Догоняющий радугу - Алекс Ведов

Он снова сделал несколько глотков и продолжил:

— Дело в том, что мир, будучи изначально энергетически единым, развивается во времени от простого к сложному. Так разворачивается скрытый в нем потенциал Белого Света — подобно тому, как семя, упавшее в землю, реализует заложенный в нем потенциал растения. В мире появлялись и появляются наряду со структурами, где больше вибраций низкой частоты, и такие, в которых концентрация высокочастотных вибраций больше. И самих таких структур в мире появлялось и появляется все больше. Все эти миллиарды и миллиарды структур самой разной организации одновременно продолжают существовать, и все они взаимосвязаны единой Жизнью. Некоторые из них обладают таким потенциалом, что могут давать толчок к дальнейшему развитию и образованию еще более высокоорганизованных форм. Некоторые формы далеко опередили в своем развитии остальных. Таким образом, в мире постепенно появились структуры максимальной сложности, какой является человек с его восприятием.

Етэнгэй рассказывал мне схему эволюции жизни на Земле! Я не переставал удивляться, насколько глубоко этот старый шаман осознавал закономерности развития всего живого.

— И какова роль человека в этой затее Белого Света? — спросил я. Я уже сам смутно представлял ответ на этот вопрос, но хотел услышать это от него.

— Помнишь, я тебе говорил, что после смерти то, из чего мы состоим, рассеивается в мирах? И я тебе тогда сказал, что это происходит не до конца? Так вот, человек — это первая структура в мире, в которую смог проникнуть Белый Свет. В каждом из нас глубоко-глубоко содержится его маленькая искорка. У кого-то чуть больше, у кого-то чуть меньше — но она есть, и это наше основное отличие от всех других структур. Это единственное в нас, что не подвержено распаду. После смерти эта маленькая искорка возвращается в большой, изначальный Белый Свет и сливается с ним.

— Эта искорка, надо полагать, душа? — Аналогия тут была слишком прямая.

— Опять-таки можно называть ее разными словами, но от того, как ты ее назовешь, ничего не меняется. Если бы Белый Свет ограничился только такой возможностью проявиться в темноте, то, возможно, игра не стоила бы свеч. Белый Свет оставил нам, людям, еще одну, совершенно уникальную возможность, которая не дана более ни одному живому существу. И вот здесь мы с тобой подходим к самому главному.

Я весь подобрался и напрягся. Я понял: то, что сейчас услышу, окончательно разнесет вдребезги мое мировоззрение. У меня даже заныло под ложечкой.

Етэнгэй выждал некоторое время, словно давая мне передышку, и продолжил:

— У человека есть свобода жить и умереть по-разному. Можно растратить свой потенциал понапрасну, можно вообще прожить всю жизнь, не подозревая о его существовании, а можно использовать его в соответствии с намерением Белого Света. Я тебе говорил, что человек состоит из разных частот, которые определяют, так сказать, цвет его разных энергий. Чем выше частота, тем выше и потенциал. Чем больше, скажем так, «удельный вес» высокочастотных цветов в структуре человеческого существа, тем ближе человек в целом оказывается к Белому Свету. То есть больше шансов выполнить свое предназначение, реализовать этот потенциал. Для этого не обязательно быть шаманом. Виталий называл человека, пытающегося понять и осуществить свое предназначение, словом «ищущий» — весьма удачно. Сам он был в высшей степени ищущим, и для него путь шамана оказался наиболее подходящим. Однако существует множество путей, ты уже это слышал и от него, и от меня. Но не будем об этом — это увело бы наш разговор очень далеко.

— Получается, что самый, как бы сказать, насыщенный энергией цвет в человеческом спектре — это… фиолетовый? — спросил я, вспомнив в очередной раз физику.

— В терминах Среднего мира можно назвать его фиолетовым. Он предшествует непосредственно Белому Свету. За ним идет глубоко синий — цвет индиго, ну и так далее до красного. Эти цвета, правда, выглядят для шаманов по-другому, но схема примерно такая. Наверное, тебе Айын вчера объяснила.

— Да, она мне многое сделала понятным, — сказал я. — И про сложение Радуги Миров она мне тоже рассказала.

— Тогда мне будет еще легче объяснить тебе все до конца, — улыбнулся старик. — Так вот, проще говоря, у Виталия было много энергии именно фиолетового цвета. У него от природы был огромный дар — я встречал такой же только у своего учителя. Путь шамана он преодолел всего за каких-то шесть лет. Другие тратят на это десятки лет, некоторые — всю жизнь. Для сравнения, у тебя, разумеется, тоже есть фиолетовая энергия, но у тебя ее меньше, чем, например, у меня или у Айын, не говоря уж о Виталии. Я вижу, что в твоей структуре преобладает цвет индиго, это тоже достаточно высокий уровень и указывает он, по крайней мере, на возможность приобщиться к миру шаманов и понять его устройство. Именно этот уровень делает человека ищущим. Поэтому ты и смог выдержать испытание, которому подвергла тебя Лысая гора, а также выйти за пределы Среднего мира и увидеть Радугу Миров.

Мне было весьма лестно это слышать, но я понимал, что мы подходим к завершению, и испытывал нетерпеливое любопытство.

— Так что же все-таки с ним произошло? — в десятый, наверное, раз спросил я.

— Он достиг того, к чему стремился. Он прошел свой путь ищущего до конца и осуществил свое предназначение — обрел то, к чему стремился: целостность себя и бесконечную свободу. Он сложил Радугу Миров и превратился в Белый Свет.

У меня захватило дух. В это невозможно было поверить. Слышать такое просто вот так, сидя на свежем воздухе и попивая чай, было совершенно невероятно. Но теперь, после всего усвоенного, я мог воспринять это без того, чтобы моя крыша поехала. Етэнгэй был прав — не будь предварительной подготовки, такую информацию я усвоил бы только ценой своего психического здоровья.

— Это та самая исключительная возможность, о которой я упоминал, — вывел меня из оторопи его голос. — Достигнув определенного уровня и количества энергии, и самого ее качества, ищущий перестает быть человеком в обычном смысле слова, он становится кем-то другим. Я бы сказал, нашедшим. Хотя окружающие его люди не в состоянии этого заметить. Ему только остается осуществить синтез слагающих его энергий, то есть сделать то, что мы называем сложением Радуги Миров.

— А как происходит это сложение? — спросил я. — Что он делает для этого?

— Никто не может объяснить, как это происходит. Это великая тайна, может быть, самая большая из всех, которые ожидают человеческое существо на пути шамана. Можешь ли ты объяснить, как ты мыслишь и чувствуешь, как заставляешь свое тело двигаться? То, что делает нашедший перед тем, как сложить Радугу Миров, — это как бы концентрированная суть, максимум всех возможных чувств, мыслей и волевых импульсов одновременно. Но для того, чтобы достичь такого состояния, он прикладывает усилия всю предыдущую жизнь, накапливает энергию и повышает ее качество. Могу лишь добавить, что сам этот процесс похож на цепную реакцию — для нее нужна определенная критическая масса энергии определенного качества. Начавшись, эта реакция необратимо и очень быстро нарастает подобно лавине и охватывает все существо. Для нее нужен только толчок. В конце концов, все энергетические составляющие, способные принять участие в реакции, сливаются в один Белый Свет. То есть определенная часть того, что было структурой из разных цветов, становится тем же, что и та самая крохотная искорка в глубине нашего существа. При этом вся наша энергетическая структура вспыхивает, как спичка. Часть нашей структуры, которая не вовлеклась в реакцию, рассеивается в мире. А то, что получилось в результате синтеза, покидает этот мир, уходя в Белый Свет.