На грани развода - Маша Трауб

– Срывайте, – предложила она.

Та подергала за бирку, но безуспешно. Бабуля предложила подергать другим сотрудникам, но те отказались.

– Степ, у тебя ничего нет? – спросила Даша.

– Зажигалка! У Марины есть! Можно попробовать сжечь нитки! – радостно воскликнул тот.

Когда Степан поднес зажигалку к попе Светланы Михайловны, к группе сотрудников подошел, по всей видимости, начальник. И с ужасом показал на бабулю, которую собирался поджечь Степан. Начальник кричал так, что даже заглушил Колю и остальных детей.

Наконец всех пропустили через рамки, которые звенели на все лады.

– Так, все? Пойдемте, купим детям воды. Сама пить хочу, умираю, – предложила Марина.

Они дошли до кафе, и тут застыл Степан. Он стоял над своим рюкзаком, с которым не расставался все время отпуска, и с ужасом смотрел на содержимое. Из рюкзака торчал лифчик.

– Это не мой, – тихо сказала Даша.

Степан порылся в рюкзаке и выудил несколько памперсов.

Даша ахнула:

– Не наш рюкзак. Перепутали.

Степан стоял столбом, не понимая, как в его рюкзаке оказались чужие вещи.

– Так, надо вернуться, у них должны быть записи с камер. Кто-то перепутал рюкзаки, – предложил Стас.

Степан, который всегда умел найти выход из любого положения, не мог двинуться с места. Он лишился рюкзака, в котором помещалась вся его жизнь – билеты, паспорта, кошелек, кредитные карточки, телефон, цветные карандаши и альбом для Коли, таблетки от аллергии для Даши. В Степином рюкзаке был заключен целый мир, которого хватало на всех. Не только на собственную семью, но и на друзей, знакомых, случайных прохожих. Степин рюкзак все считали волшебным. Он выуживал из него то, что было необходимо в случае стрессовых ситуаций, веселья, незапланированной гулянки, голода и стихийных бедствий. Сейчас этим миром и НЗ владел кто-то другой. А Степа с ужасом рассматривал чужой лифчик.

– Что я скажу зятю про шампанское? – Светлана Михайловна чуть не плакала.

– Так, все успокоились. – Стас взял руководство в свои руки. – Я иду со Светланой Михайловной за шампанским. Остальные ищут рюкзак.

Тот день в аэропорту будут вспоминать еще долго. Женщины бегали по кафе, магазинам, хватали чужие рюкзаки, осматривали их, бросали и кидались к другим. Стас поднял на уши все дьюти-фри. В наличии оказалось всего две бутылки. За остальными пришлось бы бежать в другие точки или на склад. Все уже поняли, что это одна компания, явно ненормальная, поскольку одна часть разыскивает рюкзак, а вторая – «Моэ э Шандон».

Наконец, все собрались на паспортном контроле. Рюкзак так и не был найден. Нашли три бутылки шампанского, но оставалась надежда на еще один магазин, уже после паспортного контроля. Сотрудник аэропорта подошел к коллеге и объяснил ситуацию – паспорт в рюкзаке, который, скорее всего, сейчас улетит. И тогда здесь останется не только одна семья, но и вся чокнутая компания. Через паспортный контроль пропустили Степана. Остальные стояли и ждали.

– Может, проклятие «Магдалены» сбылось? – спросила задумчиво Вика.

– Мне кажется, эта Магдалена сама слиняла с собственной свадьбы и живет теперь преспокойненько, – ответила Марина, – тем более над нами прочитали молитву.

Наконец Степан появился. Он прижимал к себе рюкзак – Стас так со своим уникальным чемоданом не обнимался. Уже в очереди в самолет, вылетавший в прямо противоположную от Москвы сторону, он увидел женщину – молодую мать с ребенком, которая с ужасом рассматривала содержимое рюкзака. Ребенок плакал и требовал соску. Соски в рюкзаке, естественно, не нашлось.

– Слава богу, – обрадовалась Даша.

– Так, а где дети? – Степан вновь обрел уверенность и почву под ногами.

Тут все очумело посмотрели друг на друга. Детей в последний раз видели на какой-то лавочке, но на какой именно, никто не помнил. Помнили, что их оставили кучкой. Кире и Ане как самым старшим велели присматривать за малышами. Теперь все дружно побежали искать детей. До вылета оставалось совсем мало времени. Аэропорт оглашался криками: «Аня! Кира! Коля! Настя!» Сотрудники службы безопасности шарахались от пробегающей мимо чокнутой компании, которая никак не улетит. Светлана Михайловна наткнулась на сотрудницу и смела ее с пути, пробежав в рамку и назад – дети могли пройти назад и потеряться в зале. Рамка гудела не переставая. Бабулю уже никто не пытался остановить. Дети нашлись на лавочке, которая стояла прямо после выхода с досмотра. В углу. Неприметная. Они тихо и спокойно играли в «съедобное-несъедобное», бросая друг другу Колин носок, свернутый в комочек.

Через паспортный контроль их провели отдельно. Сотрудник службы безопасности контролировал процесс. Дождавшись, когда последняя печать в паспорт будет поставлена, сотрудник помахал им рукой, как надоевшим родственникам, которые задержались в гостях. Пожелал счастливого пути, но не предложил вернуться.

– Шампанское! Еще хотя бы бутылку, – напомнила Светлана Михайловна.

– Берите виски себе. И коньяк. Или что вы хотите? Я считаю, вы это заслужили, – сказал Степан.

– Вина хочу, – призналась Светлана Михайловна, – а что я скажу зятю?

– Правду. Что вы купили себе две бутылки вина – красного и белого, потому что сил ваших больше нет, вы пережили стресс и вино полезно для здоровья, – ответил Степан, решительно укладывая в корзинку бутылки.

– А еще духи! У вас такой стресс, что без духов никак нельзя! – поддержала Даша и положила в корзинку флакон с духами.

– И шоколадки! – Настюша бросила в корзину здоровенную шоколадку, размером с кирпич.

– Как я без вас буду? – Светлана Михайловна собралась заплакать.

– Не будете! Если что – мы все быстренько соберемся! Если мы рюкзак в аэропорту нашли, что мы, с вашим зятем не справимся? – серьезно сказал Стас.

– Ох, Стасик, прости меня, я так плохо о тебе думала. – Светлана Михайловна все же расплакалась.

– Так, а теперь всем подарки! – объявил Степан и начал доставать из своего рюкзака конфеты, шоколадки, игрушки. Дети радостно подвизгивали.

* * *

– Давайте здесь целоваться и прощаться. Неизвестно, что нас ждет там, на выходе, – предложила Вика, когда все собрались у багажной ленты в аэропорту в Москве. Обнялись, расцеловались, сфотографировались на память. Светлана Михайловна расплакалась еще раз.

– А папа нас встретит? – спросила Аня.

– Не знаю, вряд ли, – ответила Марина. Она не рассчитывала, что Гриша приедет в аэропорт. Однако он стоял на выходе с букетом цветов и махал им.

– Папа! – радостно кинулась к отцу Аня.

Марина оглянулась и увидела, что Светлану Михайловну встречает зять. Настя тоже запрыгнула на руки к папе и не желала слезать. Зять забрал сумки и чемодан из рук Светланы Михайловны, поцеловал ее и попытался обнять. Бабуля вытирала слезы, что-то говорила, а потом сжала зятя в объятиях. Настюша хохотала и показывала папе здоровенную шоколадку.