Руби - Вирджиния Клео Эндрюс

– Кто вы такая? – процедила она.

– Меня зовут Руби Лэндри, но мне следовало бы носить фамилию Дюма.

Взгляд Жизели по-прежнему был исполнен недоверия. Похоже, мозг ее отказывался найти хоть сколько-нибудь вразумительное объяснение тому, что видели ее глаза. Она повернулась к Нине; та осенила себя крестом и заявила:

– Пойду зажгу черную свечу!

Негритянка удалилась, бормоча под нос какие-то заклинания вуду, а Жизель сердито топнула ногой:

– Бо, объясни, наконец, что происходит?

Тот расхохотался и развел руками:

– Клянусь, я в первый раз увидел ее полчаса назад. Она стояла у ворот дома, когда я подъехал. Она из… забыл, откуда ты?

– Из Хоумы. Это в бухте.

– И она каджунка, – заключил Бо.

– То, что она каджунка, я вижу. Но это ничего не объясняет.

На глазах Жизели блеснули слезы досады и недоумения.

– Не сомневаюсь, все очень скоро объяснится, – попытался успокоить ее Бо. – Твои родители, разумеется, прольют свет на эту тайну.

– Откуда у меня может взяться сестра-двойняшка? – дрожащим голосом спросила Жизель.

Я могла бы объяснить ей все, но полагала, что будет лучше, если она услышит правду из уст своего отца.

Бо меж тем двинулся к дверям.

– Ты куда? – окликнула его Жизель.

– Поеду привезу твоих родителей. Ведь нам всем не терпится узнать, в чем тут дело, верно?

– Погоди. – Жизель переводила взгляд с него на меня и обратно. – А как же бал? Мы же собирались на бал?

– Да неужели ты сейчас можешь думать про какой-то бал? – удивился Бо.

– Но я купила новое платье и приготовила такую чудную маску! – Жизель обхватила себя за плечи и обожгла меня взглядом. – А тут вдруг она!

Из глаз ее хлынули слезы. Сжав руки в кулаки, она несколько раз ударила себя по бокам.

– И, как назло, именно сегодня, в самую замечательную ночь за весь год!

– Простите, – пробормотала я. – Я забыла, что сегодня Марди-Гра, когда отправилась в Новый Орлеан.

– Она забыла про Марди-Гра! – возопила Жизель. – Это уж слишком!

– Не расстраивайся так, Жизель, – проворковал Бо, обнимая ее.

Она зарылась лицом в его плечо, и он принялся гладить ее по волосам. На мгновение взгляды наши встретились, он ободряюще улыбнулся.

– Не расстраивайся! – повторил он.

– Я не могу не расстраиваться! – всхлипнула Жизель, вырвалась из его объятий и вновь топнула ножкой.

Взгляд ее, устремленный на меня, теперь полыхал откровенной злобой.

– Это просто случайное сходство, – заявила она. – Какой-то мошенник решил этим воспользоваться и послал ее к нам… вытягивать деньги. Я права? – Она обвиняюще наставила на меня перст.

Я покачала головой.

– Сходство слишком разительное, чтобы оказаться случайным, – возразил Бо. – С первого взгляда видно, что вы близнецы.

– Да не так уж сильно мы и похожи! – возмутилась Жизель. – У нее нос намного длиннее, чем мой, и губы тоньше. К тому же у нее оттопыренные уши!

Бо в ответ лишь усмехнулся.

– Тебя подослали, чтобы ты нас обокрала? Отвечай! – требовала Жизель, уперев руки в боки.

– Меня никто не посылал, – выдавила я. – Я приехала сама. Потому что обещала бабушке Кэтрин.

– Что еще за бабушка Кэтрин такая? – спросила Жизель и поморщилась, словно глотнув скисшего молока. – Жительница страны лгунов?

– Нет, жительница Хоумы, – смиренно ответила я.

– И к тому же знахарка, – вставил Бо.

Я видела, что он наслаждается досадой и растерянностью Жизели. Ему нравилось ее дразнить.

– Мне надоело слушать всякую чушь! – заявила она. – И я не собираюсь пропустить самый веселый бал в году из-за какой-то… каджунской девицы, которая имеет наглость объявить себя моей сестрой. И только на том основании, что она чуть-чуть на меня похожа!

– Чуть-чуть похожа? – ухмыльнулся Бо. – Когда я впервые ее увидел, был уверен, что это ты!

– Я! – Жизель едва не задохнулась от негодования. – Неужели ты мог принять за меня эту… эту особу? Ты что, не видел, как она одета? Не видел, какие на ней туфли?

– Я думал, это карнавальный костюм.

Мне совершенно не нравилось, что мою одежду принимают за карнавальный костюм замарашки.

– Да как ты мог подумать, что я наряжусь таким чучелом? – не унималась Жизель. – Что я решу нацепить на себя такие ужасные тряпки?

Я решила положить конец оскорблениям и возмущенно спросила:

– Что такого ужасного в моей одежде?

Жизель окинула меня взглядом, исполненным отвращения, и бросила:

– Все это барахло выглядит самодельным.

– Так и есть, – ответила я гордо. – И юбку, и блузку сшила мне бабушка Кэтрин.

– Вот видишь! – повернулась она к Бо.

Он кивнул, упиваясь представлением, которое с каждой минутой становилось все более увлекательным. Выяснилось, что я тоже умею злиться.

– Думаю, мне все-таки стоит съездить за твоими родителями, – настаивал Бо.

– Бо Эндрюс, если ты поедешь за ними вместо того, чтобы отвезти меня на бал… – угрожающе начала Жизель.

– Обещаю, мы отправимся туда, как только все выяснится, – перебил Бо. – Бал будет длиться всю ночь. Успеем повеселиться.

– Что ты хочешь выяснить? – вопросила Жизель. – И так все ясно. Это или мошенничество, или чья-то идиотская шутка! Не понимаю, почему бы тебе не убраться отсюда! – завизжала она, повернувшись ко мне.

– Ты не можешь выгнать ее, ничего не узнав! – возразил Бо.

– Бо Эндрюс, я вижу, ты самое настоящее чудовище! Тебе нравится издеваться надо мной!

Залившись слезами, она бросилась к лестнице.

– Жизель! – попытался остановить ее Бо.

Но Жизель убежала, даже не оглянувшись.

– Мне очень жаль, – подала голос я. – Я же говорила, мне не следует сюда приходить. Простите, что испортила вечер.

Бо задумчиво скользнул по мне взглядом.

– Любопытно, я-то тут в чем виноват? – пробормотал он. – Вечно она обвиняет меня во всем. – Он вздохнул и добавил: – Иди в гостиную, посиди там, пока я привезу Пьера и Дафну. Я знаю, где они. Это недалеко, через несколько минут они будут здесь. А насчет Жизели не волнуйся! Дождись нас непременно!

С этими словами он повернулся и торопливо вышел прочь, оставив меня в полном одиночестве. Ни когда в жизни я не чувствовала себя так неуютно. «Неужели этот дом когда-нибудь станет мне родным?» – спрашивала я себя, направляясь в гостиную.