Собачья сага - Гера Фотич

Через несколько месяцев после знакомства с певуньей Маней Павла нашел его однокашник, с которым они не виделись лет пятнадцать. Куранов Алексей, курносый, улыбчивый, русоволосый, с большим чубом, постоянно падающим на глаза, вечером того же дня уже звонил в дверь.

Клепа отреагировал мгновенно — выскочив из своей комнаты, с рыком бросился ко входу.

— Кто? — спросил Павел, забыв, что ждет гостей.

— Это я, — ответил Алексей.

— Подожди, я собаку на кухне запру, а то она может укусить!

Павел закрыл Клепу на кухне и впустил Алексея.

— Постой так в прихожей и не шевелись, я впущу пса, чтоб с тобой познакомился. Главное руками не маши — он этого не любит!

Посмотрев на вбежавшего Клепу, Алексей усмехнулся. Затем поправил правой рукой слегка вьющийся чуб, приглаживая его к виску:

— Так рычит! Я-то думал, у тебя цербер, а это раскормленная нутрия с белой грудкой. Вот я хочу завести настоящую собаку! Овчарку или азиата какого. Для охраны большого поместья.

— Мне француза хватает вполне, — немного обидевшись за «нутрию», отозвался Павел.

Клепа по дороге к Алексею прекратил свой рык и, видя, что обстановка вполне приличная, не приставая, с достоинством обнюхал брюки гостя, ткнулся пастью в опущенную кисть правой руки, но прикусывать не стал и успокоился.

Мужчины прошли на кухню и, приготовив себе легкие закуски, принесли все в комнату Павла, прихватив из холодильника бутылку водки.

Выпив по несколько стопок за встречу и прошлые дни, перешли к нынешним временам. Павел рассказал про службу и старые семейные неурядицы. Вспомнив гибель Блэка, немного расстроился и замолчал.

— А я собираюсь на ПМЖ в Финляндию, — гордо сказал Алексей.

— Это как? — не понял Павел.

— Да у моей жены оказались какие-то финские предки репрессированные. Умные люди посоветовали этим воспользоваться. А дабы проявить свою лояльность, записаться в финскую церковь и чаще в нее заглядывать. Жена туда постоянно ходит, общается, уже гражданство получила.

— Ну, а ты что? — спросил Павел.

— Я все думаю, — грустно ответил Алексей, — как-то все это непонятно мне. Родился я здесь, учился здесь, работаю водителем уже давно. Всегда русским себя считал, а тут вдруг стану фиником.

Жена-то ладно — раз там корни есть, пусть становится. А я здесь причем?

— А как жить-то там будете? Все здесь продадите? — заинтересовался Павел.

— Этого не требуется. Там есть специальные бесплатные квартиры для таких, как мы. И пособие дают по безработице. А там оно знаешь какое, раз в десять больше твоей зарплаты. Да и сына не надо будет в армию отправлять, волноваться, пусть спокойно живет в Финляндии. Ты знаешь, я бы и не думал о переезде, но смотри, что твориться с этой перестройкой: инфляция с каждым днем растет, жена-педагог стала получать копейки, мне вообще зарплату платят раз в три месяца, кругом воры и бандиты процветают. К чему мы идем. А вдруг война?

Опустошив одну поллитровку водки, мужчины незаметно перешли ко второй. Через закрытую дверь было слышно, как выходила на улицу соседка, а затем вернулась в свою комнату. Клепа несколько раз попытался пригласить Алексея поиграть, принося ему мячик. Но, поняв, что людям не до него, лег на подстилку и стал внимательно слушать их разговор. Периодически кто-то протягивал ему кусочек колбасы или сыра, он подходил и с удовольствием съедал прямо из рук. Потом Павел показал, как кормит Клепу изо рта: взял кусочек колбасы зубами и склонился к собаке. Та осторожно взяла колбасу своей пастью и прожевала. Алексей тоже повторил этот маневр, но с куском сыра. Это немного позабавило.