Подарки госпожи Метелицы - Александра Миронова

Нет, внешне ничего особо не изменилось, хотя она что-то с собой сделала – то ли похудела, то ли подстриглась, Василий не мог точно определить. Она просто была другой. Даже смотрела по-другому. Точно, взгляд изменился. Она больше не была похожа на побитую собаку. Василий никогда не видел, чтобы Лида смотрела так уверенно и холодно.

– Здравствуй, Вася, опять прислали письмо из ЖЭКа? – Она кивнула на бумагу, которую он держал в руках, и почувствовала мелкую предательскую дрожь в руках и ногах.

– Нет, это решение суда о разводе, – тот вдруг снова закашлялся и протянул Лиде бумагу, спрятанную в пластиковую папочку.

– Извините! – Они синхронно обернулись в сторону огромного букета, который появился из небольшого фургончика, припарковавшегося рядом с архивом, и заговорил вдруг мужским голосом. Винные розы. Штук пятьдесят, не меньше.

– Извините, – снова заговорил букет, – где мне найти Улиткину Лидию Андреевну?

– Это я, – обалдело ответила Лида, в один миг забыв о Василии, о суде, разводе и бумажке в пластиковой папочке.

– Пожалуйста, получите и распишитесь, – букет зашевелился. Из-за него показался курьер, похожий на страуса – длинная тонкая шея и приплюснутая голова с широко расставленными глазами.

– Это мне? – обомлела Лида.

– Ну если вы Лидия Андреевна, – кивнул курьер.

– Да, я, – быстро согласилась Лида, чувствуя, как дрожь отступает.

– Вот, распишитесь, – откуда-то из недр винных роз курьер извлек бумагу, прикрепленную к пластиковому держателю, и ручку, протянув их Лиде. Та наспех чиркнула подпись и взяла букет, чуть не рухнув под его тяжестью.

– Спасибо! – пропыхтела она.

– Пожалуйста, – отсалютовав, курьер вернулся к небольшому фургончику, украшенному изображением шикарных цветов, вроде того букета, который она держала в руках, сел за руль и, посигналив, оперативно влился в оживленное движение.

Лида смотрела ему вслед и глупо улыбалась. Передавая Катарину Диане, она мысленно попрощалась со своей удачей. Есть в жизни вещи и поважнее нового мужа, в конце концов. Но удача ее не оставила, чудеса продолжали происходить, и это было восхитительное чувство.

– А ты, я смотрю, времени не теряешь, – Василий поджал губы, жадно ощупывая букет взглядом.

– А чего его терять, Васенька? Жизнь коротка. Давай сюда решение, – Лида с трудом протянула руку, почти выхватила у Васи документ и, не удостаивая теперь уже бывшего мужа взглядом, направилась к двери.

– Лида! – окликнул ее Вася.

– Мне некогда, Вася. – Лида все-таки открыла дверь, краем глаза отмечая Гену, уже мающегося в коридоре – он приехал раньше, чем обещал.

– Лида, может, ну… это…

– Что? – нетерпеливо потребовала Лида, оборачиваясь к Василию и едва не задевая букетом косяк.

– Может, отметим развод? – вдруг выпалил Вася. Вот если бы Лидка всегда так выглядела, то он бы с ней и не развелся.

Лида несколько секунд непонимающе смотрела на мужа, а затем рассмеялась. Она и не помнила, когда она так в последний раз смеялась. Навзрыд, от души, искренне. Не вымученной, вежливой улыбкой, а так, когда тебя буквально разрывает от радости. Гена, уже подошедший к двери, залюбовался Лидой. Какая же она… настоящая, что ли? Вероника никогда не смеялась, боясь мимических морщин. Диана лишь улыбалась, а эта смеялась так заразительно, что хотелось присоединиться к ней. А затем Гена заметил букет цветов, который Лида держала в руках. И смеяться в один момент расхотелось.

– Отмечай со своей шваброй, – отдышавшись, посоветовала Лида, а Гена зыркнул на Васю:

– Тебе чего, мужик?

– Ничего, это мой бывший муж, принес решение суда о разводе.

– Козел, – припечатал его Гена и захлопнул дверь перед носом у оторопевшего Василия, навсегда отрезая его от Лиды.

– Это кому цветы? – поинтересовался Гена, внимательно окидывая взглядом букет.

– Маргарите Семеновне, – зачем-то соврала Лида, бестолково крутясь в холле и не зная, куда пристроить такую роскошь.

– От кого? – с подозрением поинтересовался Гена.

– Понятия не имею, – пропыхтела Лида, сгибаясь под тяжестью букета. В коридоре уже начали появляться любопытствующие коллеги, еще несколько минут – и ее ложь будет раскрыта.

– Пойдем в кабинет, там все мне расскажешь, – Лида свалила букет Геннадию на руки и рысцой потрусила в направлении кабинета начальства. Кажется, там в углу стояла большая ваза. Интересно, от кого цветы?

– Я ее нашел! – сообщил Гена, труся за Лидой и на ходу отплевываясь от листьев, каким-то неведомым образом попавших ему в рот.

Войдя в кабинет, Лида достала из угла большую вазу, сдула с нее пыль и сунула туда букет, даже не налив воды. Потом займется цветами. И только после этого спросила:

– Кого?

– Ну тетку эту вашу. Точнее, не нашел, а узнал, как ее зовут.

– Анастасию? – ахнула Лида, до которой дошло то, что пытался сказать ей Гена. Она внимательно уставилась на него, взглядом требуя продолжения рассказа.

– Никакая она не Анастасия, – хмыкнул Гена. – Если угостишь чаем с этим твоим печеньем, все тебе расскажу.

Спустя полчаса, выслушав обстоятельный рассказ Гены, впрочем, не вдававшегося в подробности, каким образом ему удалось вытрясти из несговорчивого мастера информацию, Лида вбивала разные варианты написания имени, которое озвучил ей Гена. Единственная Ольга Лафранши, о которой знал Интернет, была профессором психологии университета Сорбонны.

– Зачем ей это? – откинувшись на спинку кресла, удивилась Лида.

– Можешь позвонить ей и спросить, – пожал плечами Гена.

– Обязательно, только я не говорю по-французски, – нахмурилась Лида.

– Найдем переводчика, какие проблемы. Как твоя сестра? – немного помолчав, поинтересовался он. Сам звонить в больницу отчего-то не решился – вчера он целовался с другой женщиной, когда та, на ком он еще несколько дней назад собирался жениться, лежала в больнице при смерти. Лида права: мудак он, да и только. Но самому себе признаться в этом было страшно.

– Господи, – ахнула Лида, посмотрев на часы. – Я же должна была позвонить доктору, чтобы узнать результаты обследования и поговорить, что нам делать дальше! Знаешь, нам очень повезло, что жених Дианы оказался таким щедрым, мне надо с ним познакомиться и объединить усилия. Вместе мы сможем ее вытащить. Сама она уже собралась умирать, – сообщила она Гене, доставая из кошелька бумажку с номером лечащего врача и набирая его на стационарном телефоне.

Закашлявшись, Гена отвернулся к окну и что-то нечленораздельно промычал.

– Да, здравствуйте, это Лидия Улиткина, сестра Дианы, – торопливо заговорила Лида, едва доктор ответил на ее звонок, и тут же опешила. – Как это, пропала из больницы?