Праздник на выезде - Дарья Сойфер

– Хам! – старушенция демонстративно отвернулась к подиуму, а Глеб уже раскрыл рот, чтобы нахохотаться вдоволь, но смех так и застрял у него в глотке, потому что он вдруг увидел Алину.

Она стояла всего в паре шагов от него. Чуть растрепанная, раскрасневшаяся с мороза. Прижимала к груди пальто.

– Ты… – словарный запас Глеба куда-то улетучился, мысли смешались в мутную жижу. – Слушай, тут такое дело…

– Прости, мне некогда. Я ездила в офис Копполы, он порвал половину нарядов. Проверю только, чтобы модели разобрались. – И она деловито прошагала мимо, оставив после себя только едва уловимый аромат лаванды. Или шалфея… Глеб все время путал.

– Видишь, в каком она настроении? – Настя толкнула его в бок, возвращая в реальность из воспоминаний про вечер у камина. – Говорю же: ей все эти ивенты против шерсти. Сидела бы сейчас вон там, – и Портновская указала в зрительный зал, туда, где бликовали под светом софитов очки байзеровца, – и наслаждалась показом. Ни тебе нервотрепки, ни беготни…

– Да понял я, понял, – Глеб помрачнел. – Сказал же: будет ей «Байзер».

Он не представлял пока, как заставит топ-менеджеров крупной фармкомпании нанять Алину, особенно после своего обличительного монолога, но готов бы выложиться на полную. Ради нее.

До самого конца показа Глеб выстраивал в голове планы один другого хлеще. Разыграть припадок – и пусть Алина спасет его на глазах у всех? Нет. Во-первых, не факт, что она захочет это делать или вообще заметит, – в последнее время она только и делала, что игнорировала Рудакова. А во-вторых, в зале есть врачи. Да тот же кардиолог Белкин с превеликим удовольствием проведет Глебу трахеотомию ножом для масла.

Попросить о помощи Копполу? Вариант неплохой, если забыть тот факт, что старина Жорж на дух не выносит Глеба и вполне способен сделать все наоборот из банальной вредности.

А может, похитить одного из байзеровцев, – того, кто пониже, щупленького такого, – упаковать в катафалк и, изменив голос, позвонить на горячую линию фармкомпании с единственным условием: позвать на собеседование Белкину. Этот план нравился Глебу больше всего, особенно тот момент, где он одним ударом кунг-фу вырубает сотрудника «Байзера» и захлопывает перед его лицом багажник катафалка с какой-нибудь эпичной фразой вроде «Аста ла виста, бейби» или «Я сделаю тебе предложение, от которого невозможно отказаться». И все бы ничего, но кунг-фу Глеб не владел, а отель был напичкан камерами. Уж после того, что Рудаков натворил в ночь мальчишника, в «Равенне» явно должны были повесить целые гирлянды из объективов.

Пришлось действовать гораздо скучнее. Дождаться, пока Жорж захлебнется в овациях, а официанты вынесут закуски – со скидкой, кстати, – и незаметно выловить в толпе очкарика.

– Вы уж простите за ту сцену… Погорячился, – Глеб включил обаяние на максимум и миролюбиво протянул байзеровцу бокал шампанского.

– Бывает, – шампанское очкарик взял, но с Рудаковым говорить все равно не захотел и отвернулся.

– Послушайте, – Глеб обежал вокруг него, чтобы снова оказаться лицом к лицу. – У меня к вам предложение, от которого вы не сможете отказаться! – Ну вот, хоть фразочка крутая пригодилась. – Возьмите на работу Алину Белкину.

– Боюсь вас разочаровывать, – усмехнулся сотрудник «Байзера», – но отказаться от этого предложения я очень даже могу. Что и собираюсь сделать, – он сделал еще одну попытку отвернуться.

Зря. Хоть Глеб и не знал приемов кунг-фу, на танцы его мама в детстве водила целых полтора года, а потому вальсировать с этим очконосцем Рудаков мог бесконечно.

– Вы еще даже не выслушали меня, – с нажимом сказал Глеб.

Какое-то время мужчина безуспешно пытался его обойти. Шаг влево – и Глеб уже тут. Вправо – будьте любезны. Преподаватель по танцам всегда говорила, что у Рудакова талант чувствовать партнера.

– Да оставьте меня уже в покое! – не выдержал очкарик, когда после нескольких па шампанское выплеснулось ему на пиджак.

– Две минуты – и вы меня больше не увидите, – елейно произнес Глеб с улыбкой искусителя. – Отойдем в тихое место?

– Давайте в фойе, – смирился байзеровец, промокая пятно.

Рудаков напрягся. По фойе «Равенны» он передвигался все больше перебежками, скрываясь от возмездия, и лишний раз показываться портье или администратору желанием не горел. С другой стороны, если он сейчас начнет кочевряжиться, очкарик передумает, и плакала тогда работа Алининой мечты.

– Фойе так фойе, – решился он. Ради любимой и не на такое пойдешь.

Следом за байзеровцем Рудаков вышел из конференц-зала, воровато оглядываясь. Блондинка за стойкой была занята – оформляла группу китайских туристов, уборщик самозабвенно возил шваброй у лестницы. За две минуты не должно случиться ничего ужасного. По крайней мере, Глебу так казалось.

– В общем, так, – торопливо начал он, встав поближе к кадке с лимонным деревом. Береженого бог бережет. – Я босс Алины Белкиной. Сейчас она работает в моем ивент-агентстве. И я готов дать все необходимые рекомендации. Ну, она исполнительная, коммуникабельная, все дела. – Он нервно выглянул из укрытия, убедился, что все чисто, и снова натужно улыбнулся очкарику. – Что еще? Ах да. Весь этот показ организовала лично она. Сама. Я вот вообще не помогал.

– Глеб, там аукцион начинается, нужна твоя помощь. – Алина выбежала из конференц-зала в самый неподходящий момент. Рудаков считал, что всегда будет рад ее видеть, но вот именно сейчас предпочел бы, чтоб она скрылась. Но нет. Белкина заметила чувака из «Байзера» и насторожилась. – Что ты делаешь? – и она подошла ближе.

– Сватает вас нашей компании, – ответил за Глеба очкарик. – Вот ответьте мне на один вопрос, – коварно обратился он к Рудакову, – если госпожа Белкина – такой уж ценный сотрудник, то почему вы так стараетесь от нее избавиться?

– Да, Глеб, – Алина вскинула бровь, – почему?

– Потому… Потому что праздники – это не ее, – Глеб лихорадочно вспоминал, что там говорила Настя. Складно у нее так вышло, убедительно! – Она – провизор. Фармацевт с высшим образованием.

– Я знаю, кто такой провизор, – презрительно бросил очкарик. – Слушайте, я бы и рад взять вас… Показ на высшем уровне, кстати. Но, боюсь, начальство меня не поймет. После той выходки на конференции…

– Так это не она, – перебил Глеб. – Это я ей дал таблетку.

– Серьезно?! – Байзеровец так оживился, словно Глеб сказал что-то невероятно увлекательное. – А что за таблетка? Амфетамин? Я было подумал, но как-то непохоже… У вас не осталось образца? Мне чисто в научных целях…

Да что ж за люди-то такие, эти фармацевты! Тут судьба человека решается, а ему таблетку. В научных целях, как же! Небось тоже хочет закинуться и словить приход! А еще в крупной компании работает!

– Нет, это седативное, – неожиданно произнесла Алина, и Глеб с очкариком уставились на нее, словно она матом выругалась в детском саду. Очкарик, вероятно, из своих научных соображений, а вот Глебу стало любопытно, откуда она это вообще может знать, если утверждала, что ничего не помнит. – Таблетка была моя, – пояснила она со вздохом. – Состав разглашать не могу, флагманская разработка «Викрам Фармасьютикалз». В сочетании с алкоголем дает вот такой непредсказуемый эффект. Прости, Глеб.