Тайна - Кэтрин Хьюз

– Наверное, лучше начать с самого начала. Вы меня не помните, да ведь?

– Нет, а должна? – нахмурилась она.

– Это было давно, но я уверен, что вы не забыли про автокатастрофу с автобусом. По крайней мере, я не забыл, – добавил он, чуть помедлив.

– А вы откуда о ней знаете? – спросила она, смахнув пепел с кончика сигареты и явно заинтересовавшись разговором.

– Я был в этом автобусе. – Он решил больше ничего не говорить, дав Трише время самой его вычислить.

– Майкл Макинон вас зовут, вы сказали? – и буквально через несколько секунд она все поняла. – Черт возьми, ты – маленький Майки? Сын Карла?

– Он самый.

Она откинулась на спинку стула и стала с любопытством его рассматривать.

– Боже мой, я столько раз вспоминала тебя и думала, что с тобой стало. – Она потянулась через стол и взяла его за руку. – Как сложилась твоя жизнь?

Трудно было в нескольких словах описать прошедшие сорок лет.

– Неплохо. Я женат, у меня есть сын, Джейк, ему пять. – Майклу не хотелось вдаваться в подробности перед в общем-то незнакомым человеком. Ему просто нужна была информация, которая позволит продолжить поиск.

– Что ж, я рада за тебя, искренне. Тяжело тебе было потерять папу в тот раз.

Майкл был тронут ее искренним сочувствием и понял, что тоже должен спросить Тришу про ее жизнь, хоть ему и не терпелось двигаться дальше.

– А как вы?

– Как ты, возможно, слышал, я оставила Сельвина через несколько месяцев после аварии. – Она сказала это с таким равнодушием, что Майкл решил, что ее давно уже не мучают угрызения совести из-за того решения. – Я бы не смогла с ним таким жить, и ему было бы гораздо лучше с Барбарой. Потом я вышла замуж за Ленни, когда он вышел из тюрьмы. Я всегда говорила, что буду ждать его, но не думала, что придется ждать двадцать лет. – Она резко засмеялась, и смех перешел в глубокий и сильный кашель. У нее заслезились глаза, она стала бить себя в грудь и снова схватила упаковку сигарет.

– Милостивый боже, мне надо бросать курить.

Майкл подождал, пока она не придет в себя.

– Мне Барри сказал, что вы можете знать, где я могу найти Лорейн.

Триша продолжила свой рассказ, словно не слышала вопроса.

– Я потом много лет не ходила в «Тавернерс», пока Сельвин и Барбара там заправляли. Но когда они продали паб и новые хозяева сделали ремонт, я снова стала заходить. Это теперь сетевой паб, и Барри там управляющий. Несколько лет назад я там свое шестидесятилетие праздновала. – Она посмотрела на Майкла, словно чтобы убедиться, что он ее еще слушает. – Там сейчас все по высшему классу, да?

Майкл кивнул и подался вперед.

– А Лорейн – вы не знаете, где она сейчас?

– Ну, сам понимаешь, нас не назвать близкими подругами, но да, я знаю, как с ней связаться. – Она встала и стала копаться в ящике со всякими разностями и в конце концов достала оттуда пластиковый телефонный каталог. Она поставила указатель на букву «Ф» и открыла крышку, нажав на кнопку. – Вот, Лорейн Фентон.

Майкл встал и взглянул на карточку.

– Просто отлично! А у вас есть ее телефон?

– Телефон? Нет, конечно. Она живет в Америке. Даже если бы у нас с ней было о чем поговорить, у меня бы денег не хватило позвонить ей, – пожав плечами, сказала Триша. – Но открытку на Рождество я ей все еще отправляю.

Плечи Майкла опустились, и Триша это сразу же заметила.

– Вижу, это не тот ответ, которого ты ожидал, но, скорее всего, в справочном бюро ты сможешь получить ее номер. Зачем она тебе вообще нужна?

– Это долгая история, я уже и так у вас много времени занял. Я запишу адрес, если можно, – он засунул руку в карман и достал ручку. – А у вас будет кусок бумаги?

– У ее мамы должен быть ее телефон.

– У ее мамы? – Майкл посмотрел на нее и снова воспрял духом.

– Конечно. Ты ведь должен помнить Барбару. Барбс ее все тогда звали.

– Конечно, я ее помню. Вы хотите сказать, она все еще…

– Жива? Да, она живет в доме престарелых в Дидсбери.

Когда Майкл вышел от Триши, дождь уже перешел в снег. Вызвав по телефону такси, через пятнадцать минут он уже стоял перед домом престарелых Пайнвуд и тихо присвистнул от удивления. Это было здание с двумя входами, широкой подъездной дорожкой, покрытой гравием, и огромным эркерным окном с каждой стороны. Дверь из тонированного стекла открылась перед ним автоматически, и Майкл оказался в зоне ресепшен. C купольного потолка свисала люстра, а его ноги утопали в толстом ворсе светло-зеленого ковра. Некоторые пятизвездочные отели своим убранством уступили бы этому месту.

Женщина на ресепшен выглядела безупречно: красивая голубая форма и розово-синий шелковый шарф на шее. Она приветственно улыбнулась Майклу, напомнив ему стюардессу.

– Добрый вечер! Могу ли я вам помочь? – Майкл решил, что у нее должны сильно болеть мышцы лица.

Он прочистил горло.

– Да, мог бы я поговорить с одной из ваших пациенток, Барбарой Прайс?

– Она вас ожидает?

– Нет, но я ее не задержу.

– Времени у наших пациентов точно имеется предостаточно, – улыбнулась администратор. Она дала ему ручку и попросила подписать книгу посещений. – Я попрошу кого-нибудь найти ее, а вы пока поставьте подпись вот здесь.

Закрыв глаза, Барбс сидела в одиночестве в общей гостиной. Руки и сложенная газета лежали у нее на коленях. Майкл подошел и сел рядом с ней. Не желая испугать ее своим внезапным появлением, он взял ее за руку и мягко провел пальцем по морщинистой коже. Она не шевелилась, и Майкл воспользовался возможностью получше рассмотреть ее. Она сохранила привлекательность и четкость черт лица и выглядела хорошо для своего возраста. Однако ее кудрявые волосы были теперь совершенно белы, и через них просвечивала иссиня-бледная кожа. Он вспомнил, как трепетно относился к ней его отец и как хорошо им было тогда на ярмарке, пока он не потерялся и Барбс не нашла его. В первые минуты после аварии она тоже заботилась о нем, и его охватила благодарность к этой пожилой женщине. Ему вдруг захотелось непременно выразить ее сейчас.

Он встал, и его колени хрустнули. Веки Барбс задрожали, она открыла глаза и посмотрела на него недоуменным взглядом.

Он заговорил первым, очень тихо, почти шепотом:

– Барбс, простите, что разбудил вас. Я Майкл Макинон. Майки…

Барбс пыталась что-то сказать, она открывала и закрывала рот, но слов не получалось.

– Майки? – наконец вымолвила она.

Он снова присел рядом, чтобы она смогла получше его рассмотреть.

– Вы же помните меня?

Ее губы растянулись в улыбку, она протянула руку и погладила его по щеке.