Девушка жимолости - Эмили Карпентер

Я окаменела.

– Он… Уже совсем скоро? Правда?

Роб надула губки:

– Мне жаль, детка.

Я будто приросла к полу.

– Знаю, с этим трудно смириться, но ты должна быть сильной, малыш. Речь о твоем родном отце. Ты же не хочешь, чтобы он отошел в мир иной, пока вы не уладили ваши разногласия. И вам нужно попрощаться.

Я сжала пальцами виски: не могу думать, мозг в беспросветном тумане.

– А почему приехал не Уинн? – спросила я.

– Он занят. Но мы же команда. Мы все трое команда, не так ли?

Она протянула руку, и я, о боже, подала руку в ответ. Я позволила вывести себя из палаты, провести по коридору к сестринскому посту. Далее в сопровождении санитара мы прошли сквозь череду металлических дверей с решетками вниз по лестнице в холл. Она тянула меня за запястье, толкая двойные больничные двери носком увенчанных бантиками балеток. Когда мы добрались до парковки, я наконец вырвалась из этой цепкой хватки и прищурилась от света.

Стоял необыкновенный сентябрьский день, небо пронзительно голубело, и на его фоне каждый лист был настолько отчетлив, что подступали слезы. Однако ослепительное солнце не помешало мне разглядеть заведенный и поджидающий нас на том конце парковки черный внедорожник. Это не машина Молли Роб. Нервы напряглись, во рту появился неприятный и странный металлический привкус. Вкус страха.

Я повернулась к Молли:

– Уину сообщили, что я пыталась бежать?

Она не ответила.

– Поэтому теперь Уинн понимает, что запихнуть меня в эту дыру и накачивать лекарствами, как долбаного циркового слона, – это мало.

Она выдавила улыбку:

– Тебе мерещится, Алтея. Никто тебя не тронет.

– Кто там в джипе, Молли Роб? – спросила я.

В ее взгляде сверкнула неприкрытая ненависть. Нескрываемое отвращение ко мне. Не одному Уинну я перешла дорогу, не только он желал меня с нее убрать. Я бросала тень на ее блистательную карьеру супруги политика, теперь ей тоже необходимо было меня устранить. Для своей невестки я не более чем проблема, с которой нужно радикально разобраться.

– Брат собирается убить меня? – напрямую спросила я. – Твоими руками?

Она схватила меня за локоть, но я вывернулась.

– Потому что я мешаю вашим планам?! – завопила я.

Она вцепилась мне в предплечье мертвой хваткой. Шепнула в самое ухо:

– Заткнись. – И толкнула меня что есть силы.

– Куда ты меня везешь?

Она не ответила, продолжая толкать меня к машине.

Я не представляла, куда эта зловещая тачка меня отвезет: в другую ли больницу, домой повидаться с отцом или в какое-нибудь безлюдное местечко в лесу за городом, где прихвостень Уинна преспокойно выстрелит мне в затылок и оставит на съедение воронам. Я знала только, что без боя не сдамся.

Я вырвалась, упала на колени и заорала так, будто и вправду окончательно тронулась умом. Она повернулась, вытаращила глаза и начала беспомощно размахивать руками. Я набрала полную грудь воздуха и снова завопила, еще громче. Заднее окно в джипе начало опускаться.

– Помогите! – кричала я в пространство, надеясь и моля небеса, чтобы эти проклятые санитары наконец-то очухались, когда они действительно нужны. Я упала плашмя на мостовую, размахивая руками, царапая асфальт. И тут я услышала шаги со стороны парковки.

– Что происходит? – Голос был женский – и даже знакомый.

– Она… Я получила разрешение забрать ее из больницы, но она… – сдавленно пробормотала Молли.

– Алтея?!

Я перестала кричать и посмотрела вверх: Бет нагнулась надо мной, ореол ее кудрей заслонил от меня солнце. Она уперла руки в бока.

– Сегодня вы ее никуда не повезете, – заявила она.

– У меня письменное разрешение от ее брата. Она едет на встречу с отцом, он при смерти.

– Не сегодня. Она записана к врачу.

Я поднялась на ноги.

Роб фыркнула:

– Она вернется вечером, перепишите ее.

Бет помахала рукой санитару, который только что вышел из здания, – он поспешно подбежал к нам. Бет повернулась и презрительно бросила:

– Мне очень жаль, но мы не можем перенести прием. Акушер-гинеколог бывает здесь только раз в месяц, а когда речь идет о беременной пациентке, правила штата в этом отношении однозначны.

Я чуть не рассмеялась, глядя на ошарашенную физиономию Молли Роб: она обернулась в сторону джипа, потом потерянно посмотрела на меня, на Бет, неосознанно двигая челюстью.

– Она… беременна? – переспросила незадачливая родственница.

– Да, а также у нее язва двенадцатиперстной кишки. Она сейчас не в том состоянии, чтобы куда-то ездить. По-хорошему, ей прописан постельный режим. – Бет положила руку мне на плечо. – Начальство с меня голову бы сняло, если бы узнало, что вы пытались ее увезти.

– Но ее брат… – Она замолчала.

Я посмотрела с огромной благодарностью на Бет, а потом увидела, как моя закутанная в плащ невестка топает к внедорожнику, и через секунду черный монстр рванул со стоянки, оставляя за собой клубы белой пыли.

Бет отослала санитара и проводила меня назад в прохладный вестибюль. Усадив меня на скрипучий клетчатый диван, взяла за руку, всмотрелась в лицо:

– Ты как?

– Спасибо, – ответила я, – ничего. Не знаю, что бы я делала, если бы вы не появились в этот момент.

– Куда она собиралась тебя везти?

– Не знаю, – взглянула я на нее. – Подальше отсюда.

Мимо нас прошли медсестры, и она отпустила мою руку. Когда они удалились, она снова придвинулась и заговорила тихо:

– Прости, что так долго не приходила к тебе, мне надо было подумать.

– Все отлично, вы появились как раз вовремя. И такую историю завернули нехилую. Про язву и беременность даже, по-моему, перебрали.

Бет сидела с серьезным лицом.

– Бет, что такое?

– Когда ты оставила записку, я подняла твою историю болезни. Так что про язву я сказала правду.

Меня тотчас затошнило – чисто рефлекторно.

– Продолжайте, – сказала я.

Она опустила голову:

– Тебе сделали анализ крови в первую ночь.

– И?

– Ты беременна.

Я обняла руками колени, взяв себя за локти, и уставилась на грязную пеструю синтетическую обивку дивана. Множество разных мыслей понеслось в моей голове, толкая и обгоняя друг друга.

Беременна.

От Джея.

Во мне зародилась новая жизнь – всего какую-то неделю назад. Теперь она – часть меня. И я уже успела поставить ее под угрозу, когда проглотила эти мерзкие таблетки. Ее может смести и растоптать неизвестное зло, с которым я даже не представляю, как бороться.