? – насторожился Красповиц.

– Нет, в принципе я от работы не бегу.

– Я хочу предложить вам интересную работенку.

Магда кинула на него быстрый любопытный взгляд.

– Как вы на это посмотрите?

– Трудно сказать, – спокойно начала Магда. – Смотря что за работенка и насколько она меня заинтересует, хотелось бы немного конкретики.

– Я думаю, она вас должна заинтересовать, – продолжал загадочно Сим.

– Я вся внимание.

– Видите ли, Магда, – доверительно заговорил Красповиц. – У нас, я имею в виду наше издательство, есть и редакторы, и корректоры, и маркетологи, и дизайнеры, и все, все. А главного нет, и вот на протяжении долгого времени я ломал себе голову, как бы это главное отыскать, и ничего у меня не получалось. А я, надо вам честно признаться, откровенность за откровенность, очень не люблю, когда не получается, и весь буквально извелся, дабы раздобыть. «Искал в полях, искал в лесах, искал я даже в печке» – все впустую. А тут вы как снег на голову. Мне очень понравилась рукопись вашей подруги. Я не буду сейчас разбирать ее художественные достоинства. В ней есть главное – талант, искренность и доброта. Мне бы хотелось, чтобы наше издательство выпускало как можно больше произведений, имеющих такие качества. У каждого издательства есть свои цели. Наша цель – давать надежду. Слава Богу, у нас есть возможности. В первую очередь качество, направления и разные тенденции не имеют значения, чем разнообразнее – тем интереснее, мы должны печатать все самое лучшее. Нам нужны подлинные открытия.

Магда слушала.

– Я одного только не понимаю... – заговорила она.

– Чего именно?

– Своей роли.

– Это будет главная роль.

– А что будет входить в мои обязанности?