Мистер Пропер, веселей! - Василий Богданов

– И что? – заинтересовалась Анна Геннадьевна.

– Янка постоянно тусуется в этом клубе, про который в газетах пишут, что это наркоманский притон! Как же он называется? «Занзи-бар», как-то так, кажется. Недавно его ещё хотели закрыть, когда вышел огромный скандал с партией экстази!

– А вы-то откуда… откуда вы знаете? – удивилась Анна Геннадьевна.

– Мы общаемся с первой женой мужа, и она не скрывает от меня, что её дети растут распущенными! С её точки зрения – это свобода!

– Как ты думаешь, друг мой, – обратилась Анна Геннадьевна уже к Николаю Ивановичу, – наша Надежда, когда остаётся ночевать «у Яны», не ходит ли в действительности в этот клуб?

Н. И. пожал плечами:

– Я бы не стал делать поспешных выводов.

– Вы что! – воскликнула Женя. – Позволяете своей дочери общаться с этой Янкой? Да я бы её на пушечный выстрел не подпустила к своим детям! Конечно, они вместе ходят в этот клуб и пробуют там наркотики! Вы у дочери руки проверяли?

– Ну, знаете ли! – возмутился Н. И. – Я своему ребёнку доверяю и не собираюсь устраивать тут полицейское государство!

– А знаешь что, друг мой, – сказала Анна Геннадьевна, – возможно, и стоит. Недавно… недавно у неё расстегнулась сумочка, и оттуда выпали зеркальце и кредитная карточка!

– Ну и что? Чушь какая! – воскликнул Н. И.

Жена Винниченко внимательно наблюдала за супругами и постепенно осознавала, каким отличным утешением может служить то обстоятельство, что и в других счастливых, далёких от распада семьях дела обстоят отнюдь не так гладко.

– Зеркальце я ещё понимаю, – сказала Анна Геннадьевна. – Но… но откуда у неё кредитка? И самое главное, зачем она ей?

– То есть ты хочешь сказать, – почти улыбаясь, уточнил Н. И., – что наша несовершеннолетняя дочь плотно сидит на кокаине? И, выдвигая такое серьёзное обвинение, ты в качестве доказательства приводишь зеркальце и кредитную карточку? Ну, знаешь, ни один суд присяжных не вынесет обвинительного вердикта, основываясь на столь жалких уликах!

– А где здесь, где здесь повод для веселья, друг мой? – строго спросила его жена.

– Но ведь это же бред! Мы давно бы заметили!

– Заметили бы, если бы жёстче контролировали её! Да. И не отпускали ночевать к Яне, которая, которая, к слову сказать, никогда мне не нравилась.

– Яна – прекрасная девушка! Увлекается музыкой и фотографией – чему плохому она может научить нашу дочь? Напротив, общение с ней служит исключительно развивающим фактором.

– Друг мой, – сказала Анна Геннадьевна, – мне… мне надоело, что ты постоянно встаёшь на сторону дочери против меня! Да. Тебе легко это делать, потому что вы, вы, мужчины, меньше переживаете за своих детей, и под вашим стремлением… под вашим стремлением дать им свободу часто кроется обычное нежелание вникать в проблемы ребёнка!

– Ну, знаешь, – возразил Н. И., – уж кто-кто, а я-то точно всегда вникаю в проблемы ребёнка и стараюсь их разрешить путём компромисса вместо того, чтобы тупо налагать запреты.

– Давай после поговорим, – посмотрев на притихшую Женю, сказала Анна Геннадьевна.

– Хорошо, – согласился Н. И.

Через некоторое время неожиданная гостья покинула хозяев, отчасти успокоенная увиденной картиной небольшой супружеской перепалки. Кроме того, она окончательно укрепилась во мнении, что дочь этих замечательных и правильных людей со дня на день угодит в наркологическую клинику.