Уважаемые отдыхающие! - Маша Трауб

– А что с Вадиком?

– Так, про него ни слова. Мало мне тебя, так еще шофера лишиться? Нет, Сазонов про Вадика молчит, Вадик тоже не при делах вроде как. Тьфу-тьфу.

Виктор шел по дорожке парка. И ноги сами повели к пятому КПП. Он сел на лавочку перед фигуристкой и закурил. Да, правильно мама Вадика говорила – если быстро взлетаешь, падаешь в два раза быстрее. Высоко взлетел, упадешь в яму в два раза глубже. Но тут Оксана Сергеевна ошиблась. Да, Виктор упал, но не так чтобы сильно. Работу он найдет. Хоть завтра к Артуру в ресторан устроится или еще куда. А там действительно видно будет. Вот за что эту девочку с голубями? Там даже царапины не было. Надо бы ее найти, поддержать. Вот уж точно – не в том месте и не в то время оказалась. Интересно, откуда она?

Вечером Виктор пошел к Артуру. Тот, конечно же, был в курсе.

– Выпей, поешь, завтра думать будешь, – разумно сказал Артур, – туда сядь.

За тем столиком, куда его Артур отправил, с видом на море для особо важных гостей, сидела Галя. Она была в концертном белом платье и со сценическим гримом. Так и не разгримировалась. Пила вино, но к закуске, которой был уставлен стол, не притронулась.

– Можно? – попросил Виктор. – Очень есть хочется.

Он сожрал все креветки. Артур принес рыбу и еще вина. Галя смотрела на море.

– Хотите на пляж? Вода сейчас теплая, – предложил Виктор.

– Хочу, – ответила Галя.

Они спустились на пляж, девушка скинула платье и поплыла. Оказалось, что плавает она хорошо и быстро. Кролем. Виктор плыл следом.

– Давайте назад, – крикнул он, когда уже выдохся и лежал на спине.

– Давайте, – спокойно согласилась Галя и послушно поплыла назад.

Виктор думал, что до берега они не доплывут. То есть она доплывет, а он точно нет. Заплыли далеко. Дальше, чем он один плавал. А Гале хоть бы хны. То ли в детстве плаванием профессионально занималась, то ли на стрессе. Он упал лицом в гальку. Галя села и закуталась в свое концертное платье.

Виктор повел ее в свою квартирку. Совсем маленький тогда Славик спал на большой кровати. Галя легла рядом, обняла Славика и тут же уснула. Вряд ли она понимала, где находится. Виктор спал в кресле. Утром он проснулся от непривычных запахов – Галя варила Славику кашу. Виктора ждала яичница.

– Что мы будем делать дальше? – спросил Виктор.

– Пойдем гулять, надо мяса на суп купить, я бульон сварю, – спокойно ответила Галина.

Она одела Славика, который немедленно к ней приклеился, будто знал всю жизнь, и они ушли. Виктор остался один. Ошалевший совершенно. Не столько от того, что Галя вдруг собралась варить в его квартире бульон, хотя и от этого тоже, сколько от поведения сына. Славик, который чужих людей боялся, от Гали не отлипал все утро. Он был умыт, причесан. Галя нашла рубашку Виктора, как-то обмоталась, подвязала, нацепила его старые брюки, подвернула. Она обращалась со Славиком как с обычным ребенком, хотя вряд ли знала, как обращаются с обычными детьми. Галя показалась ему совсем молоденькой. Девчонка.

Артур взял Виктора управляющим. Но неофициально.

– Мне все равно, лишь бы деньги были, – сказал Виктор.

И деньги были. Галя занималась хозяйством, возилась со Славиком, водила его на пляж, на детскую площадку, играла в кубики, строила пирамидки. В доме было чисто. С Виктором они почти не разговаривали. Он так и не узнал, из какого она города, почему вдруг решила остаться с ними, есть ли у нее семья, собирается ли работать. Галя исчезла на полдня и вернулась с сумкой. Казалось, что она всегда была рядом. Она спала со Славиком на большой и единственной в квартире кровати, Виктор поставил себе раскладушку на кухне. Он не делал попыток соблазнить Галю, а она не делала попыток соблазнить его. Они жили семьей, хорошей семьей. Где были уважение, забота, даже любовь – Славик вис на Гале, обнимал ее и целовал. Она полностью взяла на себя и дом, и Славика, и даже Виктора, которого вечером всегда ждал ужин. Его не переставало удивлять, с каким спокойствием Галя занимается ребенком. Неужели не видит, что Славик болен? И почему она, в отличие от большинства женщин, не хочет поговорить, не выясняет отношения. Странная она все-таки, эта Галя. Виктор не знал, правильно это или нет – так жить. Галя не спрашивала, откуда у Виктора появился Славик и кто его мать. Почему он живет один с ребенком. А он не спрашивал, почему она живет с ними, почему не уезжает. Славик стал Галиным приложением, что ее совершенно не тяготило. Она все умела делать – готовить, убирать, стирать. Будто у нее за плечами было двадцать лет брака и пятеро детей. Виктор иногда водил Галю к Артуру, оставляя Славика на Оксану Сергеевну, которая жила в соседнем подъезде. Но у Артура, который выделял им лучший столик, они молчали. Ели, пили вино, шли плавать и возвращались домой. Галя настаивала, что надо забрать Славика от Оксаны Сергеевны, чтобы он проснулся в собственной кровати, и Виктор не спорил. Нес спящего Славика на руках и укладывал. Галя ложилась рядом. Он уходил на кухню. И никто не мог представить, что они живут такой странной семьей. Даже Артур, который видел разные семьи и с сотни метров мог сказать – жена или любовница, если жена, то сколько лет в браке, если любовница, то насколько хороша и надолго ли задержится.

– Ты молодец, – говорил Артур. – Все правильно сделал. Хорошую девушку удержал.

Виктор и хотел бы удержать, только не знал, как.

Один-единственный раз Галя пришла к нему на кухню, неожиданно, решительно, и Виктор от ее неожиданности и решительности ничего не смог. Галя ушла спать к Славику. Больше не приходила.

К концу сезона – стояла середина сентября – Виктор заметил, что Галя поправилась и стала быстрее уставать. Она предпочитала лежать на полу рядом со Славиком и играть с ним в пирамидку.

– Тебе плохо? – спросил Виктор.

– Немного. Бывает. Пройдет, – ответила Галя.

Но не прошло. К концу октября у Гали вырос живот. Она сбегала на рынок, который наверху, и купила себе два сарафана. С тех пор и носила их по очереди – то один, то другой.

Виктор пригласил Галю к Артуру. Она не хотела, но он настоял.

– Что с тобой? – спросил Виктор, хотя уже знал ответ.

– Ты знаешь, – спокойно ответила Галя.

– Кто отец ребенка?

И тогда они поговорили впервые за все время. Альков, который им предоставлял Артур, нашел свое применение.

– Мне рожать через два месяца, – сказала Галя.

Виктор чуть со стула не упал.

– Как через два месяца? Уже? Ты же… у тебя маленький живот… совсем не видно.

– Так бывает.

– Кто отец ребенка? Он знает? – еще раз спросил Виктор.

– А кто мать Славика? – в свою очередь задала вопрос Галя.

Они сидели до пяти утра. Не могли наговориться. А в пять пошли купаться и наконец сделали то, что должны были. Потом еще раз дома, в большой кровати. Виктор забрал Славика в десять утра – Оксана Сергеевна не была удивлена.